Средневековая Венеция: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

С середины X столетия в Риальто действовал рынок (forum Rivoalti), располагавшийся на берегу (de titra) канала, напротив мясной лавки. В 1051 г. на другом берегу канала (de ultra) Градениго обладали несколькими мясными лавками, магазинами и домами. В 1097 г. два брата Орно внесли пожертвование «в честь рынка и всей нашей родины» на общее благо. На этой территории между церковью Св. Сильвестра и аристократическим дворцом в Риальто располагались большое количество магазинов, складов, церковь Св. Маттео, дублировавшая герцогскую церковь Св. Джакомо и, наконец, ближе к 1180 г. был сооружен мост, соединивший два берега канала. Градениго делили свое имущество на доли, частные дома и calli занимали все пространство. В 1288 г. Коммуна преобразовала свободное пространство за церковью Св. Джованни в Кампо Риальто Ново. Берега канала благоустроили, соорудив ступеньки для более удобной выгрузки товаров, предназначенных для магазинов. Эти деревянные ступеньки имели размеры от 7 до 8 футов в высоту и от 10 до 12 футов в глубину. Ступени поднимались к частным улочкам, которые вели на построенную в 1226 г. общественную дорогу шириной в 7 футов, пролегавшую от церкви Сан-Апонал к церкви Сан-Кассиан. Эта дорога шла по правому берегу (ultra) и обрамляла рынок. Венецианцы начали осознавать, что городские улицы служат не только для того, чтобы возвращаться по ним в запертые на ключ дома, но также, чтобы поддерживать связи с соседями и с покупателями, которые останавливались перед магазинами, где торговались с продавцами. Ряды лавок тянулись строгими рядами (ordines) от церкви Сан-Бартоломео до церкви Сан-Марко на левом берегу (cifra) и по торговым улочкам (mercerie), служили источником существования для семей торговцев. Мало-помалу город принимал цивилизованный облик.

Часто съестное продавалось в лавках, многие бакалейщики прямо с шаланд предлагали восточные пряности, которые весьма ценились дворцовыми гурманами и пользовались успехом у средневековых фармацевтов, широко распространявших настойки и мази. Хлебопекарни (piston) снабжали булками покупателей из ближайших кварталов, а перед Арсеналом находилась крупная пекарня, где делали галеты, которые могли долго храниться, они предназначались для моряков. Перед дворцом дожа, на углу монетного двора (zecca), располагалась мясная лавка. Многочисленные производители соленостей (luganegher) предлагали сосиски и ветчину, соленые и сушеные, которые продавались в лавках. Молочники продавали сыры, привозимые с Крита. Для производства сахара сырье импортировали с плантаций Кипра.

Система мер и денежных единиц

Со времен реформы системы мер и весов, а также денежных единиц, введенных Карлом Великим, средневековая Европа сохранила единую систему расчетов: будущий император постановил (790), что су (solidus), старая римская мера веса, имевшая выражение в золотой монете, равняется 12 динариям, а ливр (libbra) — как мера веса — равняется 240 динариям. Каролингский монетный двор выпускал лишь одни динарии. Су и ливр служили эталоном для оценки стоимости динария. 1 ливр = 20 солидам, 1 солид = 12 динариям. Эта система расчетов была удобна, поскольку она была одновременно десятиричной и двенадцатиричной, а также давала возможность делить на 1, 2, 3, 4, 5, 6 и 10. Разрушение каролингской чеканки и приобретение сеньорами права чеканить монету не ликвидировали эту систему расчетов, но феодальная раздробленность способствовала возникновению многочисленных монетных дворов и на рынок стали поступать разные виды динариев (различные по форме, по весу, различной пробы, а также сплавы утилизированных металлов). С 820-го и примерно до 1125 г. венецианский герцог чеканил в малых количествах динарии с изображением германского императора и надписью «Венеция» (Venetiae) или «sanctus Marcus» на лицевой стороне. В XII в. Венеция использовала для местных расчетов и обмена со своими соседями из других итальянских областей иностранную монету — веронский динарий из сплава серебра и меди. Поскольку эта монета имела низкую стоимость, а сумма внешних платежей достигла больших размеров, возникла потребность в экспорте золотых слитков и брусков, весом с марку — монету (bollati), которые штамповались венецианским монетным двором. На внешних рынках Леванта, в Константинополе, в Александрии, на Крите, на Кипре, на Святой земле, в Северной Африке обмен основывался не на денежной компенсации за приобретаемые товары, а на меновой торговле, даже если обмениваемые товары оценивались в местных денежных единицах, поскольку первичной функцией денег являлась мера стоимости различных товаров. Денежная монета также способствовала урегулированию цены на товар при совершении сделок.

Венецианским купцам были известны иностранные денежные единицы, их курсы, В Милане они считали на ливры, в Неаполе — на тари (tari), во Фриули — на динарии Фрейсаха (по названию серебряной копи), в Византии и на территории империи — на золотые гиперперы достоинством в 24 карата, на мусульманском Востоке — на бизанты (besants) — золотые динарии различных видов, причем, выпускаемые в XII в. Монетным двором в Каире и в Александрии были менее восприимчивы к колебаниям курса, чем монеты Магриба (Марокко и Туниса). Крестоносцы также чеканили в XII в. золотые монеты, имевшие значительный вес, с мусульманскими надписями, сделанные арабскими буквами, и называвшиеся в венецианских документах «сарацинскими золотыми монетами королевства Иерусалимского». Эти монеты обладали большим достоинством (всего 3,74 весом, они состояли на 97 % из чистого золота). В 1251 г. папа Иннокентий IV велел чеканить на этих христианских монетах надписи, прославлявшие Аллаха. Венецианские купцы находили способы манипулировать внешними обменами (преобразовывая иностранные капиталы в отечественные либо в иные). Восток, византийский и мусульманский, использовал только один металл — золото. Он снабжался золотом Судана, которое привозили караваны с золотоносных залежей Сахеля, расположенных возле Сахары.

После убийства последнего дожа-монарха Витали II Микеле (28 мая 1172 г.) знатные купцы из древних фамилий избрали Себастьяно Зиани. Новый дож начал проводить реформу денежной системы и регламентировать функционирование Риальто. На новых монетах чеканили изображение дожа и Св. Марко, подтверждая тем самым независимость молодой Коммуны. Венеция выпустила свой собственный динарий. В Венеции одна серебряная марка весила 238,5 г и была эквивалентна 10 серебряным ливрам (1 ливр = 23,85 г), а динарий — 1/240 ливра, содержавший 0,0993 г. чистого серебра. Было невозможно пустить в обращение монету весом меньше одного дециграмма, и возникла необходимость в изготовлении сплава — венецианского динария весом 0,367 г. Венеция до конца века использовала две монеты — свою и Вероны. Дож Энрико Дандоло полностью реорганизовал денежную систему. Он ввел новую монету больших размеров и большего веса, из более чистого серебра, которую назвал «главной» монетой («gros» d'argent). Она составляла 2,2 г от 965/1000 и равнялась 24 динариям или 2 солидам, либо 1/10 ливра. Но такой расчет не вполне точен, поскольку 10 таких монет содержали 2,6 г серебра, т. е. на 11 % меньше, чем 240 динариев или 1 ливр. Дандоло решил проблему, перестав выпускать динарии, но эта мелкая монета была незаменима при выплате жалований и при совершении повседневных покупок. Тогда дож решил выпустить новую разменную монету, quartarolo, теоретически составлявшую четверть динария, чья номинальная стоимость превосходила реальную (по содержанию драгоценного металла). Создалась сложная ситуация: за образец расчетов брались старые динарии (ливр, су, динарий), эмиссия которых была прекращена, при этом старые монеты не вышли из обращения, тогда как монетный двор чеканил крупные («главные») монеты (1 такая монета равнялась 26 динариям). Люди расплачивались теми монетами, которые были у них в кошельках, заботясь лишь о том, чтобы они обладали достаточным достоинством и были надлежащей пробы. Монеты взвешивались для определения их стоимости и проверялись на предмет цельности. Купцы отправлялись в поездки с самыми разными видами денег, бывшими в ходу.

В середине века в Европе началась эксплуатация новых серебряных копей Иихлавы (Jihlava) в Богемских горах и копей Иглесиаса (Сардиния). Серебро, привозимое немецкими купцами, потекло в Венецию, и монетный двор увеличил эмиссию («главных») крупных монет. Купцы, которые пользовались такими монетами, имели обыкновение записывать свои расчеты в «главных» динариях (ливры, солиды и крупные динарии). Имело место хождение двух видов монет — старого венецианского ливра и нового крупного ливра, соотносившихся между собой в пропорции 1 к 26, поскольку один крупный ливр равнялся 26 динариям (согласно внутреннему курсу). Но старый динарий терял свою ценность (вследствие износа старых монет), а чрезмерный приток денег и инфляция, случившаяся в XIII в., привели к резкому снижению стоимости квартароло (quartaroio). Возникла необходимость в более надежной разменной монете, и в 1268 г. дож Лоренцо Тьеполо решил возобновить эмиссию динария, называемого с тех пор «малым» (piccolo), поскольку вес его уменьшился до У а и, в конце концов снизился до 250/1000. Таким образом, Венеция осталась с девальвированным динарием и двумя монетами для расчета: крупный ливр имел соотношение с крупным серебряным ливром и ливром динариев (de deniers), ставшим чисто виртуальным, тогда как крупный ливр стоил 28 новых динариев. Как же можно было расплачиваться с помощью крупных ливров, существовавших параллельно с ливрами венецианских динариев (libra denariorum venetialium), когда между ними уже не было эквивалентного соотношения, a новый пикколо уже начал подвергаться девальвации? В 1278 г. крупный ливр (le gros) равнялся 30, а в 1282 г. — 32 пикколо («малым»). Для того чтобы поддержать в расчетах старое соотношение и облегчить возможность расплачиваться большими серебряными монетами по суммам, выраженным в ливрах (livres de deniers), которые уже не выпускались, было решено назвать крупный ливр libra ad grossos, тогда как пикколо служил основой для ливра венецианских динариев (libra denariorum venetialium).

Таблица показывает, что Венеция создала новую денежную систему (ливр — солид — гроссо — пикколо), пришедшую на смену старой каролингской (ливр — солид — динарий), где пикколо служил единицей, кратной крупному ливру (1 крупный ливр = 32 пикколо). Между тем на международном рынке два ценных металла — золото и серебро — по-разному воспринимались на Западе и на Востоке. В то время как в Европе серебро обесценивалось, на исламских территориях оно было в цене. Опасаясь массового оттока серебра на Восток, Венеция в 1284 г. решила, по примеру Флоренции и Генуи (1252), возобновить чеканку золотых монет. Венеция приступила к чеканке золотой монеты дожа (дукса), которая стала называться «дукатом» и весила от 3,559 г (24 карата чистого золота), который Большой совет оценивал в 40 солидов ad grossorum.

Венеция попыталась освоить триметаллическую систему «золото — серебро — низкосортное серебро». «Крупный ливр» имел огромное влияние на поддержание стоимости динария дожа Себастьяно Зиани. Он имел постоянное соотношение с серебряным ливром и укреплял золотой дукат. Однако колебания стоимости двух металлов, золота и серебра, сделали невозможным поддержание твердых соотношений, например, когда 1 дукат равнялся 24 крупным (grosso) ливрам, поскольку один из двух металлов то чрезмерно возрастал в цене, то чрезмерно падал. Наконец после многочисленных и бесплодных попыток в 1472 г. эмиссия крупного ливра была прекращена. Прекращение выпуска крупного ливра привело к возврату биметаллической системы, что вызвало определенные трудности. Когда дукат стал равняться 124 солидам (6/4 су), он превратился в эталонную монету для расчетов, постоянно сохраняя паритет до конца существования Республики, в то время как настоящая золотая монета зекка, zecca (zecchina или секвин), не теряла своей стоимости.

Меры весов, длины и объема

Самым старинным из сохранившихся венецианских трудов был «альманах» (по-венециански tarifa, слово арабского происхождения) под названием «Zibaldone» (который был отредактирован в XIV в.), дававший путешественникам, плававшим в конце XIII в. по Средиземному морю, сведения о некоторых способах ведения торговли, о проблемах торговой арифметики, о мерах веса и измерения, о денежном обращении, о принятых ценах, о способах определения качества товаров. Купец должен был иметь сведения о соотношении заграничных мер и весов с отечественными, о монетах, но, прежде всего, он должен был ориентироваться в правилах внутреннего обмена, в системе мер и весов.

Для того чтобы определить количество товара или размер какого бы то ни было имущества, венецианцы применяли три метода: взвешивание, измерение и счет. Наиболее общей единицей измерения веса в Коммуне был ливр, единицей размера — минот (mozetto = малому мюиду), а счет велся по двенадцатиричной и шестнадцатиричной системам. Разумеется, две основные единицы, ливр и минот, делились на кратные им единицы, каждая из которых носила свое название.

Средневековые меры веса и измерений были связаны с измеряемыми объектами. Венецианцы использовали три вида ливров: крупный ливр для товаров большой массы, легкий ливр для товаров небольшого размера и специальный ливр для драгоценных металлов. Эти три ливра не зависели друг от друга и состояли из 12 унций, также не связанных между собой. Крупный ливр весил 477,08 г, легкий ливр — 301,94 г, ливр монетный — из 16 унций или 144 каратов — весил 23,8 г. Чем более ценным был товар, тем больше заботились о его взвешивании. Меньше заботились о товарах Коммуны. 1000 крупных ливров равнялись 477 кг. Вес ценных товаров, таких как перец и пряности, измерялся в кантарах (cantar). Это слово арабского происхождения, ставшее латинским centenarium, означало меру веса, равную 100 легким ливрам, или 30,194 кг. Для взвешивания необходимо было иметь весы, или stadere. На венецианских судах всегда находился этот незаменимый в торговле инструмент. Но тяжеловесные и громоздкие товары взвесить было невозможно, и поэтому довольствовались их пространственным измерением — с помощью руки.

Средством измерения являлся сосуд (емкость), который наполнялся содержимым. Размеры этого сосуда задавались в соответствии с единой мерой длины. В Венеции за единицу длины брался фут, который в свою очередь делился на дюймы. Венецианский фут был равен 347,735 мм. Льняные полотна измерялись в локтях braccio длиной в 36 дюймов (667,920 мм). Основной единицей измерения был «минот» (mozetto), размеры которого были равны «человеческой руке». Он служил одновременно средством измерения и переноски. В него помещались товары различного веса. Единицы измерения входили в систему и имели наименования: мине, сетье и мюид, четверть (quartaruol). Например, количество соли при морской транспортировке и при хранении на складах измерялось одной мерой (мюид, состоявший из 24 minot), a при розничной торговле — другой (quartaruol, составлявший ⅛ минота). Ни у одного частного лица не было необходимости покупать мюид соли.

Единицей измерения пшеницы и зерна было сетье, равное двум минотам. Для того чтобы узнать происхождение и качество продукта, весовщики и контролеры взвешивали пробную меру, что являлось достаточно надежным средством для выявления мошенничества.

И, наконец, тоннаж судов измерялся в botti. Ботте (botté) обозначало морскую бочку, тогда как бочки для вина назывались «амфорами», баррелями или карателлами (caratelli) в зависимости от их размеров. Амфора вмещала в себя 680 литров, а объем морской бочки равнялся 1,5 амфоры или 1,14 м³, что никого и не удивляло: и по сей день в Англии существует понятие «морская бочка».

Банки

Местные банки играли важную роль в экономике Венеции, благодаря трансфертам денег и обменным операциям. Банки, поддерживаемые иностранными купцами, действовали в их интересах, осуществляя инвестиции, выгодные для клиентов, вложивших деньги. Банкиры «распределяли деньги одним росчерком пера» (Муэллер), заменяя металлические монеты банковскими счетами. Что представлял собой банковский счет? Менялы создавали с помощью кредитов и компенсаций ex nihilo (лат. «из ничего») безналичные денежные компоненты, лишь частично обеспеченные металлическими монетами, хранившимися в их сейфах. Движение осуществлялось за счет перевода средств с одних счетов на другие. Рост банковской активности привел к возникновению кредитной монеты. Этот вид монеты существовал уже в 1321 г., когда закон разрешил банкирам в трехдневный срок ликвидировать счета клиентов.

Площадь Риальто часто посещали купцы со всего мира с самыми различными видами монет, и потому возникала необходимость в менялах, способных определить стоимость любой монеты. Если эти менялы принимали денежные средства, они становились банкирами и обеспечивали текущие счета своих клиентов местной валютой. Создав сеть связанных между собой банковских счетов, эти банкиры организовали банковскую систему и делали деньги хорошо известным способом — за счет обширной экспансии капиталов. Безналичные счета были эквивалентны наличным деньгам. Это положение, denarii de banchis sunt denarii contati («динарии из банков — это наличные динарии»), в начале следующего века признавали «апелляционные судьи». В XIV в. одновременно функционировали от восьми до десяти банков de scritta (букв, «писчих», т. е. занимавшихся безналичными расчетами), расположенных на Кампо Сан-Джакомо в Риальто. Купцы могли открывать счета в тех банках. По устным распоряжениям moneta di banca, т. е. средства с текущих счетов, использовались на многочисленные цели, в т. ч. для оплаты накладных счетов; банковские счета занимали центральное место в ведении торговой бухгалтерии, в оплате за наем жилья, при обмене векселями (самый старинный вексель, найденный в венецианских архивах, был подписан в 1360 г. банкиром Бартоломео Микеле), для выдачи банкирами ссуд, в финансовых расчетах между клиентами одного банкира, для проведения операций с драгоценными металлами, для выплат в Zecca или в Officium Extraordinariorum (таможенная служба, занимавшаяся сбором налогов и взиманием фрахта с государственных галер). Банки контролировались как местными, так и государственными властями. Они принимали участие в аукционах, банкиры оказывали поддержку консулам и купцам. Государство прибегало к помощи банкиров и использовало банковские средства. В свою очередь купцы оказывали давление на государственные службы для того, чтобы они принимали безналичные платежи. С XV в. для облегчения сделок таможни разрешили вносить платежи в «писчих динариях» (denarios scriptos). В начале войны с Кьодджей государство потребовало у банкиров кредиты, которые соглашались на кредитование с надеждой на поступление доходов в казну. Но такая система основывалась на доверии, с одной стороны, к банкам, с другой — к государству и его кредитоспособности. В XV в. постоянные войны увеличивали потребность в ссудах, и возникавшие у банков в связи с этим трудности часто приводили их к банкротству.

Финансы

Экономическая активность венецианцев приводила к росту доходов, часть которых шла на государственные налоги. Город успешно реализовывал свои честолюбивые планы, поскольку имел для этого достаточные человеческие и материальные ресурсы.

Первостепенной заботой Республики была поддержка и развитие торговли. Она предпринимала все меры, стимулируя экономические инвестиции, координируя деятельность финансового и торгового капитала, облагала налогами правящие классы, прибегала к средствам патрициата и духовенства. Принято считать, что в Средние века при отсутствии бюджета, расходы превышали доходы, особенно расходы на внешние нужды — на войну, на непредвиденные обстоятельства, на ликвидацию природных катаклизмов, на сельское хозяйство, санитарию и борьбу с эпидемиями. Но при этом следует учесть, что налоги возрастали и появлялись новые, сначала в связи с войнами, но вскоре налогообложение приняло постоянный характер, и налоговые поступления стали компенсировать все возраставшие издержки. Война была причиной основных расходов, в особенности расходов на армию, на наемные войска, их питание, на командиров (condottierri), которым приходилось платить золотом, а не обещаниями. Для нужд войны создавались «сокровищницы» (склады), что было весьма обременительно. В технике расчетов существовала система, заключавшаяся в немедленной выплате денег на расходы при поступлении доходов, но доходы также предшествовали расходам. Венеция длительное время отказывалась от введения прямого налога на доходы, на движимое и недвижимое, а также на землю. Торговый город предпочитал прибегать к косвенным налогам (dazi), на торговую деятельность (таможенная пошлина), на сделки и на потребительские товары.

Во времена Коммуны торговцы платили налоги двух видов. Если товары перевозились сухопутным путем (через Италию) или по Адриатическому морю, с них взималась сороковая часть от стоимости (2,5 %), если же товар переправлялся по Средиземному морю — пятидесятая часть (20 %). Во всех случаях венецианцы выплачивали одну восьмидесятую часть (1,25 %). Это означало для них большую выгоду. Венеция не являлась транзитной территорией, а представляла собой эмпорий, что давало ей возможность служить гаванью и размещать склады. Для создания эмпория было необходимо запретить транзит. В чем же состояла сущность эмпория? 1) Иностранцы, желавшие отправлять товары на Восток через Венецию, должны были в обязательном порядке после выплаты въездной пошлины продавать их венецианцам, имевшим юридическое право заниматься коммерцией. Если же они желали приобрести товар из Леванта или с Востока через посредство Венеции, то могли покупать его лишь у венецианских граждан. Все коммерческие операции, проводившиеся этими гражданами (купцами и судовладельцами) в Средиземноморье, проходили через Риальто. 2) В июле 1316 г. Совет мудрецов решил пересмотреть estimo новых граждан, получивших свой статус по достижении 25 лет, чтобы обязать их участвовать в государственных займах (prestiti) при наличии роста капиталовложений в торговлю. 3) 5 августа 1324 г. советы наконец запретили инвестировать colleganza для заморской торговли на сумму, превышающую estimo, служившее основанием prestiti. Сенат лимитировал стоимость товаров, которые любой венецианец мог ввозить. Поскольку развитие экономики в значительной степени зависело от способности предпринимателей находить кредиты, от их умения инвестировать в коммерцию больше средств, чем их собственные капиталы, в этом предписании можно усмотреть попытку принести выгоду наиболее обеспеченным, приписанным к estimo. Социальный слой патрициев и наиболее обеспеченных граждан оставлял себе основную часть дохода от морской торговли, превратив финансовую систему Коммуны (prestiti) в средство по налоговому ограничению торговых сношений исключительно для своей пользы.

Налоги на товары потребления (dazio) назывались в соответствии с наименованием товаров, ими облагавшихся. Имелись налоги на вина, растительное масло, сало, железо, коноплю, лес, уголь, зерно. Существовали также налоги на передачу собственности — комиссионный процент, налог в 5 % за оформление наследства и на нотариальные акты и т. д. Существовала прямая форма взимания платежей (per conto pubblico), арендная плата (per affito) или уплата неустоек (in limitazione). В этом случае у объединенных в корпорации налогоплательщиков (по месту проживания или по видам ремесел) требовали ежегодной выплаты определенной суммы, которая затем распределялась между членами сообществ в соответствии с estimo и со степенью важности их дел.

На некоторые товары первой необходимости существовала монополия, и они облагались значительными налогами (appalti ou partiti). Такая практика существовала в отношении мяса и соленой рыбы. Налог на ввоз в Венецию скота, предназначенного для получения мяса, из горных районов или из-за рубежа, из Скьявоны и Венгрии, снижался для тех, кто в то же время способствовал обеспечению города и герцогства. Налоги на эти товары быстро возрастали: в 1285 г. налоги составили 6635 ливров, а в 1507 г. — 141 000 ливров, что свидетельствует о падении ливра и об увеличении налогового бремени, а также об изменении рациона питания — о росте потребления мяса к концу Средних веков. Скот забивался на принадлежавших Коммуне скотобойнях, которая открывала прилавки, где мясо продавалось по регламентированным ценам.