От одного сладкого страха, до двойной горькой любви (СИ): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

«Янтарны глаза твои,

Словно краски июльского заката…»

Стефани услышала голос маленькой девочки, голоса заткнулись. Вокруг стало темно, и перед ней появилась дверь, через щели которой светил чистый свет. Она со страхом подошла к двери, повернула ручку.

«Огненно-рыжие волосы твои,

Словно языки майского пламени…»

Внутри открытой двери, была серая комнатка, в которой она когда-то жила у бабушки. С его окна светил яркий, солнечный свет. Рядом с кроватью сидела маленькая девочка в платье нежно-голубого цвета, с поясным бантиком за спиной. Нежно-матовые, махровые, тёплые колготки. Белые туфельки на застёжке. На голове светлых волос, был чёрный ободок с красной Гарденией на левом боку. Рядом с девочкой был сундучок, который подарил ей когда-то, — но она уже не помнит когда это было, — её любимый Пеннивайз.

«Красные сладкие губы твои,

Словно цвета свежих капель алой крови на снегу…»

Стефани хотела уже обратиться к ней, но вдруг вошла бабушка. Молодее, чем та, которую она знает.

— Стефани, что ты делаешь? — спросила бабушка, и девушка поняла, что вопрос адресован не ей, а маленькой девочке. Маленькой Стефани. Девочка неожиданно спрятала лист в сундучок, но ключ, которым она спешила закрыть сундук, выпал из пальчиков от волнения.

— Ничего! — ответила быстро маленькая Стефани, и старалась спрятать сундук телом. Сколько не смотрела Стефани на девочку, и на эту ситуацию, она не могла вспомнить этого.

— Ну-ка, дай сюда. — доброжелательно сказала бабушка и потянулась к сундуку, но девочка тут же ударила старческие руки.

— Нет! — крикнула она, и Стефани не помнила, чтобы когда-нибудь била бабушку, её добрую бабушку. — Нет! Я не отдам! Это моё! — продолжала она кричать, и пришёл дедушка. Он поговорил с пожилой женщиной, и схватил девочку. — Нет! Отпусти старик! Отпусти! — продолжала она брыкаться и кричать. Бабушка открыла сундук и прижала к губам ладонь.

— Господи, милая, что это такое? — в недоумении и страхе спросила она, ведь в сундуке было много рисунков Пеннивайза, и они не из самых лицеприятных, — Что это такое, я тебя спрашиваю? — прикрикнула она с возмущением, хотя саму внутри дрожь брало.

— Не называй меня милой! Так только Пенни может меня называть, старая скряга! Отвезите меня обратно! Отвезите меня обратно к нему! Я хочу домой! Хочу к мистеру Пеннивайзу! А-а-а-а!!! — продолжала она бороться со стариком, но тот, даже в свои годы, был сильнее 10-ти летней девочки.

— Я отдам тебе этот сундук, когда начнёшь себя хорошо вести! — прикрикнула бабушка, и закрыла сундук, подобрала выроненный ключ, закрыла сундук, и отнесла его собой. Девочка начала плакать, но перестала бороться.

— Отдай! Это последнее, что у меня от него есть! Верни его! Верни! — старик отпустил девочку, и та обессиленно упала на пол, и стала громко плакать. И когда дверь закрылась в комнату, девочка стала плакать тише и тише. Стефани не смогла выдержать собственные слёзы, присела к девочке, и погладила по спине.

— Стефани, через 27 лет, ты его вновь увидишь, не плачь. — нежно сказала она, и девочка посмотрела на взрослую копию себя. Но взрослая Стефани ахнула от удивления, так как зеленые глаза её, были так прекрасны.

— Стефани, ты забыла всё, так ведь? Твои глаза так поблёкли. Твой голос огрубел. — говорила девочка, и взрослая Стефани тут же отпрянула от неё в страхе. — Ты так выросла. Наш любимый от тебя без ума, но тоскует по твоим глазам. Ты готова? — спросила девочка, и встала в полный рост.

— К чему? — спросила в испуге девушка, а девочка стала к ней подходить.

— Ты так пуглива. Ты чувствуешь страх. Ты нравишься мистеру Пеннивайзу. Ему нравиться твой вкус. Ты готова вспомнить минувшие дни? — спросила девочка, и раскрыла руки для объятий, словно готова полететь, как птица.

— Я… — с сомнение сказала девушка, и знала, что если вспомнит всё, то это конец. Скорее всего, это будет конец. — Да. — уверенный ответ, как воткнутый в землю меч, был твёрд как сталь. Девочка подошла к девушке, и обняла её. Тело девочки, словно, стало растворяться в теле себя, а голову Стефани стало заполнять столько воспоминаний, разрывающий ей мозг, и она стала, и плакать, и смеяться, и удивляться, — переживать все пропавшие в голове дни за миг. И как только маленькая девочка, будто бы растворилась в ней, и Стефани произнесла последние слова девочки:

«А душа твоя,

Обширней вселенной масштабной»

— Так, что мы теперь будем делать? — спросила Розали, поворачивая голову к своему спутнику.

— Я не знаю. Мы далеки от этого монстра, мы даже не знаем имени этого существа… — досадно прошептал Майк, доставая из кармана пачку сигарет. Розали хотела уже попросить его поделиться, но решила, что лучше не стоит. Раз он друг сектора, и её друг, то это не значит, что он прекратил быть её вторым отцом, как тут она вспомнила, как встретила клоуна вечером. Она рассказала об этом Майку, и у того глаза на лоб полезли. — Он тебя не тронул?! Почему ты не рассказала изначально! — прикрикнул он, и Розали, только поняла, что потихоньку стала забывать это. Весь пережитый страх встречи с ним, и страх чуть быть не убитой.

— Я… Я не знаю. Как-то из головы вылетело… — скомкано призналась она, и посмотрела на Майка виноватыми глазами. Андерсон затянулся сигаретой.

— Склоняюсь к тому, что это было влияние клоуна. Пеннивайз… Почему он так привязался к Стефани? Он видел её 27 лет назад. Неужели, он хочет завершить начатое?

— Тогда он бы её давно убил. — подметила Розалия, и Майк кивнул, соглашаясь с ней.

— Тогда что же?