Читать книгу «Антология советского детектива-25. Компиляция. Книги 1-26» онлайн.

Супруги Тимонины переглянулись.

— Нет, — ответил за жену Василий Корнеевич. — Жили, детей растили, работали, а на море так и не собрались, хотя очень хотелось. Да и мало кто из Парадного видел море. Разве начальство.

— Так какой же цвет морской волны, по-вашему? — переспросил Борис Николаевич.

— Голубой, — написала Варвара.

— Значит, машина была такого цвета?

Варвара утвердительно кивнула.

Виктор Коваленко разложил перед Тимониным три любительские фотографии, довольно приличные по исполнению.

— Кого-нибудь вы узнаете тут? — спросил Борис Николаевич.

— Это Нечаев, участковый в Парадном. Это директор совхоза «Рассвет» из Орлянки. Оба закадычные друзья-выпивохи.

— Они не похожи на преступников?

— Что вы! — засмеялся Василий Корнеевич. — Они нам хорошо знакомые люди в Северном районе.

Варвара тоже помотала головой.

Супруги Тимонины заставили Бориса Николаевича и Коваленко задуматься. В работе угрозыска часто случается так: бежишь, бежишь по следу… и вдруг не в ту сторону.

— Мы к вам обратимся, — пообещал капитан Васькин. — В одиночку преступников найти сложно. А когда люди помогут, сообща можно горы свернуть.

— От этого лучше жить не станем, — грустно улыбнулся Василий Корнеевич. — Не горы нам мешают жить, а жулье да бестолковое руководство. Был социализм, теперь демократия, а завтра что придумают? Так же нельзя мордовать народ.

Возвращаясь в городское управление, еле волоча ноги, Борис Николаевич ухмылялся и водил загадочно головой.

— А народ-то у нас не дурак, Виктор!

— Хороший народ! — согласился Коваленко.

— Немножко, конечно, ядовитый!

— Это разве плохо? Ругаем наше смутное время, но люди перестали быть забитыми, не молчат, спорят, возмущаются. Возможно, это нашим лидерам не нравится. Они закрывают газеты, пытаются загнать народ в прежние рамки, но разве это выход? Создали демократию, создали свободу слова, так терпите, не показывайте на весь мир свою недалекость.

— Да, с такими, как Тимонин, как Новожилов, мы не пропадем.

— Но у нас еще есть такие, как Нечаев…

— Они всегда были, — согласился Борис Николаевич. — Однако не делали погоды.

Капитан Васькин и Коваленко удачно на городском транспорте добрались до городского управления и, несмотря на позднее время, застали на месте подполковника Маткова. Было уже темно и очень прохладно.

— Я вас жду, — сказал Петр Степанович и кивнул на стулья. — Садитесь и докладывайте, что насобирали.

В тот день Борис Николаевич казался себе загнанным серым волком, раздражающимся по мелочам, не понимающим шуток. Нет, он не ждал от поездки в Северный район сиюминутных результатов, но на какие-то точки опоры все-таки надеялся. Хоть бы за крайнюю малость зацепиться! Но прожитый день казался ему напрасным, только и всего — нашли с Коваленко Варвару и Василия Корнеевича Тимониных. Впрочем, это уже немало, но почему так резко ощущался тупик?..

Жена Катерина «сидела на чемоданах», назавтра собиралась к отъезду с дочкой на юг. И ей хотелось провести ночь перед разлукой по-людски.

— Что ты мечешься? — влезала она в раздумья мужа. — Успокойся, выпей водки, наконец. Не хлебом единым, не только работой живут люди. Нужно и отдыхать.

«Она права», — подумал Борис Николаевич, однако, прожитый день никак не мог, словно занозу, выдернуть из памяти.

Почти всю ночь он не находил себе места, хотя дело по Северному району не казалось ему темным ящиком. Вокруг мясокомбинатов всегда крутятся мелкие шайки дельцов, на воровском жаргоне «шакалы». Иные, поумней, обходятся без мокрых следов, а иные, как правило из молодежи, наглые, возомнившие себя пупом земли, избалованы вседозволенностью. Зацепят несколько должностных лиц — и сосут, как клещи, народное или теперь не поймешь какое добро. Убийство Раи Новожиловой Борис Николаевич сразу расценил, как акт террора, запугивания. Направлено оно было не только против главного инженера мясокомбината, но и против директора предприятия: «Смотрите, что мы можем!» Но так же (это не исключено) запугивали и старшего лейтенанта Нечаева, если он не замешан в этой грязной игре. Борису Николаевичу было над чем подумать. И ночь прошла в мучениях.