Она украдкой взглянула.
— Я хочу видеть твои большие, красивые глаза.
Рейн повиновалась, как идеальная девушка, когда я поцеловал ее между ног. Она издала пронзительно вскрикнула, когда я схватил ее за задницу и приподнял, ныряя языком так глубоко, как только мог. Она сжалась, а затем выгнулась дугой.
— Я… я… о, черт.
Яростный оргазм сжал мой язык, но все было слишком быстро. Это было нечестно по сравнению с почти десятиминутным минетом.
Я перевернул Рейн на живот и нажал на ментальные тормоза, чтобы не трахнуть ее. Она была уязвимой и сексуальной, мне потребовалась каждая унция силы воли, чтобы не засунуть в нее член. Я обнял ее одной рукой, схватив за сиськи, и втиснул свой возбужденный член между ее сомкнутых бедер. Она ахнула от этого прикосновения. Я взял ее за подбородок, и она поцеловала меня.
— Кассиан, пожалуйста. Просто сделай это.
Было трудно игнорировать ее, она была слишком хороша.
— Кассиан!
Я упал на матрас и притянул ее бедра к себе. Она сопротивлялась, пока я не заставил ее сесть мне на лицо. Мой язык погрузился в нее, и ее стенки сжались. Я ел, как голодный, подбадривая её. Рейн сжимала покрывало на кровати так сильно, что они костяшки ее пальцев побелели.
Я обхватил ее за талию и дернул. Она напряглась, прежде чем снова кончить.
— Ах, — воскликнула она, впиваясь ногтями в кровать.
Когда она перестала дрожать, я отодвинул ее в сторону.
У Рейн было ошеломленное выражение лица. Я подвинулся к краю матраса и натянул джинсы.
— Господи, — она встала рядом со мной, опираясь на мое плечо. — Это было невероятно.
Я вытер подбородок, улучив момент, чтобы попробовать сладость, оставленную ею, и прикусил большой палец, сдерживаясь, чтобы не раздвинуть ее ноги и не трахнуть.
Волосы Рейн щекотали мою кожу, а затем она наклонилась ближе, целуя меня.
— Я хочу большего.
— Позже.
Рейн хотела, чтобы я остался, ее желание было ясно видно по тому, как она прижималась ко мне, пока я одевался. У меня не хватило духу отодвинуться от нее. Часть меня хотела присоединиться к ней под одеялом и заснуть.
Я поймал ее руку, прежде чем она коснулась моей щеки, и поцеловал запястье.
— Это чертовски грустно, но…
— Что такое?
Я не мог сказать.
Но это не продлится долго.
ГЛАВА 15
Прошло несколько дней, но я все еще мучился от бессонницы. Я не мог выбросить Рейн из головы. Я смотрел на дверь, разделяющую наши комнаты, искушение не давало мне покоя всю ночь.
И чувство вины.
Когда мы прощались в тот вечер, ее глаза были печальны. Я все равно ушел, несмотря на глубокие сомнения. Я был таким ублюдком. Ее опущенный взгляд засел у меня холодом в груди. Интересно, она тоже не спит?
Она была очень расстроена.