Зима отчаяния: читать начало книги онлайн

– Они бы и не показали нам ничего секретного, – Путилин устроился на углу стола, – а что касается Третьего Отделения, то пусть хоть лоб себе разобьют. Трепов сейчас, – начальник посмотрел на часы, – докладывает его величеству о нашем успехе. До нового года мы получим и чины и ордена, – он со значением помолчал, – тебе хватит денег на новую квартиру.

Казенную плату за апартаменты Сабурову выплачивали ассигнациями. Большая их часть уходила на выплаты по векселям покойного отца.

– Я хотя бы починю трубу в ванной, – Сабуров взялся за лупу, – вы правы, Иван Дмитриевич, это писал не Призрак, – летящий почерк Завалишина нисколько не напоминал и почерк ее сиятельства княжны.

Услышав о Софии Аркадьевне, Путилин закашлялся чаем.

– Она здесь не при чем, – хмыкнул начальник, – думаю, что Призрак посетил Завалишина ради получения инструкций, а потом коллежского асессора охватил страх перед разоблачением, – полиция выломала замок из парадной двери апартаментов.

– Наши ребята постарались, – Путилин по- хозяйски прошел в гостиную, – смотри, где он висел…

Сабуров смотрел в другом направлении. Его беспокоил бесстрастный лик Будды, возвышающегося на китайском лакированном шкафу. Сделав шаг назад,Максим Михайлович взглянул в глазок.

– Идол стоял в другом углу, – понял Сабуров, – шкаф передвинули, – вернувшись в переднюю, он проверил свои подозрения. Просунув руку в щель между шкафом и стеной, Максим Михайлович подергал ручку двери, ведущей на черную лестницу.

В свой визит к Завалишину Сабуров не обратил внимания на расположение дверей.

– Надопроверить, открывали ли замок, – напомнил он себе, – шкаф могли переставить не просто так, а с целью что- то спрятать. Хотя его мог передвинуть и Завалишин, но только зачем?

Опустив глаза, Сабуров замер. Легко наклонившись, подобрав что- то с пола, он откликнулся:

– Иду, Иван Дмитриевич.

Завернув находку в носовой платок, Сабуров спокойно проследовал в гостиную.

Разбитую люстру вынесли из комнаты, но осколки хрусталя, рассыпавшиеся по персидскому ковру покойного Завалишина, ещенеприятно хрустели под ногами. Бесцеремонные сапоги полицейских затоптали лазурь и кармин райских птиц. Диковинные цветы потускнели. Под свисающим с потолка бархатным шнуром валялся перевернутый стул, на котором сидел Сабуров, навещая Адриана Николаевича.

– Шнур он отрезал от гардины, – Максим Михайлович очнулся от голоса начальника, – а нож нашелся на его столе.

Сабуров нарочито аккуратно обошел поваленный стул. К аромату восточных курений в комнате примешался запашок нечистот. Следователь видел много удавленников. Ему не хотелось думать о трупе Завалишина.

– Но придется, – Сабуров скрыл вздох, – не только думать, но и смотреть на тело.

Его беспокоил передвинутый шкаф и находка, обнаруженная в передней. Максим Михайлович решил пока ничего не говорить Путилину. Нож оказался туземным, с кривым смертельным лезвием и разукрашенной каким- то знаками костяной рукоятью.

Максим Михайлович натянулпотрепанные замшеввые перчатки.

– Он полагает печать на руку каждого человека, чтобы все люди знали дело Его, – пробормотал следователь, – хотя вы не верите в мою теорию.

Книга Иова была единственной частью Библии, которую Сабуров знал почти наизусть. Лежа в неизлечимом параличе, почти потеряв зрение, его покойный отец капризно настаивал на ежедневном чтении отрывков о страданиях благочестивого старца.

Сабурову иногда хотелось заметить, что Иов не играл на скачках и не тратил деньги на любовниц. Не веря в заповеди, он все равно не хотел обижать отца.

– Потому что я его любил, – внутри что- то болезненно кольнуло, – и Завалишин любил свою мать, я помню, как он о ней говорил, – Путилин пожал плечами.

– Насчет разницы в отпечатках пальцев я с тобой согласен, но, во- первых, на рукояти они незаметны, а во- вторых, даже если бы были заметны, то с чем ты их собираешься сравнивать? – Сабуров опустил нож обратно.

– Не с чем, вы правы, – он оглядел комнату, – и отсюда ничего не пропало? – Путилин по своему обыкновению уселся на край стола.

– Ровным счетом ни единого рубля и ни одной драгоценной безделушки, – комната напоминала сказочные покои, – мы поинтересовались его завещанием, – коллежский асессор оставил все свое имущество Академии Наук.

– Для учреждения стипендии на восточном факультете, – добавил Путилин, – по изучению экзотических языков. Это еще однодоказательство его связи со шпионами. Грюнау тоже разыгрывал добропорядочного гражданина и мецената, – Путилин склонил голову набок.

– Получается, ты видел, как Призрак приехал сюда в ландо?

Сабуров вспомнил о находке, завернутой в носовой платок. И в Итоне, и в училище правоведения считалось, что начав врать, отступать от своего не стоит.

– Именно так, – невозмутимо ответил следователь, – он привязал жеребца на улице, провел у Завалишина где- то полчаса, а потом куда- то заторопился, – Путилин хлопнул себя по лбу.