ТЕМНЕЛО. Поднялся легкий ветер и закружил пыль. Над дальним терриконом засветился месяц. Но и глубокой ночью в Снежном не затихал ритм рабочей жизни.
Участковый Гончарук с детства привык к скрипу лебедок, ухающим ударам, несущимся откуда-то из-под земли. Вечерняя смена возвращалась домой, знакомые шахтеры протянули участковому мозолистые руки с въевшейся в них угольной пылью, поделились новостями.
И все вокруг вновь обезлюдело. Внезапно у темнеющего здания магазина обозначились три фигуры. Гончарук сразу насторожился: местные хорошо знают, что продавщица давно ушла, а чужим там и подавно делать нечего. Между тем незнакомцы повели себя так, что подозрения сотрудника милиции еще больше укрепились. «Надо проверить документы», — решил он.
— Кто такие? — громко спросил Гончарук. От неожиданности те вздрогнули, стали в растерянности переглядываться. Затем один из них — здоровяк со шрамом на щеке — полез в карман и достал какие-то бумаги. Оказалось, паспорт, справки. Всего несколько секунд рассматривал участковый фотографию, печати и сразу обнаружил, что это — чистой воды подделка. Не внушали доверия и документы дружков верзилы. Что же предпринять? Задержать всю троицу? Но силы-то неравны и оружие не поможет. Гончарук колебался лишь мгновение, потом скомандовал:
— Прошу проследовать в райотдел! Необходимо кое-что уточнить.
Высокий со шрамом среагировал тут же: сверкнула сталь ножа, и участковый почувствовал резкую боль. Не обращая внимания на рану, выхватил пистолет и выстрелил наугад в убегавших преступников: он уже не сомневался в том, что »то — опасные рецидивисты, которых давно разыскивают.
Глаза застилала пелена, но все-таки Гончарук успел остановить нападавшего. Он держал его на мушке до тех пор, пока не подоспела помощь.
Через несколько часов попались и двое других грабителей, собиравшихся обокрасть магазин. О героическом поступке участкового Гончарука вскоре узнала вся Донецкая область.
Амиран Кубрава
Старая шкатулка
КУБРАВА А. М.
Родился в 1938 году в Абхазской АССР. Окончил Краснодарский факультет Всесоюзного юридического заочного института. Работал следователем. Ныне – прокурор республики. В жанре детектива выступает впервые. Живет в г. Очамчира.
ГЛАВА ПЕРВАЯ
В тот день было много работы. Я только что закончил расследование дела о хищениях на мясокомбинате, которое велось несколько месяцев и буквально измотало меня; каждый том – а их было около десятка – выглядел весьма внушительно.
Запищал селектор – вызывал шеф. Я едва не чертыхнулся – тащиться через два коридора и длиннющую лестницу не хотелось, но светящийся глазок селектора, казалось, бдительно следил и погас, когда я пообещал явиться.
Тут как раз заглянул Ахра Мукба – его недавно перевели в аппарат уголовного розыска МВД нашей республики.
– Меня вызвал твой шеф. Не знаешь, зачем? – Не садясь, он оперся рукой о край стола.
– Нет, – ответил я.
Он прошелся по кабинету. Я вообще редко видел его в форме, и сейчас он в штатском: плотная рубашка апаш с короткими рукавами, серые брюки и крепкие черные туфли…
Снова замигал-запищал селектор.
– Зураб, к тебе Мукба не заходил? – голос Владимира Багратовича показался усталым.
– Он здесь.
– Быстренько зайдите… с делом Лозинской.
Мы пошли по лестнице и коридорам.
На столе начальника, как обычно, царил невообразимый хаос. Было удивительно, как он умудряется отыскать нужное в груде писем, папок и деловых бумаг.
– Садитесь, – сказал Владимир Багратович, и его хмурое лицо немного разгладилось.
Характер шефа я изучил довольно хорошо. Он всегда любил повторять, что торопиться надо медленно. В особенно горячие минуты становился еще более неторопливым и медлительным, всем своим видом показывая, что одна минута ничего не решает, и, прежде чем ступить, нужно подумать над тем, куда направишь свой шаг…
– Несколько месяцев назад здесь, в Сухуми, у себя на квартире, убита старуха – больная одинокая женщина, – голос Владимира Багратовича стал строгим, – Делом этим уже занимались, но… Надежды на раскрытие мало, однако надо сделать все возможное. Понял?
– Да, – кивнул я.
– Знаю, будет трудно… Сколько дел сейчас у тебя? – спросил он.