Читать книгу «Антология советского детектива-25. Компиляция. Книги 1-26» онлайн.

– Дома Не выходили. Каруев пришел тридцать минут назад. Все тихо. Женщина вошла только что…

Шелаури – с минуту постоял… Затем шумно вздохнул и постучал в дверь.

– Кто там?

– Я, Мусиев, открой «Каро»… Опять на тебя бумага пришла! – Ответил за Шелаури сержант.

– Какая такая бумага? Завтра приходи. У меня женщина, Арслан…

– Завтра к тебе сам Шелаури заявится…

…Дверь приотворилась. Кинжальная полоска света упала на кафельный пол лестничной площадки.

– Женщина у меня… Тут давай, – сказал Хайдаров и осекся, увидев меня и Шелаури.

Мы оттолкнули его и вошли в коридор, пропахший запахом нечистого белья.

– Где же твоя женщина, браток? – Шелаури шагнул в комнату; и тут раздался крик с балкона: – Больно! Ой-ой-ой…

Балконная дверь отворилась, и два милиционера впихнули в комнату извивающегося «табачника».

– Ты что, за дураков нас держишь, Каруев? – Шелаури подошел к «табачнику». – Все, отторговался, браток.

Это ласковое «браток» как-то разрядило меня. Я понял, что первая часть операции завершена. Передо мной стоял он – убийца Вани Лунько.

Но тут Шелаури гаркнул так, что у меня резануло перепонки:

– Где Слепнева, «Каро»?!

– Не знаю…

…Дверь в кухне, выходящая на пожарную лестницу, была открыта…

30. ВТОРОЕ ПА. (Липиеньш)

Мое дело – «сидеть на всякий случай». Вполне возможно, дело пустое. И все, что мне светит, так это осложнение после гриппа… А повышенных командировочных мне за это не выплатят, Это уж точно… Не знаю, как космонавты, но я могу тут и свихнуться. Ощущение, что замуровали тебя намертво – до конца жизни. Если бы не часы, так я бы на сто процентов был уверен, что задыхаюсь в этом склепе уже год и никак не меньше… Самое удивительное, что меня, абсолютно непьющего человека, так и подмывает вскрыть эту бочку с вином.

…Вроде бы шаги. Точно. Шаги. Почему же молчит передатчик? Или там наверху прошляпили? Судя по стрелкам на часах, теперь ночь. Могли и прошляпить… Передатчик неожиданно ожил. «Жди, приготовься», – голос взволнован. «Сколько их», – только и успел спросить я.

Тяжелая дубовая крышка погреба начала подниматься… А может, все это бред? Я чувствовал, что грипп взвинтил температуру моего тела до тридцати девяти-сорока градусов. Что ж, не исключены и такие вот видения… Бедная моя мама! Если бы она увидела меня сейчас, упала бы в обморок… А крышка приподнимается… Медленно… Понятно – тяжела.

Луч фонарика ослепил меня, хотя и был направлен в другую сторону, Я зажмурился и вжался в немыслимо узкое пространство между бочками и сырой, невыделанной овчиной…

Луч фонарика скользнул вправо… Кто-то стал осторожно спускаться вниз…

Да, мы не предвидели, что за двое с лишним суток я гак отвыкну от света, что стану беспомощным… Человек все спускался. Наконец, он встал на земляной пол. И… я бросился на него, испытывая нешуточную ненависть. Нет, не к человеку – к фонарику в его руке, к этому ослепительному пятну… Фонарик упал, и я надавил на него ботинком, одновременно сжимая человека в своих объятиях. Стекло хрустнуло. Разлился целебный спасительный мрак.

Преимущество борьбы в кромешной тьме было на моей стороне. «И во тьме бой продолжался на земле», – отчетливо прозвучала во мне лермонтовская строка.

31. А ТРЕТИЙ КТО! (Чхеидзе)

«Каро» и «табачника» пришлось чуть ли не разнимать. Поскольку «Каро» выложил сразу же:

– Милиционера ударил ножом Каруев… Психопат. Я лишь раза два залепил журналисту, для острастки.

Вообще «Каро» оказался словоохотливым, если не сказать – болтливым субъектом. Трезво оценив ситуацию, он понял, что самое лучшее е его положении – искреннее признание. Ножом орудовал не он, пистолет в руки не брал – и вообще действовал как вспомогательная сила. Срок наказания ему грозил изрядный. Но в чистосердечном признании крылся известный шанс.

– Каруев привел жену Слепнева. Перед этим в общих чертах обрисовал мне суть дела. Нужно было поехать в одну из подмосковных областей. Там вытрясти из журналиста какую-то бумагу и получить за это две тысячи. Я согласился. Тем более, Каруев убедил меня в том, что журналист шума поднимать не станет. Ну, а в детали нас посвятила жена Слепнева. Она – «мозговой центр», как говорится… Остальное вы знаете… Я перехватил журналиста на вокзале, сказав, что Иван Ар-шакович, которого я показал ему через вокзальное окно, будет ждать его в другом месте.