MoreKnig.org

Дальневосточная республика. От идеи до ликвидации: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Автор: Саблин Иван



Шрифт:

Глава 2

Постимперские партикуляризмы на Дальнем Востоке, 1917–1919 годы

Вторая стадия имперской трансформации, начавшаяся с падением царского правительства в 1917 году и закончившаяся для значительной части Европейской России и Западной Сибири с установлением власти большевиков в 1920 году, наглядно показала неспособность леволиберального национализма как идеологии сохранить единство страны. Распаду империи способствовали наступление Германии и ее союзников на западных окраинах, радикальные партикуляристские движения большевиков и их противников из Белого движения, сепаратистские движения и интервенция Антанты (1918–1922 гг.). На протяжении почти всего 1917 года большинство политиков российского Дальнего Востока хранило надежду на пересборку Российского государства посредством Всероссийского учредительного собрания – надежду, уже утраченную к концу года в Петрограде и некоторых других районах Европейской России. Советская власть в регионе тоже на первых порах была сравнительно умеренной. Дальневосточные большевистские лидеры, казалось, были открыты регионализму: они провозгласили Советскую республику Дальнего Востока и Амурскую социалистическую республику, что сделало Дальний Восток похожим на другие имперские окраины[287]. Впрочем, большевистский переворот повлек за собой антибольшевистские сепаратистские движения, как и в других частях империи: в январе 1918 года Украинская Народная Республика в одностороннем порядке провозгласила свою независимость[288]. Ситуация на Дальнем Востоке отличалась от того, что происходило в большинстве других частей бывшей империи. Антибольшевистская борьба велась в контексте присутствия значительных контингентов иностранных войск. Интервенция Антанты, которая часто интерпретировалась как империализм (особенно в случае Японии), сыграла важную роль в развитии оборонческого российского национализма, для которого большевики не являлись главным врагом.

События, произошедшие с 23 февраля по 3 марта 1917 года? – демонстрации, восстание гарнизона, формирование Петроградского Совета рабочих и солдатских депутатов и Временного правительства, отречение Николая II и отказ от престола великого князя Михаила Александровича Романова – вызвали эйфорию и оптимизм во всех концах Российской империи. Весть о Февральской революции в Петрограде достигла Владивостока 3 марта 1917 года. Умеренно националистическая газета «Дальний Восток» приветствовала переход власти в «сильные надежные руки» людей «земли», людей «народа», в полном соответствии с надеждами леволиберальных и умеренно националистических думских политиков ожидая, что свержение самодержавия усилит нацию и укрепит позиции государства в Первой мировой войне (1914–1918 гг.)[289].

Дальневосточные интеллигенты, солдаты, рабочие, казаки, националисты – представители меньшинств и, в меньшей степени, предприниматели и крестьяне стали участниками дискуссии о перестройке имперских структур. Эти дискуссии велись на многочисленных съездах, конференциях, митингах, совещаниях, а также в газетах, памфлетах и других печатных изданиях. Возродились союзы и другие общественные организации, знакомые по Первой русской революции (1905–1907 гг.). Во Владивостоке, Харбине, Хабаровске, Чите, Благовещенске, Никольске-Уссурийском, Верхнеудинске и других городах, расположенных вдоль Транссибирской магистрали (см. ил. 0.1), возникли советы как органы классового самоуправления. По сравнению с Первой русской революцией политические настроения сместились влево. Как и в большинстве других частей империи, на Дальнем Востоке теперь господствовали умеренно социалистические идеи[290].

Все три главные политические партии – эсдеки, эсеры и кадеты – возродили и пополнили свои местные организации, но большинство в комитетах общественной безопасности (органах революционного самоуправления), советах и новоизбранных органах земского и городского самоуправления в 1917 году осталось за эсерами и эсдеками. Александр Николаевич Русанов, ставший членом Петроградского Cовета как думский депутат-социалист[291] и в скором времени назначенный комиссаром Временного правительства по Дальнему Востоку, и другие представители леволиберальной интеллигенции использовали обретенные гражданские свободы для повышения политической грамотности населения[292]. На Дальнем Востоке, как и в других частях империи, газеты информировали жителей[293] об учреждениях и процедурах современной демократии.

Февральская революция 1917 года осуществила принцип самоопределения российской нации в либеральном смысле – как право политического сообщества на самоуправление, – создав местные органы власти, зависевшие от избирателей. Новая революционная элита выступала за этническую инклюзивность российской постимперской нации, поддерживая права меньшинств и децентрализацию, в то время как представители национальных движений меньшинств заявляли о своей верности Российскому государству и российской гражданской нации. Михаил Николаевич Богданов и другие бурят-монгольские политики, первыми в Северной Азии провозгласившие национальную автономию в апреле 1917 года, а также корейские активисты поддержали умеренных социалистов, в первую очередь эсеров, и заняли прочные позиции в собственных национальных сообществах. Украинским национальным организациям, однако, не удалось стать важной силой среди сотен тысяч переселенцев с украинских земель, хотя они и сумели наладить контакт с украинскими военнослужащими, дислоцированными во Владивостоке. Лидеры китайских обществ, как правило, считали Русскую революцию чем-то внешним, а сами организации оставались частью политического пространства Китайской республики. Сторонники регионализма с Дальнего Востока принимали участие в дискуссиях об автономной Сибири вместе с областниками из западной части Северной Азии. Русанов и другие дальневосточные активисты обсуждали также и возможность создания регионального самоуправления для собственно Дальнего Востока.

За исключением Владивостока, где, как и в других крупных городах империи, летом 1917 года весьма популярными стали анархизм и радикальный социализм, большинство дальневосточных политиков и активистов поддерживало демократический путь. Перемены должны были осуществляться не через восстание и новую революцию, а через органы местного самоуправления и Всероссийское учредительное собрание, избранные на основе всеобщего избирательного права. Раскол на оборонцев и интернационалистов не обошел регион стороной, но дальневосточные социал-демократические организации сохранили единство до осени 1917 года, без разделения на большевиков и меньшевиков. Большинство политиков и интеллектуалов выступало против как левого, так и правого радикализма. Они протестовали и против анархистских беспорядков июля 1917 года во Владивостоке, предшествовавших «июльским дням» в Петрограде, и против Корниловского «мятежа» – попытки военного переворота 26 августа – 1 сентября 1917 года под руководством главнокомандующего Лавра Георгиевича Корнилова. Хотя два уроженца Забайкальской области, Борис Захарович Шумяцкий и Емельян Михайлович Ярославский, сыграли важную роль в захвате большевиками власти в Петрограде и Москве 25–26 октября 1917 года[294], большинство дальневосточных организаций выступило против большевистского переворота. Более того, осенью 1917 года на выборах в местные органы самоуправления и Учредительное собрание на Дальнем Востоке, как и во многих других частях бывшей империи, победили не большевики, а эсеры.

После роспуска Всероссийского учредительного собрания 6 января 1918 года у регионализма появился еще один политический смысл – возможность избежать новой, большевистской автократии. В конце января 1918 года против большевиков выступило Временное Сибирское правительство, созданное членами Сибирской областной думы в Томске. Несмотря на то что Сибирское правительство действовало под лозунгом регионального самоопределения, движением руководили эсеры, а не Потанин или другие либеральные или консервативные сибирские областники. Началом Гражданской войны к востоку от Байкала можно считать свержение в декабре 1917 года большевиками региональных властей. Летом 1918 года столкновения переросли в полномасштабную войну с армиями, правительствами и ужасающим кровопролитием. И все же на Дальнем Востоке советская власть была не такой, как во многих других частях империи. Александр Михайлович Краснощёков и другие местные и новоприбывшие большевики относились к умеренным социалистам не так непримиримо, как петроградско-московское руководство. Сформированное под руководством Краснощёкова в Хабаровске советское правительство Дальнего Востока – Дальневосточный краевой комитет Советов рабочих, солдатских и крестьянских депутатов и самоуправлений (Дальком) – предусматривало участие умеренных социалистов и земских деятелей в управлении регионом.

Хотя формально большевики выступали против сибирского областничества, тем более что оно теперь стало антибольшевистским движением, дискурс регионализма сыграл ключевую роль во внутрипартийной борьбе, в особенности в соперничестве дальневосточной и сибирской группировок большевиков. Далькому противостоял Центральный исполнительный комитет Советов Сибири (Центросибирь), созданный под руководством Шумяцкого. Опираясь на советский вариант регионализма и выступая против высадки японцев во Владивостоке, Краснощёков и его сторонники провозгласили в апреле 1918 года Советскую республику Дальнего Востока. В новом политическом образовании имелись собственные дипломатические и военные органы, проводилась национализация, выпускалась собственная валюта, а весной-летом 1918 года начались административные реформы.

Раскол между Далькомом, преобразованным весной 1918 года в Дальневосточный Совет народных комиссаров (Дальсовнарком), и Центросибирью шел в русле регионального и национального дробления рушащейся империи. Регионализм Краснощёкова, фактически продолживший начатое Русановым, не обеспечил единства Дальнего Востока. Два других совета народных комиссаров были созданы в Чите и Благовещенске; в Благовещенске была провозглашена Амурская социалистическая республика. Провозглашение Советской республики Дальнего Востока 10 апреля 1918 года и, примерно в это же время, Амурской социалистической республики, не противоречило советской Конституции, которая, до принятия письменного документа в июле 1918 года, сводилась к резолюциям Третьего Всероссийского съезда Советов рабочих, солдатских и крестьянских депутатов (Петроград, 10–18 января 1918 г.), определившим Россию как республику, в центре и на местах принадлежит советам. Впрочем, неспособность Дальсовнаркома и Центросибири объединиться во время интервенции Антанты привела к падению cоветской власти в Северной Азии летом-осенью 1918 года. Ответственность за провал сибирские большевики возлагали, в том числе, и на Краснощёкова.

Действительно, после падения cоветской власти на первенство в регионе претендовали два сибирских и несколько других региональных правительств. Но главную роль теперь играла не тема регионального самоопределения, а антибольшевизм. На основе нового Временного Сибирского правительства, созданного в Омске, осенью 1918 года было создано белое Временное Всероссийское правительство. В ноябре этого же года оно превратилось в диктатуру адмирала Александра Васильевича Колчака, вице-адмирала и в прошлом (до 1917 года) командующего Черноморским флотом. Объединение реакционных сил Северной Азии под знаменем сибирского областничества и их сотрудничество с иностранцами нанесли непоправимый урон репутации движения, точно так же, как прогерманская позиция Павла Петровича Скоропадского подорвала доверие к федералистским основам УНР[295].

Интервенция войск Антанты – к востоку от Байкала в основном японских и американских – способствовала подъему российского национализма, усилила его оборонческие аспекты и придала ему новое антиимпериалистическое значение. Хотя некоторые националисты, как, например, Спиридон Дионисьевич Меркулов, считали большевиков пособниками Германии и врагами русского народа и надеялись, что Япония поможет возродить единую Россию (или хотя бы защитит этнических русских на российском Дальнем Востоке), политика японского командования, пытавшегося воспрепятствовать объединению России, и планы японцев по созданию зависимого правительства к востоку от Байкала способствовали укреплению позиций тех социалистов-националистов, которые предпочитали японскому господству мир, союз и даже воссоединение с Советской Россией. Были и те, кто надеялся, что суверенная Сибирская республика станет ядром, вокруг которого будет воссоздана демократическая федеративная Россия, но авторы проекта сибирского «буферного» государства, которое должно было прийти на смену правительству Колчака, стремились избежать войны с Советской Россией. Таким образом, многие умеренные социалисты ставили единство Российского государства выше гражданских свобод, если бы таковые были предоставлены в условиях внешнего управления.

На Дальнем Востоке имперская революция протекала не так, как в Петрограде, и в ней не было февральского и октябрьского этапов. Большевики пришли к власти лишь в декабре 1917 года. Более того, на Дальнем Востоке и советская власть была не такой, как в Петрограде. Между группами большевиков не было единства, а некоторые из этих групп сотрудничали с умеренными социалистами. На протяжении большей части 1917 года среди дальневосточной интеллигенции господствовала идея того, что социализму должна предшествовать политическая демократия, и поэтому демократические реформы Временного правительства пользовались на Дальнем Востоке широкой поддержкой. Хотя популярность классового дискурса росла, большинство дальневосточных организаций последовательно выступало за правительство, избранное на основе всеобщего избирательного права, и гражданский мир. Но идея социализма как высшей стадии общественного развития, которой можно достичь различными способами, открыла путь де-демократизации. Как и в других областях бывшей империи, само слово «демократия» часто означало социализм, рабочие массы или социалистические организации и не обязательно подразумевало наличие представительного правления и гражданских свобод[296].

Впрочем, либеральное понимание демократии появилось в первом революционном выпуске «Приамурских ведомостей», официальной газеты Приамурского генерал-губернаторства: «Дружными усилиями Народа во главе с членами Государственной думы, при содействии земских и городских самоуправлений, а также рабочих, офицерских, солдатских и прочих общественных и профессиональных организаций, в России отныне прочно установлен новый государственный строй, вполне соответствующий общим народным желаниям»[297]. Отречение великого князя Михаила Александровича и первая прокламация Временного правительства, циркулировавшая по территории бывшей империи, сообщала о введении «четыреххвостки» (всеобщих, прямых и равных выборов при тайном голосовании), которую российские демократы требовали со второй половины XIX столетия. Временное правительство обещало равенство перед законом, всеобщие выборы и широкие гражданские свободы[298].

До избрания новых местных, региональных и центральных властей действовали временные органы управления, сформированные на основе «делегатской демократии» – из людей, делегированных различными организациями[299]. Действовавшие на тот момент городские думы принимали участие в формировании комитетов общественной безопасности – местных и губернских (областных) органов Временного правительства. Впрочем, этот процесс был в большой степени хаотичным. Так, совещание делегатов с неясными полномочиями признало Хабаровский комитет общественной безопасности главным во всей Приморской области, а Владивостокский комитет общественной безопасности был фактически распущен. Хабаровский комитет общественной безопасности в свою очередь делегировал социал-демократа Николая Александровича Вакулина, дворянина из Курской губернии, бывшего каторжанина и одного из руководителей Хабаровского Совета рабочих и солдатских депутатов, а также эсера Александра Николаевича Алексеевского на заседания Хабаровской городской думы, на которых должно было обсуждаться преобразование системы самоуправления. Ожидалось, что Русанов и другие только что назначенные комиссары Временного правительства будут координировать революционное самоуправление, но региональные собрания тоже играли немалую роль. Первый съезд представителей городских и уездных исполнительных комитетов[300] Приморской области (Хабаровск, 6–12 апреля 1917 г.), на котором председательствовал эсер Александр Семенович Медведев, по происхождению донской казак, не только избрал приморского областного комиссара, который должен был быть утвержден Временным правительством, но и принял ряд постановлений о формировании временного сельского и городского самоуправления путем «четырехчленной формулы» («четыреххвостки»), допуская проведение косвенных выборов там, где прямые были невозможны. Наряду с исполнительными комитетами в селах, волостях, уездах и области создавались регулярные собрания: таким образом, вся система приобретала близкое сходство с планировавшимся демократическим земским и городским самоуправлением[301].

«Приамурские ведомости», переименованные в «Приамурские известия» и перешедшие под контроль Русанова как комиссара по Дальнему Востоку, публиковали протоколы и резолюции различных собраний и совещаний, а также материалы для повышения политической грамотности. Большинство постимперской интеллигенции считало, что Россия должна стать республикой[302]. Но «Приамурские известия» публиковали и статьи умеренного социалиста Василия Васильевича Водовозова, в которых он указывал, что в условиях демократии право выбора формы правления остается за народными представителями в Учредительном собрании. Другие тексты объясняли значение таких понятий, как «основные законы», «конституция», «партия», «демонстрация», «контрреволюция», «лозунг», «революция», «социалисты», и других терминов, которые были еще «иностранными» для населения. «Демократия» определялась следующим образом: «Такое правление, при котором народ правит страной через своих выборных». Одна из статей подчеркивала бесклассовое понимание гражданства. Оборонческий национализм тоже играл видную роль в этих статьях. Демократия определялась как основание сильного государства, причем национальные интересы ставились выше индивидуальных[303].

Впрочем, революционный дискурс отнюдь не был однородным. Памфлеты и газеты, имевшие хождение по территории империи, по-разному интерпретировали экономические и социальные измерения демократии. В глазах эсеров, эсдеков, бундовцев и других социалистов народовластие не сводилось к представительному правлению и гражданским свободам; оно призвано было ограничить власть «господствовавших классов» и стремящегося к господству буржуазного класса – цензовиков (тех, кто соответствовал имущественному цензу на дореволюционных выборах). Виктор Михайлович Чернов, Юлий Осипович Мартов и другие видные эсеры и меньшевики не возражали против всеобщих выборов, но часто говорили о «революционной» или «трудовой демократии»[304] как о средстве защиты классовых интересов[305]. «Известия Владивостокского Совета рабочих и солдатских депутатов»[306] призывали граждан к формированию профессиональных организаций, напоминая им, что капитал остается врагом трудящихся. Самоорганизация была призвана стать основой победы над капиталом, в то время как советы должны были координировать действия против контрреволюции[307].

На российском Дальнем Востоке, в отличие от городов Европейской России, различия между социалистическими партиями оставались размытыми. Владимир Кириллович Выхристов (Выхристюк), уроженец Киевской губернии, сосланный в Сибирь, Борис Александрович Косьминский и другие владивостокские эсеры весной 1917 года даже строили планы создания «единой социалистической партии». Различия между социалистами и либералами тоже еще не были очевидны. Не только социалисты, но и либералы Дальнего Востока не соглашались с тем, что в стране существует «двоевластие» Временного правительства и Петроградского Совета. Это отличало их от Павла Николаевича Милюкова и других политиков Европейской России, для которых «двоевластие» было фактом, причем негативным. Дальневосточные социалисты называли советы похожими «на законодательные палаты депутатов» и считали, что они призваны контролировать Временное правительство как исполнительную власть[308]. В этом же ключе высказывалась и газета «Дальний Восток», называвшая Петроградский Совет «суррогатом Народной думы», пришедшей на смену Государственному совету в двухпалатном парламенте, и призывавшая все классы вместе строить новую Россию[309].

Хотя некоторые дальневосточные социалисты уже высказали социально эксклюзивные взгляды на народ (к примеру, Выхристов утверждал, что компромисс с «буржуазией» является лишь временным), многие по-прежнему принадлежали к тем умеренным, кто надеялся на то, что всеобщие выборы смогут примирить различные интересы. Согласно их точке зрения, даже если бы демократия и не обеспечила идеальный гражданский мир, она, по крайней мере, могла бы сделать борьбу за групповые интересы мирной. Бывший народник Николай Александрович Морозов, чьи тексты имели хождение на Дальнем Востоке и в остальной империи, поддерживал идею гражданского мира и подчеркивал этические и гуманистические цели демократии[310].

Представления о гражданском мире и инклюзивной демократии были тесно связаны с ведением войны. Весной 1917 года на Дальнем Востоке, как и в других частях империи, патриотизм был популярнее интернационализма[311]. В конце апреля 1917 года, когда Временное правительство находилось в кризисе, вызванном публикацией военных планов Милюкова, Исполнительный комитет Владивостокского Совета рабочих и солдатских депутатов призывал к пересмотру обязательств России перед союзниками по Антанте, но не требовал отставки ни одного из министров. Отражая мнение других организаций, «Приамурские известия» утверждали, что антивоенная пропаганда большевиков и анархистов выгодна Германии[312]. Умеренное социалистическое большинство Первого Дальневосточного краевого съезда Советов рабочих и солдатских депутатов, прошедшего во Владивостоке 1–7 мая 1917 года, поддержало Временное правительство. Выразил свою поддержку центральному руководству и Первый Приморский областной крестьянский съезд, состоявшийся в Никольске-Уссурийском 21–24 мая 1917 года. Делегаты съезда, среди которых большинство составляли эсеры, сформировали постоянный Приморский областной Совет крестьянских депутатов под руководством эсера Николая Лукьяновича Назаренко[313]. Таким образом, дальневосточные социалисты принадлежали в основном к умеренному большинству, которое доминировало и на Первом Всероссийском съезде Советов рабочих и солдатских депутатов, прошедшем в Петрограде 3–24 июня 1917 года, поддерживало коалиционное Временное правительство и призывало к продолжению войны вплоть до достижения демократического мира без аннексий и контрибуций[314].

К июлю 1917 года Владивосток, однако, обозначился как исключение из умеренного политического ландшафта российского Дальнего Востока. Владивостокский Совет, по-прежнему остававшийся умеренным, настороженно относился к росту анархистских настроений среди портовых рабочих и не принимал анархистов в собственные ряды. 2 июля 1917 года, то есть до того, как мятежи на фронте, начавшиеся после провала российского наступления, привели к демонстрациям под лозунгом «Вся власть Советам» в Петрограде 3–5 июля, во Владивостоке ожидалось вооруженное выступление под руководством Ивана Ефимовича Гурко, недавно вернувшегося из США, А. Чернова (Чернобаева) и других анархистов, но их планам помешали другие активисты. 4 июля 1917 года на встрече депутатов Думы Русанова, Аристарха Ивановича Рыслева, Ивана Михайловича Гамова и других умеренных социалистов и либералов в Благовещенске была принята резолюция о противодействии усилившейся агитации «ленинцев, анархистов и максималистов, которые среди организованной демократии страны являются ничтожным меньшинством», агитации, помогающей немцам и контрреволюционерам. Аналогичные резолюции были приняты и в других частях Дальнего Востока[315].

Владивостокский Совет выразил свой протест против попытки восстания в Петрограде, но, сместившись влево, поддержал советы, а не Временное правительство. Газета Владивостокского Совета заявила, что теперь, когда кадеты ушли из коалиционного правительства, власть должна естественным путем перейти к советам. Но другие советы Дальнего Востока не разделяли этот взгляд. Дальневосточный областной комитет Советов рабочих и солдатских депутатов поддержал Временное правительство и призвал сосредоточиться на выборах в Учредительное собрание и органы местного самоуправления[316].

Органы городского и земского самоуправления должны были стать главной формой самоорганизации после того, как весной-летом 1917 года Временное правительство сделало выборы в эти органы всеобщими и наделило их широкими полномочиями в сферах финансов, инфраструктуры, медицины, образования и статистики[317]. 17 июня 1917 года Временное правительство ввело земство в Северной Азии[318]. «Приамурские известия» утверждали, что демократические волостные земства, введенные в том числе и в Северной Азии, заложили основу для демократических преобразований во всей стране[319]. Положение о выборах в Учредительное собрание, опубликованное в июле и сентябре 1917 года, подтверждало введение «четыреххвостки» и поручало организацию выборов на местах органам городского и земского самоуправления[320].

Большинство политических партий приняло участие в выборах в реформированные городские думы, состоявшихся в июле – августе 1917 года. Хотя дальневосточные газеты призывали население участвовать в выборах, многие воздержались от голосования. В Никольске-Уссурийском, к примеру, проголосовало менее половины тех, кто имел на это право. В Хабаровске на выборы пришло 59 % избирателей. Социалистические партии одержали верх. Русанов прошел в Хабаровскую городскую думу. Во Владивостоке в числе избранных оказались Косьминский, социал-демократ Алексей Федорович Агарев, уроженец Пензенской губернии и бывший ссыльный, Самуил Минеевич Гольдбрейх (Мироненко), первый председатель Владивостокского Совета и делегат на Первый Всероссийский съезд Советов, Арнольд Яковлевич Нейбут, латыш, вернувшийся из США[321], Иосиф Григорьевич Кушнарёв и Дионисий Антонович Носок (Турский). Нейбут, Кушнарёв и Носок называли себя большевиками. Эсер Медведев был избран городским головой Никольска-Уссурийского, а Агарёв возглавил администрацию Владивостока. 11 сентября 1917 года городская дума Никольска-Уссурийского назначила в городскую управу социал-демократа Краснощёкова, который недавно вернулся из США и еще был практически неизвестен среди социалистов Дальнего Востока[322].

Затянувшееся формирование органов земского самоуправления стало одной из причин отсрочки выборов в Учредительное собрание. В стране углублялся политический кризис, вызванный неудачами на фронте, экономическими трудностями и ростом радикализма, а главным средством борьбы с этим кризисом оставалась «делегатская демократия». Эсеро-меньшевистское большинство второго Дальневосточного краевого съезда Советов рабочих и солдатских депутатов (Хабаровск, 3–12 августа 1917 г.) поддержало Временное правительство и решило отправить делегата на Московское государственное совещание (12–15 августа 1917 г.), хотя против этого возражали Нейбут, Константин Александрович Суханов и другие интернационалисты, а времени на то, чтобы добраться до Европейской России, оставалось мало. Но «непримиримые течения» как среди эсеров, так и среди эсдеков и разногласия местных советов не позволили съезду принять резолюцию по политическим вопросам[323].

Растущий политический раскол, ставший очевидным в Европейской России, проявился и на Дальнем Востоке, где средоточием радикальных настроений оставался Владивосток. «Известия Владивостокского Совета» признали, что Московское государственное совещание не смогло примирить социалистические, либеральные и консервативные группировки[324]. Консерваторы, прежде державшиеся в тени, стали играть в регионе более заметную роль. Например, Иван Кондратьевич Артемьев, председатель Хабаровского биржевого комитета, жаловался Русанову на незаконные аресты коммерсантов. Русанов отверг протест Артемьева, утверждая, что последний «вместо мира и совместной работы, несет злобу и вражду» от имени местного торгово-промышленного класса. Русанов также указал на тот факт, что он сам сотрудничает с Владивостокским биржевым комитетом. Но политические разногласия продолжали нарастать[325].

Поворотным моментом стал Корниловский «мятеж». Хотя большинство дальневосточных организаций в ходе кризиса поддержало Временное правительство, был сформирован Объединенный исполнительный комитет Советов рабочих, солдатских и крестьянских депутатов, 29 августа 1917 года провозгласивший себя верховной властью во Владивостоке. Ситуация оставалась неясной, либералы и консерваторы протестовали против претензий Объединенного исполнительного комитета на власть в городе и указывали на склонность Владивостокского Совета прибегать к силе при разрешении экономических конфликтов[326].

Сам Владивостокский Совет был вынужден иметь дело с ростом радикальных настроений среди рабочих, солдат и матросов, регулярно призывавших к немедленной «социальной революции». Он поддержал большевиков, когда те отказались от коалиции с либералами, но предостерегал против восстаний. В сентябре 1917 года владивостокские и харбинские социал-демократы наконец разделились на большевиков и меньшевиков, хотя меньшевики продолжали верить, что единство можно восстановить. Дальневосточные эсеры тоже не были готовы признать, что их партия раскололась на радикальное «левое» и умеренное «правое» крыло. Тем временем обе партии теряли контроль над ситуацией: 14 сентября 1917 года солдаты и матросы собрались на анархистскую конференцию под председательством Гурко и А. Чернова. Владивостокский Совет распустил конференцию, но 15 октября 1917 года анархисты провели еще одну. Как и в Петрограде, большевики решили использовать анархистские настроения среди городских жителей и встали на более радикальные позиции, приступив к реквизиции магазинов и закрыв газету «Дальний Восток», к чему анархисты призывали уже летом. Кроме яростного поношения кадетов «Известия Владивостокского Совета» начали критиковать кооперативное движение, меньшевиков и «правых» эсеров. Приморский крестьянский Совет, находившийся под контролем эсеров и не разделявший радикальных устремлений Владивостокского Совета, отозвал своих представителей из Объединенного исполкома, что не помешало исполкому заявлять, что он представляет крестьян. Первый Дальневосточный краевой съезд профсоюзов, прошедший во второй половине октября 1917 года, стал первой крупной конференцией, на которой, по инициативе Нейбута, было принято решение о передаче власти советам[327].

Но Владивосток был исключением. На российском Дальнем Востоке, как и повсюду в Северной Азии и в других преимущественно сельских районах империи, уверенную победу на земских выборах одержали эсеры. Демократический процесс в сельской местности столкнулся с рядом трудностей, что впоследствии позволило большевикам не признавать результаты земских выборов. Дальние расстояния затрудняли проведение уездных собраний. Недоверие к новым учреждениям, опасение чрезмерного налогообложения и абсентеизм, особенно распространенный среди женщин, привели к тому, что явка на земские выборы по Сибири в целом составила около 35 %. Но, несмотря на низкую явку и многочисленные нарушения процедуры голосования, органы местного самоуправления получили широкую поддержку общественных организаций[328].

За пределами Владивостока и советы занимали умеренные позиции. Благовещенский Совет, в отличие от Владивостокского, не послал делегатов на Второй Всероссийский съезд Советов рабочих и солдатских депутатов и вообще голосовал против его созыва. Именно это стало толчком к расколу эсдеков Амурской области на большевиков и меньшевиков. Тем временем Первый Всесибирский съезд Советов рабочих, солдатских и крестьянских депутатов, проходивший в Иркутске с 16 по 23 октября 1917 года, принял резолюцию в поддержку власти советов и избрал Центросибирь во главе с Шумяцким. Кушнарёв и другие владивостокские большевики поддержали резолюцию. Но даже радикалы зачастую считали передачу власти советам лишь средством гарантировать созыв Учредительного собрания и преобладание в нем социалистов, а не созданием альтернативной политической системы. «Известия Владивостокского Совета» приветствовали переворот 25–26 октября 1917 года в Петрограде, но вместе с тем считали, что однопартийное большевистское правительство не сможет представлять всю революционную демократию[329].

[287] Одесская Советская республика создавалась как еще одно неэтническое объединение в советской федерации (Penter T. Odessa 1917: Revolution an der Peripherie).

[288] Распад Российской империи уже шел: в декабре 1917 года Финляндия провозгласила независимость, в том же месяце признанную Совнаркомом. Хотя Финляндия не стала одной из воюющих сторон Гражданской войны в России, финляндскую гражданскую войну (1918 г.) можно считать частью масштабного и многоуровневого вооруженного конфликта, сопровождавшего крушение империи. По итогам Брест-Литовского мира Финляндия считалась частью сферы влияния Германии наряду с Польшей, Украиной и прибалтийскими странами (Tikka M. Warfare and Terror in 1918 // The Finnish Civil War 1918: History, Memory, Legacy / Ed. by Т. Tepora, А. Roselius. Leiden: Brill, 2014. Р. 104–105).

[289] Дальний Восток. 1917, 4 марта. С. 2.

[290] Smith S. A. Russia in Revolution: An Empire in Crisis. Р. 75, 99.

[291] Приамурские известия. 1917, 24 июня. С. 4.

[292] Fink L. Progressive Intellectuals and the Dilemmas of Democratic Commitment. Cambridge, MA: Harvard University Press, 1997.

[293] Большинство населения по-прежнему оставалось неграмотным, поэтому распространение политических знаний было нелегкой задачей.

[294] Альбом по истории ВКП(б) / Под общ. ред. С. И. Мицкевича. М.: Музей революции Союза ССР, 1926. С. 26–27.

[295] См., например, статью на эту тему в первом выпуске Russian Review: Eudin X. J. The German Occupation of the Ukraine in 1918 // Russian Review. 1941. № 1 (1). Р. 90–105.

[296] Kolonitskii B. I. «Democracy» in the Political Consciousness of the February Revolution (см. на русском: Колоницкий Б.И. «Демократия» как идентификация: к изучению политического сознания Февральской революции // 1917 год в судьбах России и мира. Февральская революция. М., 1997).

[297] Приамурские ведомости. 1917, 7 марта. С. 4.

[298] Приамурские ведомости. 1917, 7 марта. С. 1.

[299] Важнейшей проблемой «делегатской демократии» была неясность полномочий многочисленных съездов, комитетов, советов и других организаций. Сложно согласиться с С. А. Смитом, когда он противопоставляет Временному правительству Петроградский Cовет, указывая на демократический характер последнего. Петроградский Cовет возник в ходе неясной и нестандартизированной процедуры. Делегаты рабочих и солдатских групп, находившихся в Петрограде, не имели никакого отношения к большинству населения империи. Утверждение о том, что к октябрю 1917 года советы представляли треть населения империи, не поддается проверке в непромышленном Дальневосточном регионе (Smith S. A. Russia in Revolution: An Empire in Crisis. Р. 106, 108).

[300] Общее название для разнообразных органов революционного самоуправления, в том числе и комитетов общественной безопасности.

[301] Приамурские ведомости. 1917, 14 марта. С. 8–9; 1917, 7 марта. С. 5; 1917, 9 марта. С. 5; 1917, 14 марта. С. 8–9; 1917, 16 марта. С. 4; 1917, 23 марта. С. 6; 1917, 28 марта. С. 5; 1917, 30 марта. С. 4; Приамурские известия. 1917, 8 апреля. С. 6; 1917, 11 апреля. С. 4; 1917, 13 апреля. С. 5; 1917, 15 апреля. С. 4–6; 1917, 20 апреля. С. 5–7; 1917, 22 апреля. С. 5; 1917, 4 мая. С. 4; 1917, 5 августа. С. 4.

[302] См., к примеру: Аншелес И. И. Классовая борьба и ее отражение в программах русских политических партий. М.: Начало, 1917; Благовещенский Я. Лучшая форма правления – демократическая республика: монархизм, республика, областничество, роль армии. Иркутск: Тип. торг. дома П. И. Макушина и В. М. Посохина, 1917; Конституционно-демократическая партия. Программа Партии Народной Свободы (к.-д.). Одесса: Конституционно-демократическая партия, 1917.

[303] Приамурские известия. 1917, 11 мая. С. 2–3; 1917, 16 мая. С. 5–6; 1917, 1 июня. С. 3–4; 1917, 3 июня. С. 3–4$ 1917, 1 июля. С. 2.

[304] С. А. Смит указывает, что первый термин использовали меньшевики, а второй – эсеры, но на Дальнем Востоке подобных различий не наблюдалось (Smith S. A. Russia in Revolution: An Empire in Crisis. Р. 134–135).

[305] Burbank J. Intelligentsia and Revolution: Russian Views of Bolshevism, 1917–1922. Oxford: Oxford University Press, 1989. P. 17, 29, 79, 95.

[306] Газета первоначально носила название «Известия Совета рабочих и военных депутатов гор. Владивостока».

[307] Известия Совета рабочих и военных депутатов гор. Владивостока. 1917, 15 марта. С. 1; 1917, 19 марта. С. 1–2; 1917, 8 апреля. С. 2–3; 1917, 12 апреля. С. 2–3; 1917, 23 апреля. С. 1.

[308] Известия Совета рабочих и военных депутатов гор. Владивостока. 1917, 29 марта. С. 1; 1917, 23 апреля. С. 2; Приамурские известия. 1917, 20 апреля. С. 6.

[309] Дальний Восток. 1917, 8 марта. С. 2; 1917, 17 апреля. С. 1.

[310] Известия Совета рабочих и военных депутатов гор. Владивостока. 1917, 19 марта. С. 1; Приамурские известия. 1917, 27 апреля. С. 7; Благовещенский Я. Лучшая форма правления – демократическая республика: монархизм, республика, областничество, роль армии. Иркутск: Тип. торг. дома П. И. Макушина и В. М. Посохина, 1917. С. 3–7.

[311] The Empire and Nationalism at War.

[312] Дальний Восток. 1917, 12 мая. С. 2; 1917, 25 мая. С. 3; 1917, 25 августа. С. 2; Известия Совета рабочих и военных депутатов гор. Владивостока. 1917, 27 апреля. С. 1; Известия Владивостокского Совета рабочих и солдатских депутатов. 1917, 16 июня. С. 4; Приамурские известия. 1917, 22 апреля. С. 5; 1917, 25 апреля. С. 5; 1917, 29 апреля. С. 3–4; 1917, 6 мая. С. 6; 1917, 6 июня. С. 4; 1917, 10 июня. С. 3–4; 1917, 17 июня. С. 23; 1917, 24 июня. С. 4; 1917, 25 июня. С. 3–4; 1917, 27 июня. С. 4; 1917, 1 июля. С. 2, 4; 1917, 4 июля. С. 3; 1917, 23 июля. С. 4; 1917, 10 августа. С. 6; 1917, 17 августа. С. 6.

[313] Известия Совета рабочих и военных депутатов гор. Владивостока. 1917, 19 марта. С. 1–2; 1917, 22 марта. С. 2; 1917, 25 марта. С. 3; Известия Владивостокского Совета рабочих и солдатских депутатов. 1917, 28 мая. С. 4; 1917, 31 мая. С. 3; РГИА ДВ. Ф. Р-2422. Оп. 1. Д. 573. Л. 1–9 (Булыгин С. Х. Первые советы на Дальнем Востоке, 1917–1918 гг.); Октябрьская революция и гражданская война на Дальнем Востоке: Хроника событий. С. 7–8.

[314] Первый Всероссийский съезд Советов рабочих и солдатских депутатов. Т. 1 / Подгот. к печати В. Н. Рахметов; предисл. Я. А. Яковлева. М.; Л.: Гос. изд-во, 1930. C. 67–76, 284–289.

[315] Дальний Восток. 1917, 7 июня. С. 5; 1917, 12 июля (вставка). С. 3; 1917, 21 июля. С. 3; 1917, 25 августа. С. 2; Известия Владивостокского Совета рабочих и солдатских депутатов. 1917, 21 июня. С. 3; 1917, 29 июня. С. 3; 1917, 2 июля. С. 1; Приамурские известия. 1917, 8 июля. С. 3–4; 1917, 9 июля. С. 3; 1917, 11 июля. С. 3–4; 1917, 13 июля. С. 3; 1917, 15 июля. С. 3; 1917, 16 июля. С. 2–4; 1917, 20 июля. С. 4; 1917, 22 июля. С. 3; Забайкальский рабочий. 1917, 12 июля. С. 2.

[316] Известия Владивостокского Совета рабочих и солдатских депутатов. 1917, 12 июля. С. 3–4; 1917, 25 июля. С. 3; 1917, 26 июля. С. 3; 1917, 28 июля. С. 1; 1917, 29 июля. С. 2; 1917, 1 августа. С. 1–2; 1917, 2 августа. С. 1–2; Приамурские известия. 1917, 13 июля. С. 3; 1917, 16 июля. С. 4; 1917, 25 июля. С. 4.

[317] Приамурские известия. 1917, 6 мая. С. 2; Гневушев А. М. Волостное земство в Сибири. Красноярск: Эл. типо-лит. М. Я. Кохановской, 1917; Веселовский Б. Земство и земская реформа. Пг.: Т-во О. Н. Поповой, 1918.

[318] В Камчатской области земства были введены несколько позже, но также летом 1917 г. См.: Известия Владивостокского Совета рабочих и солдатских депутатов. 1917, 13 августа. С. 4; 1917, 6 октября. С. 4; Приамурские известия. 1917, 24 июня. С. 1; 1917, 22 августа. С. 1–2; 1917, 17 сентября. С. 4.

[319] Известия Владивостокского Совета рабочих и солдатских депутатов. 1917, 29 июня. С. 1; 1917, 29 июля. С. 3; 1917, 9 августа. С. 2–3; Приамурские известия. 1917, 29 июня. С. 3–4; 1917, 6 июля. С. 3; 1917, 8 июля. С. 3; 1917, 9 июля. С. 3; Кокошкин Ф. Ф. Учредительное собрание: доклад, прочитанный 7-му съезду Партии Народной Свободы 25 марта 1917 г. Пг.: Синод. тип., 1917.

[320] Положение о выборах в Учредительное собрание, опубл. 20 июля, 11 и 21 сентября 1917 года // Российское законодательство X–XX вв. / Под общ. ред. О. И. Чистякова. М.: Юридическая литература, 1994. Т. 9. Законодательство эпохи буржуазно-демократических революций. С. 136–184.

[321] Как писал Альберт Рис Уильямс, американский социалист, посещавший российский Дальний Восток, Нейбут был главой чикагской секции Социалистической партии Америки и также пропагандировал социалистические идеи в Калифорнии и Нью-Йорке (Williams A. R. Journey into Revolution: Petrograd, 1917–1918 / Ed. by L. Williams. Chicago: Quadrangle Books, 1969. Р. 45).

[322] Известия Владивостокского Совета рабочих и солдатских депутатов. 1917, 2 июня. С. 3; 1917, 16 июня. С. 3–4; 1917, 29 июня. С. 3; 1917, 23 июля. С. 3; 1917, 3 августа. С. 1; Приамурские известия. 1917, 22 июля. С. 4; 1917, 25 июля. С. 4; 1917, 29 июля. С. 3; 1917, 8 августа. С. 4; 1917, 17 августа. С. 2; 1917, 20 августа. С. 2; 1917, 17 сентября. С. 4; Забайкальский рабочий. 1917, 23 июня. С. 1; 1917, 27 июля. С. 1.

[323] Известия Владивостокского Совета рабочих и солдатских депутатов. 1917, 26 августа. С. 1; 1917, 27 августа. С. 4; 1917, 31 августа. С. 3–4; 1917, 4 сентября. С. 3–4; 1917, 7 сентября. С. 3–4; 1917, 8 сентября. С. 3–4; 1917, 12 сентября. С. 4. 1917, 14 сентября. С. 4; Приамурские известия. 1917, 6 июля. С. 3; 1917, 5 августа. С. 4; 1917, 6 августа. С. 4; 1917, 10 августа. С. 3; 1917, 15 августа. С. 4; РГИА ДВ. Ф. Р-2422. Оп. 1. Д. 573. Л. 9–14 (Булыгин С. Х. Первые советы на Дальнем Востоке, 1917–1918 гг.).

[324] Известия Владивостокского Совета рабочих и солдатских депутатов. 1917, 19 августа. С. 1–2.

[325] Приамурские известия. 1917, 19 августа. С. 4; 1917, 20 августа. С. 3–4.

[326] Дальний Восток. 1917, 6 октября. С. 2; Известия Владивостокского Совета рабочих и солдатских депутатов. 1917, 31 августа. С. 1, 3; 1917, 1 сентября. С. 2; Приамурские известия. 1917, 31 августа. С. 1; 1917, 3 сентября. С. 4; 1917, 7 сентября. С. 4; 1917, 10 сентября. С. 2; 1917, 14 сентября. С. 3–4; 1917, 15 октября. С. 6; РГИА ДВ. Ф. Р-2422. Оп. 1. Д. 573. Л. 13–17 (Булыгин С. Х. Первые советы на Дальнем Востоке, 1917–1918 гг.).

[327] Известия Владивостокского Совета рабочих и солдатских депутатов. 1917, 10 сентября. С. 1, 4; 1917, 13 сентября. С. 1–2; 1917, 19 сентября. С. 3; 1917, 20 сентября. С. 3; 1917, 21 сентября. С. 4; 1917, 22 сентября. С. 1, 3–4; 1917, 26 сентября. С. 4; 1917, 27 сентября. С. 4; 1917, 29 сентября. С. 3; 1917, 30 сентября. С. 1–2; 1917, 1 октября. С. 1–2; 1917, 5 октября. С. 1; 1917, 11 октября. С. 3; 1917, 18 октября. С. 3; 1917, 19 октября. С. 2; 1917, 21 октября. С. 1; 1917, 25 октября. С. 2; 1917, 27 октября. С. 2; Приамурские известия. 1917, 5 октября. С. 3.

[328] Известия Владивостокского Совета рабочих и солдатских депутатов. 1917, 18 августа. С. 4; Приамурские известия. 1917, 3 октября. С. 4; 1917, 12 октября. С. 6; 1917, 17 октября. С. 4; Рынков В. М. Органы местного самоуправления в антибольшевистском лагере на востоке России (середина 1918 – конец 1922 г.) // Политические системы и режимы на востоке России в период революции и гражданской войны; Сб. научных статей / Науч. ред. В. И. Шишкин. Новосибирск: Параллель, 2012. С. 128–131. См. также: Анкушева К. А., Бочанова Г. А., Дегальцева Е. А., Кириллов А. К., Ноздрин Г. А., Шиловский М. В., Ус Л. Б. История общественного самоуправления в Сибири второй половины XIX – начала XX века. Новосибирск: Сова, 2006.

[329] Известия Владивостокского Совета рабочих и солдатских депутатов. 1917, 21 октября. С. 3; 1917, 23 октября. С. 1; 1917, 25 октября. С. 3; 1917, 26 октября. С. 4; 1917, 27 октября. С. 3; 1917, 28 октября. С. 3–4; 1917, 29 октября. С. 1.

Перейти на стр:
Шрифт:
Продолжить читать на другом устройстве:
QR code

Новые книги

Смотреть все
Овощные чары леди Мелиссы
Овощные чары леди Мелиссы
[Юмористическое фэнтези]
Светская жизнь осталась в прошлом: ни фамильного замка с садом, ни былого блеска. Теперь у леди Мелиссы — скромный домишко, ветхий плетень и тоскливые овощи. Неужели пора отчаиваться? Только не ей.
0
Наша родина как она есть
Наша родина как она есть
[Социальная фантастика]
«Наша родина как она есть» – это подробное и правдивое описание ряда событий из жизни небольшой среднеевропейской страны, которая после долгого периода забвения желает в полный голос заявить о себе и
0
Роза Фалви и волшебник в саду
Роза Фалви и волшебник в саду
[Сказка / Детская фантастика / Детская литература: прочее]
Знакомьтесь! Это самый невоспитанный волшебник в мире Мердин Дикий, самая обычная 12-летняя девочка Роза и лучшая морская свинка по кличке Бублик. Однажды с этой троицей случается уморительное
0
Ленин. Личная жизнь гения
Ленин. Личная жизнь гения
[Биографии и Мемуары / Государство и право / Документалистика]
Владимир Ильич Ленин – вечная загадка истории. О нем написаны сотни книг, от научных до желтых. В представленном исследовании немецкого профессора Ханны Беккер особое внимание уделяется
0
Сергей Прокофьев. Музыка моего сердца
Сергей Прокофьев. Музыка моего сердца
[Музыка / Биографии и Мемуары / Документалистика]
Сергей Сергеевич Прокофьев (1891–1953) стал символом музыкальной культуры ХХ века. Именно его нервный гений точнее других выразил напряжение эпохи великих потрясений и не менее великих открытий. Он –
0
Смейся!
Смейся!
[Социальная фантастика]
Каждый из нас, особенно в юности, мечтает быть особенным, обрести сверхспособности, из тысячи дорог выбрать правильную и пройти ее достойно. У тебя появился дар эмпатии, теперь путь к твоей мечте,
0
Преддверие I
Преддверие I
[Социальная фантастика / Героическая фантастика / Научная фантастика]
Цикл про золотых львов из созвездия Малого Льва открывают две истории, случившиеся на Земле, где ещё остались потомки вымершей расы белых тигров. Первую историю поведал музыкант, на чей голос
0
Преддверие II
Преддверие II
[Социальная фантастика / Героическая фантастика / Научная фантастика]
Цикл про золотых львов из созвездия Малый Лев предваряют отдельные истории, случившиеся на Земле, где ещё остались потомки вымершей расы белых тигров. В этой книге представлены две женские судьбы,
0
Железная Агнесс
Железная Агнесс
[Боевое фэнтези / Героическая фантастика]
В Новом Риме элита живет на верхних ярусах города и не ступает на землю, а для бедняков внизу, в трущобах, солнечный свет – недоступная роскошь. Суровая охотница за головами Железная Агнесс
0
Молчаливый мальчик
Молчаливый мальчик
[Исторический детектив / Детективы / Триллер]
Эндрю Тейлор – один из лучших современных авторов в жанре исторического детектива (The Times). Он удостоен многих литературных наград, таких как высшая премия Ассоциации писателей-криминалистов
0
100 рассказов о стыковке и о других приключениях в космосе и на Земле
100 рассказов о стыковке и о других приключениях в космосе и на Земле
[Биографии и Мемуары / Прочее]
Книга рассказывает о жизни и деятельности ее автора в космонавтике, о многих событиях, с которыми он, его товарищи и коллеги оказались связанными. B. C. Сыромятников — известный в мире конструктор
0
Пустыня Каракумы. Природа и человек
Пустыня Каракумы. Природа и человек
[Природа и животные]
Книга посвящена описанию уникальной природы пустыни Каракумы, взаимосвязям, существующим между различными элементами этой природы, и роли человека в системе этих взаимосвязей. В заключительной части
0

Самые популярные книги

Хорошая, плохая, грешная 3
Хорошая, плохая, грешная 3
[Попаданцы]
У Эвирейл Миардо нет ни единой свободной минутки на грусть и рефлексию! Да и когда? Столько дел, столько дел! Шахту выкопай, лавку открой, артефакты создай, эльфа за попу укуси... Ничего не
12
Хозяйка Тиховодья. Развод на краю болот
Хозяйка Тиховодья. Развод на краю болот
[Любовное фэнтези / Попаданцы]
- Двадцать четыре года, Веста. Наследника нет. Подпиши, и получишь Тиховодье. - А где это? - На краю Хляби. Тихо, сыро, никого. Утром я собирала клюкву в Мещёре и шагнула в болотное окно. Очнулась в
12
Те, кто приходит в тишине
Те, кто приходит в тишине
[Альтернативная история / Попаданцы / Самиздат / Боевая фантастика]
Редкий бой бывает похож на предыдущий. Мы учимся. На своих и на чужих ошибках. Стараемся расти над собой. Противник – тоже. Он анализирует наши ошибки, учитывает остроумные решения. То есть
9
Последняя Гадина империи
Последняя Гадина империи
[Попаданцы / Бояръ-Аниме / Русское фэнтези / Самиздат]
Пятьсот лет назад я была прославленным зельеваром, матриархом и почтенной основательницей династии. А сегодня очнулась в теле изнеженной барышни на пепелище семейной усадьбы и обнаружила, что весь
8
Петербургский врач 11
Петербургский врач 11
[Военное дело, спецслужбы / Медицина / Проза / Современная проза]
Вадим – хирург и микробиолог, попавший волей судьбы в Петербург 1904 года, в тело медицинского секретаря, работающего у богатого врача-мошенника. …Во дворах-колодцах тускло горят газовые фонари.
7
Второй шанс для Лекаря. Том 8
Второй шанс для Лекаря. Том 8
[Альтернативная история / Попаданцы / Исторические приключения / Самиздат]
Аннотация с первого тома: Умереть после спасения чужой жизни — не самый плохой финал для врача. Всю свою жизнь я посвятил медицине. Последняя операция стала для меня одновременно победой и
5
Имперец. Ранг 4. Воевода
Имперец. Ранг 4. Воевода
[Боевая фантастика / Боевое фэнтези]
Спасение цесаревича от пули принесло Александру титул, должность личного телохранителя и редкую магию стихий. Теперь он – правая рука наследника престола и командир его личного отряда особого
6
Измена. Я тебя (не) любил
Измена. Я тебя (не) любил
[Современные любовные романы]
— Как тебе… — слышу прерывистый голос подруги, — мой подарок в честь твоего дня рождения?По меньшей мере иду я в верном направлении. Но вот предчувствие не из лучших. Голос Светы перемешивается со
6
Развод. Я тебе ничего не должна
Развод. Я тебе ничего не должна
[Современные любовные романы]
- Скорее раздевайся, Ириша. Я до спальни не дойду. Прямо тут тебя сейчас... Охрипший от возбуждения голос мужа звучит в тёмной гостиной оглушительно громко. Не так я планировала начало
6
Замок над морем
Замок над морем
[Героическая фантастика / Любовное фэнтези]
Волны перемешивают гальку, жизнь перемешивает людские судьбы. Воины и рабы, дети Ардена и слуги Ириона, все равны перед вечностью. Казалось бы, все решено, расставлены фигуры и начата игра. Но
5
Наследник $$$ уровня Х
Наследник $$$ уровня Х
[Попаданцы / Книги про волшебников / Городское фэнтези / Самиздат]
Надо судить человека, прежде чем полюбил его, ибо, полюбив, уже не судят.
4
Оружейникъ. 1866
Оружейникъ. 1866
[Попаданцы / Альтернативная история / Самиздат]
Умереть в шестьдесят шесть, заслонив собой молодого стажёра, — достойный финал для оружейника. Очнуться в теле семнадцатилетнего подручного на Тульском оружейном заводе в 1866 году — уже второй
4

Самые комментируемые

Замок над морем
Замок над морем
[Героическая фантастика / Любовное фэнтези]
Волны перемешивают гальку, жизнь перемешивает людские судьбы. Воины и рабы, дети Ардена и слуги Ириона, все равны перед вечностью. Казалось бы, все решено, расставлены фигуры и начата игра. Но
5
Семья для брошенки. Вторая жизнь с нуля
Семья для брошенки. Вторая жизнь с нуля
[Любовная фантастика / Самиздат / Попаданцы]
Семь лет унижений, презрения и пустой постели. Герцог Дрейк Ашфорд объявил свою истинную жену бракованной и отправил в ссылку на Ольцег — умирать среди таких же «ненужных». Он думал, что сломал
22
Отбор невест, или Три орешка для темного
Отбор невест, или Три орешка для темного
[Любовная фантастика]
Каждая приличная драконица должна пройти отбор невест, иначе внукам у камина будет нечего рассказать. Так говорила моя маменька, а ей можно верить — за ее спиной аж четыре таких отбора! Так что я
14
Печать Забытой Эпохи
Печать Забытой Эпохи
[Любовная фантастика / Попаданцы]
— Скажи спасибо, что не оставил босой на улице, Верадель. Забирай свои проклятые северные руины и убирайся, — самодовольно бросил мне бывший муж, швырнув на стол бумаги о разводе. Он думал, что
25
Хозяйка Тиховодья. Развод на краю болот
Хозяйка Тиховодья. Развод на краю болот
[Любовное фэнтези / Попаданцы]
- Двадцать четыре года, Веста. Наследника нет. Подпиши, и получишь Тиховодье. - А где это? - На краю Хляби. Тихо, сыро, никого. Утром я собирала клюкву в Мещёре и шагнула в болотное окно. Очнулась в
12
Шахматистка. Выжить на Арене Смерти
Шахматистка. Выжить на Арене Смерти
[Любовное фэнтези / Попаданцы / Книги про волшебников / Самиздат]
Кто-то попадает в имбовых персов: Избранных, Тёмных властелинов и прочих крутых ребят. А я попала в тело бездарной адептки магической академии. Как она сюда поступила-то, без грамма магии? Неважно,
13
Пулеметчик Федя
Пулеметчик Федя
[Альтернативная история / Юмористическая фантастика / Попаданцы / Самиздат]
Пулеметчик — это не звание, это диагноз. Тридцать пять лет, пулемёт «Печенег», рукавица прилипла к раскалённому кожуху — и здравствуйте: июнь сорок первого, чужие двадцать два года, чужие руки,
10
Диагноз
Диагноз
[Самиздат / Детективная фантастика / Городское фэнтези / Юмористическая фантастика]
Некромантия в нашем мире давно стала такой же частью жизни, как радио, кино, телефоны и аэропланы. Но разве могла я подумать, что однажды приду наниматься на службу к лучшему некроманту столицы! Он —
18
Ведьма и Экзорцист. Второй шанс на жизнь
Ведьма и Экзорцист. Второй шанс на жизнь
[Детективы / Триллер / Любовное фэнтези / Фэнтези]
Приказ ясен: отравить Дерека вель Гранна. Последствия – костёр и пепел. Белладонна уже прошла этот круг, сгорела и получила второй шанс. Теперь она знает, что приказ – лишь верхушка заговора, в
4
Последняя Гадина империи
Последняя Гадина империи
[Попаданцы / Бояръ-Аниме / Русское фэнтези / Самиздат]
Пятьсот лет назад я была прославленным зельеваром, матриархом и почтенной основательницей династии. А сегодня очнулась в теле изнеженной барышни на пепелище семейной усадьбы и обнаружила, что весь
8
Железный характер Кристианы Морли
Железный характер Кристианы Морли
[Любовная фантастика / Попаданцы / Классическое фэнтези]
Удар копытом лошади рушит блестящие перспективы дебютантки. По мнению общества, хромота испортила не только плавную поступь девицы, но и характер! Это ж надо умудриться — вместо монастыря или
38
Хорошая, плохая, грешная 2
Хорошая, плохая, грешная 2
[Любовное фэнтези / Книги про волшебников / Попаданцы / Самиздат]
Новый Свет полон самых разных неожиданностей, как приятных, так и не очень. Новый Свет полон шикарных возможностей, только успевай их реализовывать. Новый Свет полон сильных мужчин и
11

Прямо сейчас читают

Кулак летящий в богов
Кулак летящий в богов
[Фанфик / Повесть / Юмор: прочее / Попаданцы]
Попадания Сайтамы во вселенную мира молота войны на Катраксис. Планету что Империум оставлял на растерзание тиранид. Примечания автора: Прода раз в неделю. В субботу или воскресенье (Если не
0
Девяносто девять дней в
Девяносто девять дней в "Сантосе"
[Современные любовные романы]
Это нормально? Прилететь из Москвы в маленький курортный городок, чтобы развеяться после серьёзных неудач в жизни, и остаться здесь на всё лето, и даже больше! Это нормально или не очень?! Тем не
0
Юнга со шхуны «каштан».
Юнга со шхуны «каштан».
[Приключения: прочее / Классическое фэнтези]
Александр Горюнов был обычным моряком из Владивостока. Тридцать восемь лет, двадцать лет стажа, развод, сын, который звонит раз в месяц. Всё шло по плану, пока он не погиб под колёсами, торопясь на
0
Путь одиночки. Книга 12
Путь одиночки. Книга 12
[Боевая фантастика / Попаданцы / Самиздат]
Коготь принес перемены на Землю, но это стало только началом его пути. Жители десятков миров еще не знают, какие их ждут потрясения. Время спокойствия и застоя прошло. Впереди эпоха перемен.
4
Волкодав 2
Волкодав 2
[Альтернативная история / Попаданцы]
Детройт 20-е годы. Золотая пора бутлегеров и всякой прочей дряни. Сотни молодчиков веселясь и распихивая друг друга локтями строят свою личную подпольную империю. Мне с этими ребятами
1
Мой сумасшедший новогодний Роман
Мой сумасшедший новогодний Роман
[Современные любовные романы / Самиздат]
Рома Самохин — самый бесячий тип из всех, что мне доводилось встречать. Он придумал мне дурацкое прозвище и отказывается запоминать мое настоящее имя. Но самое ужасное не это. Самое ужасное, что мне
0
Дом с кошмарами
Дом с кошмарами
[Ужасы / Детская литература: прочее]
Пенни было всего семь лет, когда пришел Творец Страха. Он явился на Хеллоуин, сделал девочку совсем другой Пенни и забрал ту, что не боялась темноты, чудовищ и глубины. С тех пор она начала
0
Сияя синим светом
Сияя синим светом
[Классическое фэнтези]
Родители сказали: главное — войти в клан Гао, а там — неважно: женой главы ветви — или лекаря. Лань И твёрдо решила для себя: борьба — не для неё. Пока другие сражаются, прячут настоящее лицо за
0
Коротковолновое безумие
Коротковолновое безумие
[Научная фантастика]
Фанатичный учёный много лет втайне от всех работал над прибором, который может читать мысли живых существ. Достигнув успеха, он приглашает двух своих бывших студентов собственными глазами лицезреть
0
Развод. Он подарил ей кольцо. Я - ему развод
Развод. Он подарил ей кольцо. Я - ему развод
[Повесть / Короткие любовные романы]
— Ты же говорил, что выбираешь кольцо для меня… Он даже не сразу отвечает. Только убирает руку с её талии. Поздно. Я уже увидела всё. Её улыбку. Его раздражение. Кольцо, которое должно
2
Мир жизни и смерти 11
Мир жизни и смерти 11
[ЛитРПГ (LitRPG) / Книги про волшебников]
Отдых продолжается... Лучше бы мы работать пошли...
0
Шишкин корень
Шишкин корень
[Детективная фантастика / Детская литература: прочее / Исторические приключения]
Спасаясь от хулиганов, налететь на старушку, потерять сознание и очутиться в Нижнем Новгороде 1896 года… Ничего страшного! Если ты собирал материал для краеведческого проекта и подробно изучил
0