La Critica (первая книга казанской трилогии): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

A far l'amore comincia tu

Ahh ahh, ahh ahh

A far l'amore comincia tu.

Все веселились, словно это был последний день на Земле. Пили, курили, танцевали… Обнимались и смеялись. Улучив мгновение, свободное от временного потока, и взглянув на праздник со стороны, я спросил себя: «Это единственный раз за человеческую историю, когда эти души собрались вместе?»

E se si attacca col sentimento

Portalo in fondo ad un cielo blu

Le sue paure di quel momento

Le fai scoppiare soltanto tu

Ahh ahh, ahh ahh

A far l'amore comincia tu

– А теперь паровозик! – заорал Шуба.

Ahh ahh, ahh ahh

A far l'amore comincia tu…»

*****

В пять с чем-то утра настал предел моим человеческим возможностям, я спустился на второй этаж и вошёл в свою комнату. «Всё-всё-всё… Спатиньки», – мысленно приговаривал я, пикируя на кровать. Не включая свет, я упал на середину матраса и охнул от неожиданности: там уже лежало чьё-то тело. Первой полумыслью была: «Кто-то из гостей угнездился на моём ложе». Но я быстро узнал Стальскую, которая, не открывая глаз, своим сиплым голосом призвала меня сохранять спокойствие. Тогда я подумал, что просто перепутал комнаты и прилёг не на свою кроватку. Выглянул в окно: вид из моей спальни.

– Ладно, я лягу в твоей комнате, – сказал я и вырвал из-под головы Стальской свою подушку.

– Эй!.. – возмутилась незваная гостья и открыла очи, потом расслабленным тоном добавила: – Иди сюда. Порадуй коллегу по работе в её день рождения. Как ты умеешь… – Стальская простёрла руки в мою сторону в жеманном жесте.

В почти кромешной тьме спальни, я, приподняв одеяло, всё-таки разглядел, что Марта, несмотря на своё состояние, смогла-таки раздеться до нижнего белья. Запах прекрасного пьяного женского тела (мужчины знают, о чём я толкую) будоражил моё воображение и открывал резервные запасы сил, но желание вредничать и гнуть линию оскорблённого возлюбленного пересилило. Кто-то скажет, что Аронов Вадим, помимо того что дурак, ещё и страдает дефицитом благородства. «Да. И да», – соглашусь я. И тогда я, избрав самую гнусную интонацию, заговорил:

– Как тебя трахнуть, Крошка? Выбирай режим. В. Аронов может по-всякому. А? Режим «Спорт» подойдёт? Нет, слишком мало горючего у нас осталось. Может в экономичном режиме, – это вялым членом, зато килокалории сбережём. Что? Предпочитаешь «Стандарт»? Это ни то, ни сё.

Марта приподнялась на локте и блестела глазами во тьме. Я продолжал гнать пургу:

– Может, в честь праздника, попробуем «задний привод»? Всё-таки такой день! Или ограничимся оральной «электротягой»? Не будем ещё больше загрязнять атмосферу. Нет-нет! Давай так, как ты привыкла: кошерный трах обрезанным чл…

– Дать бы тебе с ноги в рыло, – спокойным трезвым голосом проговорила Стальская.

Я подавился словами и замолчал. Что дальше? Стальская скоординированным движением слезла с кровати, собрала с пола свою одежду и вышла за дверь, не проронив больше ни слова. Я услышал, как закрылась дверь её комнаты. Спустя какое-то время я, осознав своё одиночество в данном помещении, лёг на середину кровати и, представив, что мне всё нравится, что я так и задумывал, что я прям герой, раскинул руки и ноги во все стороны и глубоко вдохнул. Мне было паршиво. Я сильно любил и сильно ревновал Марту ко всему миру, и единственным лекарством от этого состояния мне представлялось полное пренебрежение объектом. Старые грабли, но со мной впервые. Я чувствовал в себе потенциал любить и ревновать Стальскую до конца своей жалкой жизни. Мне стало (la)критически плохо на душе. О, это обжигающее чувство только что сделанной глупости!.. Я схватил подушку и швырнул её в дверь, одновременно прохрипев какое-то бессвязное и безадресное проклятие. Почувствовал себя «жалким» и «недостойным». Наверху всё ещё играла музыка. Я уснул. Без подушки.

«Кто там внизу? Кто на том берегу?

Ждет ли память его, радость или страданье?

Немного больно улыбки обветренных треснувших губ,

Отсырела одежда в промозглом тумане…»

*****

– Прибавьте, пожалуйста, музыку, – попросил я.

– Легко.