— Крэйг, я… — белобрысый вдруг запнулся, глядя куда-то за меня. — Блять, там мой отец.
Я повернулся, уставившись на Твика-старшего, уже спешившего к Понтиаку по подъездной дорожке.
— Крэйг, я побегу! — белобрысый коснулся моего запястья кончиками пальцев, по-быстрому пересекаясь взглядом.
Может, он увидел, что я выгляжу так себе? Или мы ненадолго поменялись ролями? Во всяком случае прозвучавшее из его уст: «Всё будет нормально», неожиданно встало у меня поперёк горла.
Я смотрел, как он подходит к отцу, и как тот начинает размахивать руками, однако, не повышая голоса. Твик не обернулся, впрочем, мужчина тоже. Бурно жестикулируя, оба уже поднимались к крыльцу, над которым зажегся фонарь. На ступеньках стояла встревоженная миссис Твик. Разглядев сына, она прикрыла рот ладонью, вздрогнула и затем бросилась к ним навстречу.
Я был словно призрак, наблюдающий за чужой жизнью со стороны. Впрочем, кем я сейчас мог для них являться? Неприятностью для родного сына, вот это точно…
Я медленно тронулся с подъездной дорожки и вырулил на улицу, уверенный, что они меня даже не заметили. На душе было невероятно паршиво.
В моём доме горел свет во всех окнах первого этажа. Скорее всего, мама что-то готовила на кухне, а отец с сестрой сидели в столовой или на диване перед телеком.
Я остановился возле въезда в гараж, пытаясь припомнить, есть ли там место для жар-птицы или придётся наутро расчищать его от какого-нибудь хлама? Кутаясь в куртку, выбранную для меня белобрысым, я внезапно решил, что не стану её снимать, когда лягу спать.
А потом обозвал себя конченым кретином.
— КРЭЙГ! — увидев меня первой, Триша сорвалась с дивана и набросилась с неожиданными объятиями. — ТЫ ВЕРНУЛСЯ!!!
Я застыл на пороге, выдерживая зрительный контакт с отцом. Тот едва заметно покачал головой, переводя взгляд обратно на телевизор, по которому показывали наш старый и любимый «Крепкий орешек». Я бы узнал его с любого фрагмента, ведь когда был маленьким, мы засмотрели три части на кассетах до дыр.
— Крэйг! — мама вышла из кухни, наспех вытирая руки полотенцем. — Солнышко, у нас на ужин лазанья!
Я опешил от их спокойствия, хотя, разве я ожидал чего-то другого? Я же просил Тришу меня прикрыть. Наверняка она выдумала весьма правдивую историю о том, что я остановился погостить у какой-нибудь подружки… Оставалось лишь поподробнее узнать о своём алиби.
— Я пойду руки помою, — я постарался улыбнуться и дёрнул не отлипающую от меня сестру за собой.
Уже в ванной она резко изменилась в лице, подпрыгнула, отвесила мне смачный подзатыльник, а затем, не мешкая, ещё и больно дала под зад.
— Скотина! Мне пришлось пороть такую чушь из-за тебя! Где мои бабки?!
— И уже не рада видеть? — я невозмутимо хмыкнул и вымыл руки, в то время как она уселась на бортик ванной.
— Ты просто обязан рассказать мне всё! Абсолютно всё!
— А ты-то что наплела? — я плеснул себе на лицо и всё-таки стащил с плеч несчастную куртку.
— Если что её зовут Ребекка, и ты от неё без ума. Она живет за городом.
— Ясно, — я усмехнулся. — Блондинка, надеюсь?
— А это важно? — сестра нахмурилась, заглядывая мне в лицо. — Крэйг, с тобой чёто не так…
— Завтра отдам тебе твои двадцать баксов. А если будешь себя хорошо вести, покатаю на спортивной тачке! — я кинул в неё полотенцем.
— Какой ещё тачке? — она перехватила его, удивленная настолько, что даже не смогла возмутиться.
— Красный Понтиак у нас перед гаражом.
— Да ты гонишь…
— Сама посмотри, — я улыбнулся, выходя за ней из ванной, и спустился в столовую.
— Как хорошо, что ты дома! — мама уже раскладывала еду по тарелкам. — Том, оторвись ты от экрана, и давайте все за стол! Триша, ты куда намылилась?!
Сестра пронеслась мимо нас ураганом, распахнула входную дверь и, не набросив куртку, выскочила на крыльцо. Через секунду раздался её восхищенный вопль.