Семь опасных теней (ЛП): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

С лентой во рту Они-чан прыгнул на ступени храма, поднялся и замер, оглянулся, словно спрашивая: «Ты идешь?».

Я слабо улыбнулась и стала подниматься. Колесики чемодана гремели об выступы. Они-чан шагал впереди меня, потряхивая хвостами.

Стало видно храм, и я расстроилась. Серебристая паутина еще покрывала половину зданий, и казалось, что боги набросили на главный зал саван. Веранды были в листьях, приливших к паутине. Зеленая жижа покрывала пруд, толстый слой листьев лежал на брусчатке. Тени собрались во дворах, и я не знала, что могло смотреть на меня в сгущающейся тьме.

Я ожидала разрушение, готовилась к этому, но ничто не готовило меня к ранам, оставленным врагами в моем доме.

Я была удивлена, что здания были обрамлены ровными стальными лесами. Большая урна стояла в одном из дворов, полная сломанных костей храма. Кто-то начал ремонт, и, судя по виду, они уже несколько дней этим занимались. Может, О-бэй Катаяма собиралась сдержать обещания и загладить вину.

«Не важно, что она делает, — подумала я. — Она не сможет вернуть дедушку».

— Ау? — крикнула я, чтобы позвать кицунэ и разбить давящую тишину. Ничто не двигалось. — Широ? Горо? Тут кто-то есть?

Ответа не было.

Я опустила чемодан. Ветер шелестел деревьями, пустые ветки скрипели. Я повернулась к лестнице, вспомнила ту ночь. Дети пели «Кагомэ, Кагомэ» вдали. Боль уколола мою ладонь, я перевернула ее, и места, где лиса-шикигами пронзила мою кожу, стали кровоточить. Я отпрянула на шаг. Лед сдавил мое сердце.

Черная бабочка опустилась на мою протянутую руку, легкая, как перышко. Она пила кровь из моего пореза.

«Закат, — поняла я, подняв голову. — Закат третьего дня».

Тьма собралась на ступенях храма, убирая жар из воздуха. Бабочка слетела с моей ладони, устремилась над лестницей, а тени стали двумя столбиками и балкой, чем-то напоминая тории. Я видела за вратами ступени храма Фуджикава, ведущие в такую густую тьму, что мне было не по себе.

Мужчина в конической шляпе вышел из тории. Тени слетали с его одежды как пыль. Черные бабочки — сотни — летали как стаи ворон, делая небо черным.

«Он тут», — я прижала ладони к груди, боясь, что сердце пробьёт ребра, и поспешила вниз по лестнице.

Шимада отклонил шляпу. Я поклонилась ему. Когда я выпрямилась, я удивилась, что с ним вышла еще одна фигура. Девушке на вид было не больше восемнадцати лет. Она была в черном доспехе самурая с серебряными шипами. Ее волосы были короткими и заплетенными у кожи головы. Косы изгибались, обводили ее уши, и в мочках ее ушей были черные серьги. Броня оставляла руки открытыми, и я видела, как татуировки бабочек били крыльями под ее кожей. Некоторые крылья поднимались над ее телом, оставляя призрачные следы. Татуировки были табу, но я видела не человека с ними.

На моем пороге был не один шинигами, а два.

— Шимада-сама, — я снова поклонилась. — Приветствую в храме Фуджикава.

Смех жемчугом посыпался на ступени, прогоняя достоинство, с которым я встречала гостей.

— Шимада? — спросила девушка, фыркнув. — Так ты попросил их звать тебя?

— Прошу, прости Роджи, Фуджикава-сан, — сказал мне Шимада, закрывая теневые тории взмахом руки. — У нее не было манер при жизни, их не появилось и в смерти.

— Тихо, — Роджи стукнула Шимаду по плечу. — Я знаю, что ты скучал по мне.

— Возможно, — ответил Шимада, опустив ладонь на меч.

— Так это девчонка? — Роджи повернула голову ко мне. Она почесала под ухом, взглянула на Шимаду. — Еще Фуджикава с проблемами с демоном. Вот так сюрприз.

— Я подумал, что ты больше всех… посочувствуешь ее проблеме, Роджи, — сказал Шимада с тенью улыбки. — Так что сочувствуй.

— Сочувствие — не моя сильная черта, — Роджи стала подниматься ко мне. — А убийства? Редкие в этом мире и следующем лучше меня в этом.

Аура смерти исходила от нее, такая сладкая и густая, что я почти ощущала запах, будто благовония. Что-то в ее взгляде вызвало волну страха во мне. Она поднялась на вершину лестницы, проникла в мое личное пространство. Я отпрянула, забыла о чемодане и врезалась в него. Я упала на землю, боль пронзила ладони — снова оцарапанные — и камень впился в мою левую лодыжку. Я повернулась, волосы скрыли покрасневшие щеки.

Роджи присела передо мной, опустила запястья на колени.

— Я не хотела тебя напугать, бака, — улыбнулась она и протянула руку. Я посмотрела на ее ладонь, ее кожа была бледной, почти как бумага. Я опустила ладонь на ее руку, удивилась холоду ее прикосновения. Как из камня.

Она помогла мне встать. Шимада присоединился к нам на вершине лестницы.

— Этой девушке ты хочешь дать Кусанаги? — Роджи кивнула в мою сторону.