«Put the radio on,
Put the radio on, (Yes, yes)
I don't wanna know I'm wrong,
I don't wanna know I'm wrong…»
– Довольно обширные музыкальные вкусы, – заметил водитель.
Мне показался очень знакомым его голос. С чего бы это ему так думать. Водитель со знакомым голосом продолжил:
– Ты препятствуешь своевременному отходу ко сну. Ты не даёшь вовремя проснуться. Ты постоянно не вовремя кормишь и поишь. Ты прерываешь работу и затягиваешь развлечения.
– Ничего не понимаю… – прошептал я. – Откуда я вас знаю?
Водитель повернулся, снял фуражку (Господи, да кто сейчас носит фуражки) и поднял наверх зеркальные очки.
– Ты меня знаешь, потому что (если верить твоим словам, а твоим словам нельзя верить) ты-де «вырос на моих песнях».
– Ого! Здорово! Сергей Шнуров! Как вы здесь оказались?! – я был обрадован и удивлён.
Шнур отвернулся, снова надел очки и фуражку, продолжил говорить монотонной интонацией:
– Ты не следишь за восходом и заходом солнца. Ты всё делаешь не вовремя. Ты…
– Что всё это значит?! – закричал я и задёргал ручки автомобиля, чтобы выйти, но двери оказались заблокированными.
– Ты – враг режима! – зло прошипел Шнур, в правой руке у него оказался пистолет с длинным глушителем.
– Я?! Я – нет!.. Я не могу быть врагом режима! Это не я… – захныкал я и заскрёбся в дверь.
– Ты не только враг режима, но ты ещё и друг режима, – примирительным тоном сказал Шнур.
– Да-да! – обрадовался я такому повороту дел. – Я – лучший друг режима! Я – друг, брат и корм режима! Можно я дальше пойду пешком?
– Ты – враг и друг режима; хуже не придумаешь. Ты – продажная падаль! – вне себя от ярости заорал Шнур.
– А! Я больше так не буду! Отпустите меня, пожалуйста! Я вырос на ваших песнях! – я заколотил в окно.
За окном автомобиля стояла толпа людей, и все они с любопытством смотрели на сидящего на заднем сидении автомобиля меня, как на какую-то рептилию в аквариуме. Большинство выражений лиц было скорбное и сосредоточенное; кто-то показывал на меня пальцем, кто-то снимал видео на iPhone.
– Ты больше не будешь вырастать на моих песнях, потому что ты сейчас умрёшь, – запросто проговорил Шнуров и сел вполоборота ко мне, направив на меня дуло пистолета.
– Ой! Ой… – я не знал, как нужно приготовляться к смерти. – Ой…
– Пчик-пчик! – сказал Шнур и засмеялся, видя, как я задёргался. – Испугался?
– Да… – я попробовал похихикать над шуткой Шнура; лихорадочно думал, что сказать. – «Ведь если я сейчас умру, то зачем, позвольте спросить, я родился?! Ноу-ноу фьюче, ноу-ноу фьюче…», – пискляво пропел я.
– Попытка засчитывается. Тем не менее… – весело проговорил Шнур и нажал на спуск.
*****
– А-а-ах! – я подскочил с подушки. – Это сон…
– Мучают кошмары? – спросил Стальский, стоя около окна в моей спальне.
– О, да!.. – я снова закрыл глаза.