Мы с Широ подняли взгляды.
— Что это было? — спросила я. Даже Юза нахмурилась и приподнялась, глядя на середину комнаты.
— Повтори жест, Кира, — сказал Широ. Я сцепила пальцы в Рин, думая о свечах, мерцающих как кошачьи глаза. Огонь сорвался с моих пальцев. Белый свет плясал над полом, озаряя знакомый силуэт в пыли. Картинка обжигала глаза. Я закрыла глаза, она осталась под веками.
Я охнула и вскочила с лестницы.
— Это была пентаграмма Сэймэя, — логично, если его магия задержалась тут, только мотомия сохранилась от оригинального храма. Эти камни, эта земля — все тут было древним. Дерево заменили за годы, но камни остались со времен Сэймэя.
— Нет, — Юза заерзала. — Это была печать.
— Печать?
— Это как замок, — Широ щелкнул пальцами, — или пароль. Откроется, если знаешь правильную комбинацию.
— Или обладаешь нужной кровью, — рассмеялась Юза. — Печать отвечала не на твою магию, мальчишка.
«Если бы я прятала осколок священного меча, — подумала я. — То в таком месте».
— Как нам ее открыть? — спросила я.
Широ пожал плечами.
— Может, тебе нужно встать на пентаграмму и попробовать жест ясности?
— Дай ее сначала найти… — я пошла к тому месту, снова сложила Рин, и мои пальцы загорелись. Земля пылала вокруг меня, пентаграмма появилась под ногами. Я чуть не рассмеялась от удивления, радостно смотрела на белое кольцо света. Символы — многие я не узнавала — горели среди пыли. Мой браслет ярко засиял.
Я посмотрела сквозь свет на Широ. Он стоял на другой стороне стены света, раскрыв рот. Я поманила его, а диск света стал двигаться под ногами, словно ключ поворачивался в замке.
Земля пропала под моими ногами.
Я даже не успела вдохнуть.
Широ прокричал мое имя, я провалилась во тьму. Я падала в холодную воду, ударилась об поверхность с грохотом. Воздух пузырьками поддерживал мое тело. Холод ударил по мне, кожа онемела. Я с паникой устремилась к поверхности, закричала, врезавшись в раздутый труп крысы. Моя другая рука задела что-то плотное, склизкое и мягкое. Я поежилась, отдернула руку. Я старалась не думать о болезнях, которые могли оказаться на моей коже, пока вытирала воду с глаз. Я с силой шевелила ногами, чтобы не утонуть.
Крики и эхо «Кира!» доносились до меня. Я повернула голову на звук. Я не видела лицо Широ — свет ослеплял и бросал на все остальное тень. На глубине сияние моего браслета делало рябь на воде серебряной. Я не видела больше ничего.
«Где я?».
— Кира! — крикнул Широ. — Кира! Ты в порядке?
— Я жива! — крикнула я в ответ, плескалась и пыталась упереться ногами в дно. Похоже, я оказалась в колодце, где воняло гнилью. Я убрала кусок водорослей с ресниц, кривясь.
— Что случилось? — отозвался Широ.
— Думаю, это мой вопрос! — сказала я, тревожа воду ногами. — Ты можешь что-то сделать? Вытащить меня?
— Занимаюсь этим, — сказал он. Силуэт веревки появился сверху в колодце, она тянулась ко мне растрепанным краем, будто ладонью. Веревка оказалась на пару футов короче, чем нужно было. Я пыталась забраться по склизким камням колодца к веревке, но падала в воду. — Погоди, — крикнул Широ. — Я найду что-нибудь еще!
— Скорее, — отозвалась я. — Тут холодно.
Я держалась на воде, надеясь — молясь — что Широ вернется быстро. Зубы стучали, мышцы стали свинцом. Медленно. Что-то задело мою ногу. Я завизжала и отплыла. Было невозможно видеть что-то под черной блестящей поверхностью. Я хотела оставаться тихой и неподвижной, прижалась спиной к стене и старалась не тонуть.
Браслет нагрелся. Его свет растекался под водой, но не пронзал тьму глубже, чем на половину фута. Я держала браслет перед собой, заметив движение на краю света.
— Скорее, Широ, — прошептала я. — Скорее.
Юза засмеялась, но скользкие стены колодца делали звук потусторонним.