– Да, во всяком случае, мы знаем, что она купила ее в том магазине. Вот видите, у нее было много денег помимо жалования телеграфистки.
– Да уж! Поскольку она продавала государственные секреты! – вставил Риверс.
– Хорошо, – сказал я после того, как начал понимать, что к чему, – если Сэди Кент сидела в офисе Гейтли, курила и болтала с ним, да еще и ее пудра... все это свидетельствует об их довольно дружеских отношениях!
– Конечно, – мрачно сказал Уайз. – Именно об этом я боюсь говорить мисс Рейнор. Поскольку все это каким-то образом вовлекает Эймоса Гейтли, это как-то связывает его со шпионскими делами, или же мисс Кент поддерживала с ним дружбу... иного рода.
– Ох, давайте не говорить о таких вещах, – сказал я.
– Это неприятно, но близость между президентом банка и симпатичной телеграфисткой не намного хуже, чем...
– Чем заклеймить его подозрением в связи со шпионажем! – Риверс окончил мысль сыщика. – Да, это так! Самые позорные связи были бы ничем по сравнению с бесславьем шпионажа!
– Знаю, но не могу увязать что-либо постыдное с личностью Эймоса Гейтли! – поспешил объясниться я. – Уайз, вы не знали его, как и вы, Риверс. Я также не был лично с ним знаком, но я знал и знаю, что на протяжении всей карьеры Эймос Гейтли не вызывал ни тени подозрения! Его имя стало синонимом всего лучшего, что может быть в бизнесе, политике, обществе! Я рад, что вы не намекнули на это в присутствии Олив Рейнор! Это сломило бы ее.
– Рано или поздно она услышит об этом, – покачал головой Уайз. – Здесь нет никаких сомнений. Понимаете, «Звено» обычно передавала сообщения Родману, а он при помощи тайного лифта доносил их до Гейтли, который сообщал их немецким агентам.
– Вы это знаете? – спросил Риверс.
– Я не смог заставить Родмана подтвердить все это, но когда я нажал на него, он взбесился. Так что я уверен – я выяснил правду.
– Где сейчас Родман?
– Министерство Юстиции забрало его дело. Они присмотрят за ним. Но я не представляю, как увязать его с убийством Гейтли. Я ни на минуту не сомневаюсь, что он способен на него, но его же там не было в нужное время.
– А Сэди Кент была? – задумчиво нахмурился Риверс.
– Не во время стрельбы. Брайс может подтвердить.
– Если только она не пряталась, – сказал я. – Но это не так – я заглянул в шкафы и т. д. Мы доказали, что ранее она была в кабинете, но я не подозреваю ее в убийстве Гейтли.
– Я также, – подтвердил Уайз. – Но приходить в офис Гейтли было несвойственно для нее. Должно быть, в последнее время она стала более дерзкой, и у нее было какое-то влияние на Гейтли, так что, заходя к нему, она чувствовала себя в безопасности.
– Они не смогут вытянуть все это у Сэди?
– Она скользкая. Притворяется, что говорит честно, но сказанное ею мало значит и вводит в заблуждение.
– Где она?
– В данный момент в Кенилворт-Хаус. Ее продержат там до тех пор, пока не уточнят, кто с ней работал.
– Она сбежит, ее нужно посадить в тюрьму, – сказал Риверс.
Как ни странно, эти слова Риверса оказались пророческими и исполнились уже на следующий день!
Я был в своем офисе и увлеченно обсуждал с Норой это увлекательное дело, когда прибежала Зизи.
– Я сделала это! – объявила она, перебросив плащ за плечи, сложив руки и встав в позу Наполеона. Ее черные брови хмурились, но глаза – танцевали.
– Что же ты сделала? – спросил я, в то время как Нора уставилась на маленькую драматичную фигурку.
– Вернула пропавшую «Звено» на место!
– Что? Сэди?
– Она самая. Как вы знаете, мистер Риверс сказал, что она сбежит из какого-то там дома и наделает проблем, она их и наделала!
– Расскажи подробнее, – попросил я.