«Антология советского детектива-25. Компиляция. Книги 1-26»: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Представитель правительства еще раз полистал свой доклад. Фамилии Решеткова и Лагутина там упоминались. С трудом перекричав депутатов, он сообщил, что ведутся переговоры с правительством Южной Республики об их освобождении. Если переговоры ни к чему не приведут, то будут приниматься другие меры.

Под другими мерами имелась в виду предложенная Амелиным, но пока никем не утвержденная боевая операция.

В вагончике у Камала не было телевизора, и Сергей об этих событиях ничего не знал. Он ждал приказа о начале действий.

Раскаленная металлическая печка светилась малиновым пятном в сумраке вагончика. Ноябрьские вечера долгие и унылые. Камал сидел на корточках на войлочной кошме, перебирая костяные четки. Сергей лежал на койке с другой стороны печки. Разговоры велись долгие и неторопливые.

— Знаешь, сколько у меня жизней было? — спросил старик Амелина.

— Не знаю.

— Сейчас посчитаем. Одна, две, три, четыре… и вот пятая. Наверное, последняя.

Он вздохнул. В темноте тихо пощелкивали четки и гудело пламя в трубе.

— Может, выпьем, Сергей?

— Почему и не выпить?

Сергей наливает водку в стаканы из четырехгранной немецкой бутылки с надписью «Царь Николай». Камалу побольше, себе поменьше. Намазывает на ломти хлеба консервированную колбасу, тоже немецкую. Иногда он смешивает с табаком буро-зеленый порошок анаши. Сергей хорошо различает ее характерный запах. Камал знает, что русскому не нравится его привычка, и в вагончике анашу не курит.

— Хорошая немецкая водка, — для поддержания разговора замечает Камал.

— Хорошая, когда не поддельная.

— А эта — поддельная?

— Вроде нет.

— Надо выпить еще, — предлагает старик.

В темноте залаял Баян, огромная овчарка, охранявшая сад. Ему старательно принялись подгавкивать несколько собачонок поменьше, прижившиеся возле старика. Амелин застыл со стаканом в руке, прислушиваясь к лаю.

— На чужих собак шумит, — сказал старик. — Их бездомных полно сейчас развелось. На человека Баян по-другому лает.

Сергей вышел из вагончика. Убывающая луна освещала ствол огромного пирамидального тополя. Выпавшая накануне крупа за день растаяла, но к ночи снова подморозило, и лужа возле вагончика покрылась блестящей коркой льда. Аллея, ведущая к воротам, была пустынна. Ветер раскачивал лампочку, висевшую у входа, сквозь деревья пробивался ее желтоватый свет. Собаки умолкли, и Сергей вернулся в вагончик.

— Давай ужинать, Камал, — Сергей снял с печки кастрюлю. — А то водки не получишь.

Он разлил по тарелкам баранью шурпу, сваренную днем Ингой, налил себе и старику водки.

— Будь здоров, Камал!

— Будь и ты здоров, Сергей!

Немного позже, снова набив трубку, старик принялся за свой рассказ.

— Я тебе про пять жизней говорил. Первая была, как у всех. Школу закончил, два года в колхозе работал. Семья большая, денег не хватало, но жили весело. Рубашку мать новую купит — на целую неделю праздник. Невеста у меня была, целовались с ней. Вот до сих пор разрешала себя раздевать, — Камал провел рукой по поясу. — А ниже, говорит, только после свадьбы. Призвали, значит, во флот. Четыре года в Севастополе служил на сторожевом корабле. Это вторая жизнь. Вначале тосковал, плакал, а потом привык. Тоже веселая была жизнь. Форма, бескозырка, ленты до пояса и айда в увольнение по набережной. С женщиной там познакомился. Мариной звали. Постарше меня, но красивая. Таких красивых у меня больше не было. Чуть не женился на ней. Не надоел я тебе, Сергей?

— Нет. Рассказывай дальше.

Амелин открыл печную дверцу и подбросил два тополевых кругляша. Старик кряхтя набивал трубку.

— На корабле книг прочитал больше, чем за всю жизнь. Ну ладно, вернулся домой. Невеста меня дождалась. Женился, дети пошли. Три дочери, сын. Это третья моя жизнь… Самая длинная и самая хорошая. Дом построил, дети незаметно подросли, замуж вышли да женились. Внуки подрастают. А тут объявляют конец Союзу. Началась драка за власть. С одной стороны — президент, с другой — Тан-Булак. Наш кишлак в большинстве за Тан-Булака был. Старейшины так решили, потому что мы из одного рода. А меня вообще никто не спрашивал, за кого я хочу…

Сергей не стал спрашивать старика, что было дальше. Знал конец его невеселой истории. Но Камал продолжал рассказывать.

— Все наши мужчины оружие носили. Тан-Булак много его людям раздал. Когда пришли солдаты, им устроили засаду, сожгли два грузовика, несколько человек взяли в плен. Тогда на помощь солдатам пришли танки, и за полдня от кишлака ничего не осталось. Убили у меня старшую дочь, жену и двух зятьев. А того младшего зятя, который мне часы приносил, повесили на дереве. Мы его ночью выкрали и похоронили. Сын с семьей в Афганистан сбежал, две другие дочери неизвестно где скитаются. Вот такая у меня была горькая четвертая жизнь.