— До утра, — шепчет Саша. Носом ведёт по его виску, спину растирает сквозь тонкую рубашку — замёрзнуть успел, пока ждал на улице. — Не дольше. Просто отдохнёшь и снова…
— До утра, — эхом отзывается Яр. Выдыхает устало: — Хорошо звучит — до утра. Ты ведь будешь?..
— Буду. Здесь, с тобой, — Саша на них тянет плед, укрывая, и на несколько минут зажмуривается, наскоро изобретая Яру остаток стрима.
Техномагия всегда была его сильной стороной. Яр обнимает его, жмётся ближе.
— Ты как мягкая игрушка на ощупь, — бормочет.
Саша его магии своей осторожно касается, укрывая ей поверх пледа. От прикосновения, переплетения энергетических потоков мурашки по коже и мирное тепло в груди; Саша улыбается — как же сильно он по этому скучал. По спокойствию скучал, которое только так, только когда рядом и вплотную, почти одним целым. По ощущению правильности и цельности. По чувству, что любят — всепоглощающе и абсолютно, без оговорок и любых «но».
По Яру.
Тот замирает, мерно дыша в шею. Не спит — подзаряжается; Саша краем глаза видит, как с его лица постепенно сходит меловая бледность. Саша с ним своим теплом делится щедро; прижимается губами ко лбу и ладонь запускает под широкий вырез рубашки, касаясь татуировки — касаясь сердца. Энергию пускает сквозь пальцы, залечивая нанесённые слишком поспешной телепортацией раны в том, что люди называют душой; согревая заодно, глухое отчаяние из сердца собой вытесняя. Яр слабо улыбается, подаваясь к его руке; непослушными пальцами расстёгивает пару пуговиц на кигуруми, забираясь под него руками и прижимая ладони к горячей сашиной спине. Собой делится так же щедро; своей магией искрящей гладит ласково, слегка покалывая кожу. Саша чуть ёжится; Сашу мурашками пробивает и невольной улыбкой.
Т е п л о.
Саша по его татуировке кончиками пальцев напоследок мажет — и просто обнимает за плечи, утыкаясь в макушку носом. Яр слабо, ещё не до конца оклемавшись, тянется губами к его губам. Прижимается несильно.
— Я не хочу больше скучать, — бормочет.
Саша целует в ответ.
========== Рейстлин ==========
Саша клацает на трансляцию уже, по своим подсчётам, к концу первого акта.
Ну уж как успел, извините. Саша вообще не собирается смотреть, как где-то там, на другом конце Москвы, загибается один из важнейших людей в его жизни.
Просто заглянуть одним глазком и убедиться, что он жив.
И прилечь хоть на пару часов, чтобы, когда он придёт, абсолютно вымотанный и дезориентированный после очередной своей смерти, быть в состоянии возвращать его в человеческий вид, а не лежать рядом таким же вымотанным брёвнышком.
Попадает Саша на начало второго акта. И сквозь зубы ругается.
У Яра нижняя челюсть и руки трясутся слишком заметно. Саша невольно впивается пальцами в край стола, тревожно вглядываясь.
Саша слишком хорошо знает, когда Яр на грани панической атаки. Саша жмурится, почти молясь и вспоминая, когда у него случится передышка.
Получается, что не скоро.
Блять. План с «метнуться к нему и ловить за кулисами» отменяется. Он просто не доживёт до кулис.
Саша не то чтобы очень задумывается, когда снова хватается за мышку, разворачивая видео на весь экран, и т я н е т с я отчаянно туда. Через провода собственного компьютера, через нить подключения, через трансляцию — обнаруживает себя в одной из камер, стоящих в зале, и сбивает оператору прицел, вглядываясь в родную тонкую фигуру на сцене.
Блять. Блятьблятьблятьблять, всё слишком плохо. Саша тянется к нему и едва не вылетает — и из камеры, и из реальности в обморок, — когда их магия соприкасается.
Всё не просто плохо, всё на грани коллапса — Яр ощущается сейчас небольшой такой чёрной дырой.
У м и р а ю щ е й чёрной дырой. Будто он всего себя растратил уже и сейчас держится на чистом упрямстве. И за протянутую нить цепляется и дёргает, сам того не осознавая — будто пытаясь жадно и торопливо напиться воды после долгого путешествия по пустыне. Саша, едва не выдернутый из своей квартиры, чудом удерживается, чтобы физически не свалиться к его ногам.
Тот ещё перфоманс был бы.
Ярик-Ярик, что же ты творишь, когда же научишься по-человечески расходовать энергию, а не сжигать в считанные секунды месячный запас…
Саша стискивает зубы, чувствуя, как Яр невольно тянет его силы, — и расширяет канал с ним, чуть ослабив контроль над камерой. Оператор торопливо фокусируется на Крисании. Саша чуть выдыхает, собираясь с духом, и снова дёргает прицел на своего Рейстлина.
Какое счастье, что с ним так легко переплестись, цепляясь магией за магию, и не тратить лишние силы на то, чтобы эту связь удержать.