Она была так беззащитна. Напугана.
— Расскажи мне, что случилось с твоей мамой.
— Нет.
— Ты почувствуешь себя лучше. Это пожирает тебя изнутри.
— Я ничего не скажу, пока ты не расскажешь мне что-нибудь, — Рейн попятилась от меня и опустилась на кровать. — Услуга за услугу.
С какой стати ей понадобилось меня узнавать?
Ноги Рейн свесились с матраса, когда я прикусил внутреннюю часть щеки. Я присел, мое бедро коснулось ее.
— На днях приезжал мой отец, но я не хочу иметь с ним ничего общего. Часть меня ненавидит его, потому что мы похожи. Теперь ты.
— Нельзя задавать дополнительных вопросов?
— Услуга за услугу, — повторил я.
— Ладно, — она уставилась в стену. — Мама перестала со мной разговаривать после того, как я предъявила ей ультиматум. Трэвис или я. Она выбрала его.
Лучше бы я этого не спрашивал.
— Мне очень жаль.
Рейн бесстрастно покачала головой.
— Я не хочу думать об этом. Хорошая новость заключается в том, что мой отец заплатит за ее квартиру, если я стану его комнатной собачкой.
— Тебе не обязательно меняться для него.
— А что мне еще делать?
— Бороться, — прорычал я. — Нанять адвоката.
— На какие деньги?
Я потрогал ее подбородок, кровь застучала у меня в жилах, когда ее глаза впились в мои.
— У меня есть друг-клиент, который должен мне услугу. Он поможет.
Она наклонилась вперед, как будто попала в то же самое магнитное притяжение, но остановилась.
— Нет, я не могу тебе этого позволить.
— Я сам предлагаю, — мне было невыносимо видеть ее такой подавленной. — Господи Иисусе, Рейн. Я хочу сделать это.
— Ты обещал не вмешиваться.
— Это было глупое обещание.
— Только не для меня, Кассиан, — она отмахнулась от моего прикосновения, размахивая рукой между нами. — Я не хочу все испортить.
— Я старше тебя. Поверь мне на слово. Прими мою помощь.
Рейн все еще выглядела неуверенной.
— Может, ты и старше, но не думаю, что мудрее.