Ветка взъерошила перед зеркалом короткие волосы - целебную процедуру с мылом Дис она проводила урывками, однако показалось, что вместо ежика получилась тускло-золотистая шапочка, и погуще, чем было раньше. Еще раз осмотрела себя - бляха, платье, шитое гномками. Диадема была в чересседельной сумке на Зиме. Бежать туда? Да ладно, не стоит… других украшений две шкатулки, только как-то особенно наряжаться не хотелось. Ветка подняла глаза и увидела в зеркале отражение Мэглина.
Замерла.
Медленно повернулась.
Эльф встретился с ней взглядом - глаза в глаза.
- Что ты, дружок?..
- Мэглин, - с ужасом сказала Ветка, - Мэглин?..
- Что? - так же драматически зашептал лаиквенди.
- Я видела! Видела… у тебя волосы… они…
- Эру Илуватар, Ольва, - недовольно сказал нандо, - ну что еще? Ожили? В змей превратились?
- По ним огоньки бегали!
- Большие? - деловито спросил эльф, показал пальцами, - вот такущие? Ну что ты право, Ольва! Пойдем ужинать.
- Пойдем, - прошептала Ветка, послушно дав слегка тащить себя за рукав, - пойдем. - Вспомнила Торина, Трандуила. - Мэглин, у меня такая каша в голове, ты не представляешь…
- К сожалению, представляю, - эльф расхохотался уже во весь голос, - пойдем, а то эорлинги всю вкусную еду сметут…
========== Глава 12. Злато наугрим ==========
За столом пировали вовсю. Уставшие, раскрасневшиеся люди и такие же растрепанные и согревшиеся эльфы - кроме Лантира, который оставался безупречным, с черным плащом волос, расчесанных до зеркального блеска, и Глорфиндейла, снявшего пока лишь плащ, латные рукавицы и шлем -сидели вперемешку с гномами ватаги Торина, и некоторыми другими, приближенными сейчас к узбаду. Ярко пылающие факелы всегда путали в Эреборе день и ночь. В зале не было окон, и никто не видел, что небо уже давно усыпано звездами, а пурга прекратилась.
Играла музыка, заглушаемая застольными беседами. Пара-тройка гномов порывались попеть застольных песен, но их одергивали - на сей раз за столом были дамы.
Кили ушел из-за стола и в сотый раз у камина перечитывал небольшой свиток, переданный ему Лантиром -переданный с неохотой и с ледяной миной, но уже и с признанием определенных прав молодого принца наугрим на внимание эльдар. В камине пылали дрова особых пород дерева, и дух от огня шел лесной, смолисто-пронизывающий, летний.
Торин снова рассказывал Тенгелю о драконах, вспоминая то, что предшествовало схватке у Эребора, и золотой витязь также внимательно прислушивался, покручивая в руках золоченый бокал с кровавыми рубинами по ободу.
- Одно яйцо было там, где нынче еще хранятся остатки скорлупы, а другие два мы раскатили в дальние галереи, завалили камнем и видели, как гады пробивались оттуда. Они рушили стены и древние врата, перекрывавшие тоннели, сносили огнем и дурной мощью все на своем пути. Вырвавшись, они принялись искать добычу. Им сходило в пищу злато, металл и гномы, и добычи они нашли вдоволь. Разорили несколько древних покоев, нетронутых ранее Смаугом, просто потому что были мельче его -пожрали золотую утварь и отделку, сундуки и оружие. Они успевали всюду и неслись, как огненные смерти. Пока был один, мы еще справлялись. Но когда их стало двое… Каждый из тех дней я буду вспоминать всю свою жизнь. И с нами была эльфийка. Мы отправимся за ней к Трандуилу. После такого -она наша.
- Вы доблестно сдерживали могучего врага, -склонил голову Глорфиндейл.
Торин мельком глянул на опоздавших, но никак особо обращаться ни к Ольве, ни к Мэглину, приветствовать их не стал. На конце стола были оставлены два тяжелых стула, кованых из металла -как и все, оставшееся после Смауга и его огнедышащих сынов. Деревянное пока не восстановили, ожидая весны и лета.
Тенгель поднял кубок в честь храбрости наугрим. Замерзшие гости Эребора, полдня пробивавшиеся сквозь непогоду, быстро тяжелели и теряли рьяность пира.
Ветка с помощью Мэглина примостилась на тяжелом угловатом сидении и нашла взглядом новые лица, прислушиваясь к застольным беседам. Которая же из трех Бус?.. Надеюсь, не вон та, среднего возраста, с малюсенькими яркими зажимами на самых кончиках изящных мушкетерских усов… Другие две гномки возражений не вызывали -одна повыше и постройнее, со светлыми волнистыми косами, красивая по меркам любого народа, вторая пониже, полненькая -и видно, что самая молодая.
-Надобно сделать добрую вылазку, -говорил между тем разрумянившийся эорлинг, которому для удальства и доблести драконов с орками в битве на пустоши не хватило, -не дело это, драконам отсекли головы, гоблинов повыбили, так откуда-то эта волчья порода полезла?.. Торин?
-Подумаем. Завтра с утра и подумаем. Отчего бы не сделать. Я сам давно не выезжал. Лорд Глорфиндейл?
Почетное место за столом было отдано Глорфиндейлу, который, судя по его отстраненно-капризному виду, есть не собирался, хотя яства были приготовлены отменно и в изобилии. Эльф сидел расслабленно, из-за стола не уходил. Только пил. «Это у них общее свойство, -услышала Ветка реплику Фили, -эльф чем знатнее, тем ему труднее угодить с кушаньями, и тем проще -с вином».
Глорфиндейл словно очнулся и улыбнулся, снова протянул бокал.
-Такого вина отчего бы и не выпить -богаты погреба Эребора, а этот напиток еще и с весьма долгой выдержкой… Что до охоты, оставляю решать узбаду. Мне же предстоит искать чудовище.
С утверждением Фили великий витязь не спорил, но, видно, из вежливости, положил в рот немного отломленного свежего хлеба, аппетитный живой дух от которого разошелся по всему залу.
-Витязь, как дракона ловить будем?