Пеннингтон Уайз открыл ящики стола. Но там было практически не на что смотреть – все деловые бумаги были изъяты душеприказчиками мистера Гейтли.
– Странный сверток, – заметил Уайз, вынимая пакет бумаг, связанных резинкой. Он разложил их на столе.
Листы отличались друг от друга, но на всех были адреса или эмблемы разных крупных отелей, среди которых были и Нью-Йоркские. На каждом листе резиновой печатью была проставлена дата.
– Это важно, если…
– Если что? – спросила Нора.
– Если верны мои выводы. Эти письма, если мы можем назвать их письмами, были отправлены мистеру Гейтли в разное время и в разных конвертах.
– Так и есть, – сообщил я. – Одно из них пришло на следующее утро после смерти.
– О! Которое?
– Его здесь нет. Все новые письма пересылаются адвокату мистера Гейтли.
– Нам нужно достать это письмо!
– Но, скажите, что может быть важного в чистых листах бумаги?
– Это не чистые листы, – Уайз указал на печати с датами. – Они совсем не чистые!
– Но здесь только даты на пустых листах, что это может значить?
– Возможно, ничего, возможно – все.
Такая загадочность была несвойственна Пеннингтону Уайзу, и я решил, что эти бумаги и впрямь могут стать важными уликами.
– Возможно, написанное на них было стерто? – предположил я.
– Скорее всего, нет. Я так не думаю, – сыщик присмотрелся к листам. – Нет, – заключил он, – ничего подобного. Все видно, и можно прочесть.
– Читаю «Уолдорф-Астория, седьмое декабря», – зубоскалил я. – Читатель сильно просветился?
– Еще нет, но вскоре... – пробормотал Уайз, продолжая свои изыскания. – Ха! Вот оно!
Теперь он тщательно рассматривал сигареты в пепельнице.
– Леди оставила свою подпись! Как мило с ее стороны!
– Но Хадсон изучал их и так и не смог ничего разобрать, – возразил я.
– Слепец Хадсон! Эти изысканные и дорогие сигареты принадлежали даме, имя которой начинается на «К» и «С». Прикасаясь, будьте осторожны. Но вы сможете увидеть, что хотя буквы большей частью обгорели, но того, что от них осталось, достаточно, чтобы определить «К» и «С».
– Да! – воскликнула Нора. – Теперь я вижу!
– Но, может, это не «С», а «О»? – возразил я.
– Нет, – Уайз покачал головой. – Хоть они и обгорели, но все же ясно что это «К» и «С». Вот так находка! А мисс Рейнор курит?
– Не думаю, – ответил я. – Никогда не видел ее курящей, да и она не того типа. К тому же, инициалы...
– Ну, у нее могли быть не собственные сигареты, а кого-то из друзей. Я лишь подумал, что посетитель должен был быть близок мистеру Гейтли, ведь они курили вместе – смотрите, вот окурок от сигары Гейтли, так что первым делом я подумал о мисс Рейнор. Если не считать ее, то у нас остается только леди со шляпной булавкой.
– И пудрой! – добавила Нора.
– Да, все это указывает на близкую посетительницу, которая курила, сняла шляпку, напудрила носик, все в этом кабинете и в тот же день, когда мистер Гейтли был убит. Ведь каждый день здесь убирают и наводят порядок.