– Братцы, а у нас гость! – крикнул Даффл.
В тот же миг Шаста почуял дивный запах, неведомый ему, но хорошо известный нам с вами, яичницы с ветчиной и жарящихся грибов.
– Смотри не ушибись, – предупредил гном, но поздно: Шаста стукнулся головой о притолоку. – Теперь садись к столу. Он низковат, но и стул маленький. Вот так.
Перед Шастой поставили миску овсянки и кружку сливок. Мальчик ещё не доел кашу, а братья Даффл, Роджин и Брикл уже несли сковороду с яичницей, грибы и кофейник.
Шаста в жизни не ел и не пил ничего подобного, даже не знал, что за ноздреватые прямоугольники лежат в особой корзинке и почему карлики покрывают их чем-то мягким и жёлтым (в Тархистане есть только оливковое масло).
Домик был совершенно не похож ни на тёмную, пропахшую рыбой хижину, ни на роскошный дворец в Ташбаане. Здесь всё ему нравилось – и низкий потолок, и деревянная мебель, и часы с кукушкой, и букет полевых цветов, и скатерть в красную клетку, и белые занавески. Одно было плохо: посуда оказалась слишком маленькой, – но справились и с этим – и миску, и чашку вновь и вновь наполняли, приговаривая: «Кофейку?», «Грибочков?», «Может, ещё яичницы?». Когда пришла пора мыть посуду, братья бросили жребий. Роджин остался убирать, а Даффл и Брикл вышли из домика, сели на скамейку и, с облегчением вздохнув, закурили трубки. Роса уже высохла, солнце припекало, и, если бы не ветерок, было бы жарко.
– Чужеземец, – сказал Даффл, – смотри, вот наша Нарния. Отсюда видно всё до южной границы, и мы этим очень гордимся. По правую руку – Западные горы. Именно там – Каменный Стол. За ними…
И тут раздался лёгкий храп – сытый и усталый Шаста заснул. Добрые гномы стали общаться жестами и говорить шёпотом, но так суетились, что он проснулся бы, если бы мог.
Ближе к ужину мальчик всё же проснулся, ещё раз поел и лёг в удобную постель, которую соорудили для него на полу из вереска, потому что в их деревянные кроватки он бы не влез. Шаста спал как убитый – даже сны не снились, – а утром лесок огласили звуки труб.
Гномы и Шаста выбежали из домика. Трубы затрубили снова – не грозные, как в Ташбаане, и не весёлые, как в Орландии, а чистые, звонкие и смелые. Вскоре зацокали копыта и из лесу выехал отряд.
Первым ехал лорд Перидан на гнедом коне, и в руке у него было знамя – алый лев на зелёном поле. Шаста сразу узнал этого льва. За ним следовал король Эдмунд и светловолосая девушка с очень весёлым лицом; на плече у неё был лук, на голове – шлем, у пояса – колчан, полный стрел («Королева Люси», – прошептал Даффл). Дальше на пони ехал принц Корин, а потом – и весь отряд, в котором, кроме людей и говорящих коней, были говорящие псы, кентавры, медведи и шестеро великанов. Да, в Нарнии есть и добрые великаны, только их меньше, чем злых. Шаста понял, что они не враги, но смотреть на них не решился, тут надо привыкнуть.
Поравнявшись с домиком (гномы стали кланяться), король крикнул:
– Друзья, не пора ли нам отдохнуть и подкрепиться?
Все шумно спешились, а принц Корин стрелой кинулся к Шасте, обнял его и воскликнул:
– Вот здорово! Ты здесь! А мы только высадились в Паравале, как прибежал Черво, олень, и всё нам рассказал. Как ты думаешь…
– Не представишь ли нам своего друга? – предложил король Эдмунд.
– Вы разве не помните, ваше величество? – удивился Корин. – Это же его вы приняли за меня в Ташбаане.
– Как они похожи! – вскричала королева. – Просто близнецы! Вот чудеса-то!
– Ваше величество, – сказал Шаста, – я вас не предал, не думайте. Хоть я и всё слышал, но никому не сказал!
– Я знаю, что ты не предатель, друг мой, – сказал король Эдмунд и положил ему руку на голову. – А вообще-то лучше не слушать то, что не предназначено для твоих ушей. Постарайся уж!
Тут поднялся невообразимый шум и звон – ведь все были в кольчугах, – и Шаста минут на пять потерял из виду и Корина, и Эдмунда, и Люси. Но принц был не из тех, кого можно не заметить, и вскоре он в этом убедился.
– Ну что это, клянусь львом?! – раздался громкий голос короля. – С тобой, принц, больше хлопот, чем со всем войском.
Шаста пробился через толпу и увидел, что король разгневан, Корин немножко смущён, а незнакомый гном сидит на земле и чуть не плачет. Два фавна помогали ему снять кольчугу.
– Ах, будь у меня с собой лекарство! – посетовала королева Люси. – Король Питер строго-настрого запретил мне брать его в сражения.
А случилось вот что. Когда Корин поговорил с Шастой, его гном Торн взял принца за локоть и, отводя в сторонку, сказал:
– Ваше высочество, надеюсь, к ночи мы прибудем в замок вашего отца. Возможно, тогда и будет битва.
– Знаю. Вот здорово!
– Это дело вкуса, – уклончиво ответил гном. – Дело в том, что король Эдмунд наказал мне не пускать ваше высочество в битву. Вы можете смотреть – и на том спасибо, в ваши-то годы!
– Какая чепуха! – рассердился Корин. – Я обязательно буду сражаться! Королева Люси возглавит лучников, а я…