— …да ты даже читать не умеешь, как ты будешь графством своим управлять? — Воган уже с полчаса доказывал Вейлу тщетность его мечт о землях Рейна. Хаг все-таки забрался в бочку, правда вода уже поостыла и пришлось нанести еще воды.
— Умею, просто не люблю.
— Ну а считать…
— Монеты хорошо считаю, этого вполне хватит. И вообще, брага кончилась, сбегай.
— Ща, я крикну…
— Не кричи, а сходи!
Недовольно бурча, Воган повиновался брату. Вейл неожиданно схватил Хага за руку, прежний хмель будто бы исчез с его глаз.
— Я понимаю, почему ты хочешь найти отца. Мы все видели те тени, и то, на болотах. — Он сплюнул, отгоняя зло. Бога он может и сменил, но привычки не так просто выдернуть из человека. — Однако помни, твой отец связан с этим. Повязан, и крепко. Не дай ему вновь навлечь на наш дом беду. Обещай…обещай, что если он задумает вернуться со своими друидами ты убьешь его. Не приведешь ни к отцу, ни к Вогану. Не навлекай на них эту беду. Обещай!
— Вейл, я…
— Обещай, мать твою…
— Если он попытается навредить нашей семье, и нашему дому, я прирежу его без раздумий. — Хаг удивился, как легко смог произнести это.
С минуту Вейлин не сводил с него взгляда.
— Надеюсь, ты не нарушишь обещание, хотя бы во имя своей матери и брата, что тебя любит. — Он кивнул в сторону приближающего с кувшином браги Вогана.
— Я даже не знаю, жив ли он.
— Жив, такие не умирают, к сожалению.
— Вот смотри… — Вог явно немного протрезвел от свежего воздуха. — Вот ты собираешься становится рейнским дворянином, а Скади нам войну пообещала. А с кем воюет север, правильно, с югом. — Он самодовольно уставился на брата, словно победил.
— Есть еще два направления, про горцев забыл. — Буркнул старший брат. — Хочешь скажу, почему таны не поднимут топоры на хозяйскую корону?
— Ну и? Страшатся?
— Н в этом дело. Большинство имеет выгодные сделки с южными графами, я уж не говорю про наших щитов — береговых танов, что уже по собственной воли нацепили на себя графские титулы и детей своих отдали в монастыри бога — отца.
— Ну их не так уж много. — Буркнул Воган, — вот наш отец.
— Наш отец непреклонен, но и воевать с Таврусом он не станет. Да и сколько танов объединиться для похода, отец Хага смог только троих собрать. И чем это вылилось. — Он почесал розовое месиво, на месте которой должен был быть глаз. Хаг и не заметил, когда он снял повязку.
— Если война и будет, то явно на востоке. Возможно, ты и прав, что едешь туда. — Вмешался Хаг. — Выпьем, чтоб нам не пришлось встречаться на поле боя.
Это был последний тост в эту ночь. И последний разговор о войне. Вода уже стала холодной и братья переместились ко всей так называемой воинской элите в зал. Где уже брага заканчивалась а большая часть блевала или спала снаружи дома.
Хаг остался последним выжившим, хоть и пил, наверное, больше остальных. Однако встречать первые лучи на холме ему пришлось в полном одиночестве. В голове крутились все слова, сказанные ночью: предсказания Скади, разговор с братьями.
— Ты еще в состоянии мыслить, сын тана. — Совсем рядом раздался теплый женский голос.
Хаг испуганно обернулся, из-за этого в голове сильно стрельнуло. Провидица усмехнулась.
— Да, — обхватив руками голову, простонал Хаг.
Она присела рядом:
— Солнце встает, боги нагулялись, вкусили крови и похоти, теперь могут вновь отправляться на битву.
— И сколько же им еще биться?