– Я никогда в жизни не только не накладывал надлобкового свища, но даже и не видел, как это делается. Пойдём читать.
Книжек особо не было. В институтском учебнике по хирургии говорилось только, что нужно вскрывать мочевой пузырь экстраперитонеально. А как это???
В операционной я сделал студенту ещё одно признание:
– Не густо написано – важно не войти в брюшную полость и не вскрыть кишку… Поехали!
Делаем местную анестезию 0,25 % новокаином.
Тут в операционную входят двое – главный врач (терапевт) и молодой штатный хирург, только что вернувшийся из Пензы с курсов по усовершенствованию.
Оба встали за моей спиной. Хирург восторженно:
– Я теперь в животе, как у себя дома!
Делаю кожный разрез, начинаю раздвигать ткани… Где же этот чёртов мочевой пузырь-то?
– Режь смелей, доктор! – подбадривает хирург.
Режу… наружу что-то выскакивает… что это?
– Это слизистая пузыря! Режь дальше! – вещает хирург.
Я режу дальше, но про себя думаю: «Почему же слизистая-то уже… И если она, слизистая-то, уже, то почему нужно резать дальше?»…
Но я всё-таки режу дальше…
Появляется желчное содержимое…
– Кишка! – констатирует тот, который «в животе, как дома» – Держи кишку и ничего не трогай – я моюсь!
Потом пошли вообще чудеса… Деду дали наркоз и сделали лапаротомию от лобка до пупка.
«Зачем же так широко-то? Я ведь кишку не выпускал из рук…» – мысленно отмечаю я, но молчу – чего уж теперь-то…
Деду наложили надлобковый свищ. Я ушёл из операционной с говённым чувством.
А дед мой помер…
«Каждый хирург имеет собственное кладбище»… Это был мой первый покойник на моём собственном кладбище.
96. ВИЧ против нас-1
В пятницу, 11.02.2002, профессор Копли попросил меня прооперировать по поводу «аппендицита» молодую красивую белую даму. Копли – кобель ещё тот. Он и в этот раз стойку уже принял. Дама была направлена к хирургу частным GP (General Practitioner – врач общего профиля, Джи Пи) с диагнозом «острый аппендицит». Этот диагноз не был исключён и частным радиологом, производившим ультразвуковое исследование живота. На операцию в частном госпитале у дамы не было ни медицинской страховки, ни денег.
Три ЮАРовских частнопрактикующих доктора просят – это уже для хирурга многовато. Тут поменять диагноз на «Да тут нет ничего!» очень немудро будет – в следующий раз могут просто не попросить. А это значит, у тебя будет меньше пациентов, меньше дохода.
После краткого разговора я убедился, что срочности тут нет.
– Я дежурю в воскресенье. Могу вас прооперировать под видом неотложности – если действительно найду, что именно аппендикс виноват в ваших мучениях.
Тут я тоже задом повилял, не хуже профессора Копли – два старых павиана.
Дама пришла сегодня в сопровождении своего отца (просто Жан Габен с кулаками – каждый с мою голову) и, как тут принято называть, своего «бой-фрэнда» (щупловатый, на молодого Рындина похож). Все трое требуют от меня аппендэктомии.
Клиника такова. Жалобы сегодня – тошнота, диарея, боли в правой подвздошной области с иррадиацией в спину и по внутренней поверхности правого бедра. Страдает уже около трёх месяцев – сначала диарея, потом боли в животе – в правой подвздошной области и около пупка. Последний раз приступ болей был вчера – спастические, длились около трёх часов, никакой связи с мочеиспусканием или отхождением стула.