— Я решила, что ты ошиваешься у Токена, и мы думали так, до тех пор, пока он не заявился сам! А потом мама поехала искать тебя у Донованов, и в общем-то она всё еще там, но уже сказала, что у них ты не появлялся. А где ты?
— Заехал тут в один городишко, — уклончиво ответил я. — Слушай, Триша… Скажи предкам, что все нормально. Я вернусь, как только смогу.
— С тебя двадцать баксов за такие нервяки, — проворчала она и кинула трубку.
— И я вас люблю, засранцы, — пробормотал я, слушая гудки.
На душе стало полегче, хотя я был немного удивлен, что обо мне так пеклись. За стеклянными дверьми показался Твик, уже в чистой сухой куртке, и я вышел к нему.
— Есть хочешь? Я там видел пиццерию… Может, отведаем какой-нибудь дряни? — меня позабавило, что он выглядел так, словно какое-то время репетировал это предложение.
— Договори за меня, — вдруг начал я. — На толстом тесте с двойным сыром и пепперони…
— Но без грибов и оливок? — белобрысый подавил улыбку и отвернулся. — Ладно.
На улице начал накрапывать дождик, и весь путь до кафе нам пришлось проделать бегом. Внутри потрясающе пахло свежеиспеченным тестом, официантка предложила нам столик в углу, возле окна, и я почувствовал, как у меня ноет в желудке.
— По-прежнему не ешь грибы? — спросил я Твика, глядя на то, как он уткнулся в меню.
Однажды ему попался червивый, и после этого мы еще долго пугали его всеми грибами, которые только могли найти в окрестных лесах. Подкладывали ему их в школьный шкафчик, в столовой, на стул в классе… Он так забавно вскрикивал, когда их видел.
Твик отвлеченно кивнул, шевеля губами и, кажется, о чем-то напряженно раздумывая.
— Слушай, может, нам выпить? — наконец, озвучил он. — Я только не знаю, что именно, не особо в этом разбираюсь…
Я усмехнулся, решив, что возьму эту заботу на себя и заказал два моих любимых лагера. Потом мы еще минут десять никак не могли определиться с пиццей, потому что нелюбимые Твиком грибы были почти в каждой. Наконец, решив, одновременно ухватились за высокие стаканы с пивом.
— Давай за Лаки, — предложил белобрысый.
— Кого? — непонимающе переспросил я.
— Ну Лаки, счастливчик, — пояснил Твик. — Чтобы он выкарабкался.
— За Лаки и за приключения! — провозгласил я, улыбаясь от мысли, что он уже назвал найденную собаку.
— Чтобы приключений было больше, — на лице белобрысого расцвела ответная ухмылка.
— Вот уж нет, — я засмеялся и чокнулся с его бокалом.
Странно, но несмотря на усталость и мой недавний разговор с родными, я поймал себя на мысли, что вовсе не скучаю по дому. Да, было чувство, что происходящее с нами — какой-то ёбанный пиздец, но, кажется, мне даже нравилось?
Я не стал озвучивать мысли вслух, наблюдая, как Твик поглощает пиццу и запивает её пивом. Он так смешно торопился, словно опасался, что пиво у него кто-то отберёт. А ещё у него раскраснелись щёки…
Кое-как доев свою половину пиццы, я проглотил лагер почти залпом.
Мы просидели в кафе еще полчаса. Твику понравилось пиво, и он попросил официантку повторить.
— Ты что, никогда не пил раньше? — я заметил, что парень немного наклюкался.
— Только на праздники, из-за таблеток мне нельзя, а сейчас… Я же их не пью.
— И вроде выглядишь неплохо? — я не то спросил, не то сказал определенно.
Твик горько усмехнулся в ответ, приканчивая остатки.
— Это тебе сейчас так кажется, потому что алкоголь оказывает седативный эффект…
Мы расплатились по счёту и вышли на свежий воздух. После дождя на тротуарах появились лужи, белобрысый шёл, слегка спотыкаясь, и я то и дело следил, чтобы вовремя поймать его в случае чего.