Тяжелее небес. Жизнь и смерть Курта Кобейна, о которых вы ничего не знали прежде: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Они сблизились из-за грызунов – и у Курта, и у Трейси были домашние крысы. Впервые он встретился с ней два года назад возле панк-клуба в Сиэтле. Именно там Курт был арестован за употребление алкоголя. Они с Баззом пили в машине, когда Трейси подошла поздороваться. Курт был настолько восхищен, что не заметил, как подъехала полицейская машина. Они часто сталкивались друг с другом в течение следующего года, и в начале 1987-го укрепили отношения. «Я довольно долго флиртовала с Куртом, – сказала Трейси. – Я думаю, что ему было трудно поверить в то, что он действительно нравится девушке».

Трейси была идеальной подругой для двадцатилетнего Курта, и она станет главным ориентиром на его пути ко взрослой жизни. Она была на год старше него, побывала на сотнях панк-рок-шоу и знала толк в музыке, что очень возбуждало Курта. С темными волосами, пышным телом и большими глазами, которые были такими же поразительно карими, как его глаза – голубыми; она была привлекательна грубоватой красотой и имела практичные взгляды на жизнь. Каждый, кого она встречала, становился ее другом. В этом смысле, как и во многих других, Трейси, возможно, не слишком отличалась от него. Курт сразу же увлекся Трейси, хотя изначально не чувствовал, что достоин ее. Даже в самом начале их отношений его внутренние раны и его шаблон отчуждения проявляли себя. В один из первых раз, когда они спали вместе, Курт и Трейси лежали в приятной истоме после секса, и, увидев его обнаженным, она сказала: «Боже, ты такой тощий». Хотя Трейси этого не знала, но это было самое болезненное, что она только могла ему сказать. Курт набросил на себя одежду и стремительно выбежал вон. Тем не менее он вернулся.

Трейси решила, что будет любить Курта достаточно сильно, чтобы его страх исчез. Она будет любить его настолько сильно, что, возможно, он тоже сможет полюбить себя. Но для Курта это было ненадежным основанием, и на каждом углу таилось оправдание для его неуверенности в себе и страха.

Единственное, что он любил той весной больше, чем Трейси, была его любимая крыса Китти. Он растил этого самца-грызуна с самого рождения, и первые несколько недель кормил его из пипетки. В основном крыса находилась в своей клетке, но в особых случаях Курт позволял ей бегать по дому, ведь несколько крысиных какашек не могли испортить и без того грязный ковер. Однажды, когда крыса бегала по лачуге, Курт нашел на потолке паука и попросил Китти поймать его. «Я сказал: “Видишь этого ублюдка, Китти? Взять его, убить его, взять его, убить его”», – писал Курт в своем дневнике. Но Китти отказался нападать на паука, и тогда Курт вернулся с баллончиком дезодоранта Brut. Пытаясь убить паука, он услышал душераздирающий звук, посмотрел вниз и увидел:

Моя левая нога… на макушке Китти. Он подпрыгнул, визжа и истекая кровью. Я крикнул: «Прости!» – примерно 30 раз. Я завернул его в грязные трусы. Положил в мешок, нашел кусок дерева размером два на четыре дюйма, вынес его наружу, ударил деревяшкой, положил на бок и наступил на мешок. Я почувствовал, как ломаются его кости и внутренности. Потребовалось около двух минут, чтобы избавить Китти от страданий, а затем я впал в отчаяние на всю оставшуюся ночь. Очевидно, что я любил его не так сильно, как люблю сейчас. Я вернулся в спальню и увидел пятна крови и этого паука. Я крикнул ему: «Пошел ты!» – и подумал, не убить ли его, но решил бросить эту затею, чтобы он мог спокойно ползать по моему лицу, пока я лежу без сна всю ночь.

Глава 7

Супи Сейлс[75] в моих штанах

Реймонд, Вашингтон

Март 1987

Карьера Курта Кобейна в качестве лидера группы закончилась еще до того, как успела начаться. Дождливой ночью в начале марта 1987 года группа наконец выехала из Абердина в фургоне, набитом аппаратурой, направляясь на свое первое шоу. У группы по-прежнему не было названия, хотя Курт провел бесчисленные часы, рассматривая множество вариантов, в том числе Poo Poo Box, Designer Drugs, Whisker Biscuit, Spina Bififda, Gut Bomb, Egg Flog, Pukeaharrea, Puking Worms, Fish Food, Bat Guana и Imcompotent Fools (намеренно неправильно написанное) («Коробка С Какашками, «Модные Наркотики», «Нитевидное Печенье», «Ращщелина Позвоночника», «Бомба В Животе», «Взбитое Яйцо», «Рвотаре», «Рвотные Черви», «Корм Для Рыбы», «Моргающая Игуана» и «Нисведущие Дураки» соответственно). Но к марту 1987 года он так и не остановился ни на одном из них.

Они направлялись в Рэймонд, расположенный в получасе езды к югу от Абердина, но больше похожий на Абердин, чем сам Абердин. Это был настоящий город лесорубов и деревенщин, поскольку почти вся работа была связана с лесом. Выбор Рэймонда для их дебютного шоу был подобен открытию бродвейской постановки в Катскилл[76] – шанс попробовать свои силы на публике, воспринимаемой как не очень разборчивая или утонченная.

Райан Айгнер, который из-за своей общительной натуры на некоторое время стал их менеджером, организовал концерт. Он уговаривал Курта выступить на публике, а когда его друг отказался, то Райан устроил концерт на вечеринке без предварительного разрешения Курта. Райан позаимствовал на работе фургон для перевозки ковров, загрузил туда аппаратуру и собрал Курта, Криста, Буркхарда, Шелли и Трейси, которым пришлось сидеть среди ковровых рулонов.

Во время поездки Курт не переставал сетовать на то, что группа, которая до сих пор играла только в его крошечной лачуге, заслуживает чего-то лучшего, чем этот концерт, за который им даже не заплатят. «Мы играем в Рэймонде, – сказал он, произнося название города так, словно оно было пятном на репутации. – Вдобавок еще и в чьем-то доме. Они даже не знают, что такое радио. Они нас возненавидят». «Теория Курта, – заметил Райан, – состояла в том, что либо публика возненавидит их и группе придется это принять, либо полюбит, что тоже было бы прекрасно. Курт был готов ко всему». Это был классический пример механизма, который Курт применял на протяжении всей своей карьеры: ему казалось, что, преуменьшая успех и фактически объявляя худший из возможных сценариев, он может защитить себя от истинного провала. Если событие, которого он боялся, оказывалось чем-то меньшим, чем полная катастрофа, Курт мог с некоторой долей триумфа заявить, что снова перехитрил судьбу. Однако на этот раз его предсказания оказались точными.

Дом располагался на Нуссбаум-Роуд, 17, в семи милях от Рэймонда, на гравийной дороге посреди поля. Когда они приехали, в 9:30 вечера, Курт сразу же испугался, увидев аудиторию, состоящую из молодых людей, которых он не знал. «Когда я увидел, как выглядит группа, – вспоминала Вэйл Стивенс, присутствовавшая на вечеринке, – я сказала: “Ого! Они выглядят не похожими на тех, с кем мы тусовались». Точно такая же мысль пришла в голову Курту, когда он осматривал дюжину подростков с прическами «маллет»[77] и в футболках Led Zeppelin. Крист был босиком, а на Курте была футболка Munsters и браслет с металлическими гвоздями и зубцами, который можно было купить прямо на лондонской Кингз-роуд в 1978 году.

Они вошли в дом, украшенный плакатом Ernest, большим журналом с пластинкой Metallica и плакатом последнего альбома Def Leppard. К балке были прибиты несколько краденых уличных вывесок, в том числе дорожный указатель «Миля 69». Ударная установка Tama располагалась в углу маленькой гостиной, как и усилитель Marshall, а возле кухни находился бочонок.

Группе потребовалось некоторое время, чтобы установить свою аппаратуру, но пока что эти приезжие не слишком-то расположили к себе хозяев. «Он не сказал ни слова, – сказала Ким Мэден о Курте. – Его распущенные волосы были какими-то сальными и падали прямо на лицо». По крайней мере, в своей сдержанности Курт был не похож на Криста, который направился прямо в уборную и начал мочиться, несмотря на то что там уже была девушка. Крист открыл аптечку, нашел пузырек с поддельной кровью для Хэллоуина, которой он намазал свою обнаженную грудь, нашел клейкую ленту, чтобы прикрыть ею соски, и начал рыться в лекарствах, выписанных по рецепту. Он вышел из ванной, не обращая внимания на бочонок, подошел к холодильнику и, обнаружив там Michelob Light, закричал: «Эй, тут хорошее пиво!» В этот момент Курт начал играть, и Кристу пришлось бежать и хватать свою бас-гитару, потому что начался самый первый концерт Nirvana.

Они начали с Downer, одной из первых песен, написанных Куртом. В ней перечислялись классические жалобы Кобейна на жалкое состояние человеческого существования. «Раздавай лоботомии, чтобы спасти маленькие семьи»[78], – пропел Курт. Мрачные тексты песен были полностью проигнорированы компанией из Рэймонда, которая не слышала ничего, кроме коротких гитарных и басовых риффов. Курт поспешил закончить ее, хотя эта песня, как и другие, последовавшие за ней, была на удивление профессиональной. В их самом первом публичном шоу было все, каждая частичка Nirvana, которая завоюет мир в ближайшие годы: тон, отношение, безумие, слегка сбивающиеся ритмы, необыкновенно мелодичные аккорды гитары, заводные партии баса, которые заставляли двигаться ваше тело, и, самое главное, гипнотическое сосредоточение внимания на Курте. Он был еще не полностью реализованным исполнителем – и на самом деле те, кто был на вечеринке, не помнят, чтобы он когда-либо поднимал голову или убирал волосы с лица. На него стоило посмотреть хотя бы потому, что он казался таким глубоким.

Нельзя сказать, что зрители это заметили, потому что они делали то же, что и любая компания подростков на вечеринке: пили и общались. Безусловно, самой поразительной вещью в этом шоу было то, что публика не хлопала, когда они закончили свою первую песню. Единственным человеком, который казался взволнованным, был Крист, который объявил: «Отсюда звучит довольно неплохо». Вероятно, чтобы удержать раздраженное эго Курта от разрушения. Райан, который уже был пьян, ответил: «Это звучит чертовски лучше, чем обычно». «Я думаю, что вы, ребята, могли бы купить приличный усилитель», – таким был единственный комментарий Курта после того, как он закончил свою первую оригинальную песню перед аудиторией. «У нас есть приличный усилитель, – возразил Тони Поуккула, живший в доме, – он просто все время взрывается». Шелли крикнула Кристу, чтобы он не снимал штаны – это была единственная одежда, которая все еще была на нем, а Курт пошутил: «У меня в штанах Супи Сейлс». «Beastie Boys», – крикнула одна из женщин. «Bestiality Boys»[79], – ответил Курт.

Пока они настраивались в перерывах между песнями, Курт увидел, как Поуккула, который имел репутацию популярного гитариста в этом районе, надевает свой Fender и приближается к группе. Но Райан не сказал Курту, что этот вечер был представлен Поуккуле как джем-сессия. На лице Курта отразился ужас, поскольку даже на этом раннем этапе своей карьеры он не хотел делить с кем-то всеобщее внимание. «Было бы круто поджемовать, – тактично солгал Курт, – но ты не возражаешь, если мы сыграем свою программу? Я на самом деле вообще не знаю попсовых песен, а импровизировать – это круто, но я люблю импровизировать только тогда, когда я пьян. Тогда мне все равно». Поуккула согласился и сел. Настала очередь Курта развлекать компанию, и ни Буркхард, ни Крист, лежавший теперь на консоли для телевизора, казалось, не были к этому готовы. «Давайте наконец приступим, – нетерпеливо приказал Курт. – Давайте подумаем, как мы будем ее играть». И с этого он начал вступительное гитарное соло для Aero Zeppelin, предполагая, что его товарищи по группе присоединятся к нему, что они вскоре и сделали. Как только песня началась, она звучала такой же доработанной, как и год спустя, когда они ее запишут.

Когда Aero Zeppelin закончилась, местные начали возбуждаться. Аплодисментов снова не последовало, и на этот раз Курта прервали, хотя, честно говоря, большая часть криков исходила от Криста и Райана, которые были настолько пьяны, что едва держались на ногах. Группа умела, как и на многих своих ранних концертах, подчинить себе публику громкостью звука во время исполнения песен. Но во время перерывов между песнями им так не везло.

«Кто выкурил всю дурь?» – завопил Крист.

«Наркотики. Я хочу наркотики!» – крикнула Шелли.

«Вам просто надо выпить», – сказала одна женщина из Рэймонда.

«Все, что мне нужно, это хорошо накуриться», – ответил Крист.

«Через пять минут я тебя прикончу», – пригрозил Райан.

«Сыграйте несколько каверов. Играйте что угодно. Я устал от того, что вы, ребята, прикидываетесь дураками, такими чертовыми умственно отсталыми. Вы придурки».

«Давай сыграем Heartbreaker», – крикнул Крист, выдав начальный басовый рифф.

«Ребята, вы пьяны?» – спросил один мужчина.

«Играй, как Zeppelin», – крикнул другой мужчина.

«Сыграй, как Тони Айомми[80]», – крикнул еще один.

«Давайте Black Sabbath», – крикнул кто-то с кухни.

И после этих слов все практически развалилось. Курт балансировал на грани срыва. Крист продолжал кричать: «Сыграй Heartbreaker», на что Курт голосом, звучащим по-детски, крикнул в ответ: «Я ее не знаю». Но тем не менее они начали играть песню Zeppelin, и гитара Курта звучала прекрасно. Исполнение рухнуло на полпути, когда Курт забыл слова песни, но в тот момент, когда он остановился, публика подбодрила его, крича: «Соло!» Изо всех сил пытался подражать Джимми Пейджу в Heartbreaker и включил в нее фрагменты How Many More Times, но когда песня закончилась, аплодисментов по-прежнему не последовало. Курт крикнул: «Для всех – Mexican Seafood», и они приступили к своей песне.

Ребята продолжили с Pen Cap Chew, а затем сыграли Hairspray Queen. К концу этого номера Крист стоял на консоли для телевизора, имитируя Kiss. Пока Курт и Аарон продолжали играть, Крист выпрыгнул из окна дома. Похожий на трехлетнего ребенка, бегущего под разбрызгивателем летним днем, он вернулся в дом, а затем проделал все это снова. «Это было потрясающе, – вспоминал Крист. – Вместо того чтобы просто играть, мы подумали: почему бы не устроить настоящее шоу? Это было то еще шоу».

[75] Милтон Супман, известный как Супи Сейлс, был американским комиком, актером, радио- и телеведущим и поклонником джаза.

[76] Кáтскилл – горный хребет в северных Аппалачах, в юго-восточной части штата Нью-Йорк, США.

[77] Маллет (англ. mullet – кефаль) – тип прически (стрижки), при которой спереди и по бокам волосы коротко острижены, а сзади они остаются длинными. Американцы говорят о маллете: «It’s all business in the front, and all party in the back» («деловая спереди, вечеринка сзади»). Маллет носят как мужчины, так и женщины.

[78] Hand out lobotomies / To save little families.

[79] Игра слов: Мальчики-Зверьки и Мальчики-Скоты

[80] Фрэнк Энтони Айомми – британский гитарист, автор песен и продюсер. Наиболее известен как основатель, композитор и бессменный участник группы Black Sabbath.