- А ты помни… помни, лесной эльф, - Глорфиндейл глянул на Мэглина чуть свысока, чем заслужил от Ветки первый черный камешек в копилку, - помни… и будь осторожен.
- Я всегда осторожен, лорд Глорфиндейл. У нас, у лесных эльфов, это обычное дело, - и Мэглин снова слегка поклонился.
Золотой витязь беззвучно ушел к своему коню - только взвился плащ…
- Мэглин, о чем он?
- Да кто его знает, - тепло рассмеялся Мэглин, - у этих истинных перворожденных что ни слово, то загадка, как и у истари. Отмолчалась? Полегчало?
- Ну отчасти, - улыбнулась Ветка. Все нормально. Нормально же?
Вот и хорошо.
Эребор, покинутый так недавно - и снова так давно! - приближался.
========== Глава 11. Снег ==========
Перистые, неровные облака сгустились, и на пустошь легли теневые руны.
Ветер усилился; снова начало бросать колкую крупу в лица путников, хотя первую половину дороги все было благополучно.
Ранк и Тенгель озирались встревоженно. Эльфы и люди накинули капюшоны - порывы рвали плащи, а золотые волосы Глорфиндейла бились флагом.
- Вот как повелось-то, - проворчал Ранк, - как она на пустошь выезжает, так и начинает мести.
Золотой витязь улыбнулся, а Ветка встревоженно спросила:
- Ты думаешь, это из-за меня?
- Кто ж тебе скажет, - буркнул гном и поудобнее переложил секиру у бедра, - может, вот он скажет, - и ткнул рукой в золотого витязя.
- Неважно, из-за кого, - вмешался Лантир, - стоит поторопить коней. Ольва?
- Да, я могу скакать…
- Тут открытое место, - напряженно сказал рохиррим, - мы уже уехали на половину пути от Дейла, здесь много лиг ни останцев, ни рощ. Лишь дорога да малые каменья. Если заметет, только слезать и класть коней наземь, и под плащи. Но тогда все варги наши… хоть мы и перебили многих, а, может, еще остались. Что за притча…
- Так: или назад, в камни, - сказал Лантир, - или вперед, резво. Что решаем?
Глорфиндейл пожал плечами:
- Я могу оказаться около Эребора в полчаса. Асфалот затем отыщет, если вас засыплет. Что так, что так - решайте.
- Тогда вперед, - избрал Лантир, - В повод! Ходу!
Кавалькада сомкнулась и сорвалась более плотным строем - каждый видел соседа и не упускал из внимания общего положения дел. Чем резвее шли всадники, тем более страшно становилось на пустоши. Хоть и редка зимой гроза, но черные облака сомкнулись в могучие небесные кряжи и сталкивались с грохотом. В землю ударила ветвистая молния - раз, два.
Боковой ветер почти сбивал коней с ног, замедляя ход; ледяные порывы холодили до кости. Ветка, несмотря на меховую накидку, держалась изо всех сил, подгоняя Зиму - она замерзла, руки без перчаток окоченели. Мэглин скакал, удерживая свою лошадь почти плечо к плечу с Зимой… но вдруг покачал головой и ускорился, стремясь нагнать Глорфиндейла.
Снег густел. Дейл, который был дальше, уже полностью пропал из виду, но самая макушка Горы, еще подсвеченной алым огнем незримого сейчас солнца, была видна - на нее и держали путь.
- Надо ложиться! - прокричал рохиррим.
Глорфиндейл, на ходу выслушав Мэглина, поднял руку - кавалькада остановилась и столпилась. Буран закрыл Эребор; всадники сомкнули тесный круг. Ветка тряслась и мечтала о мируворе.
- Это не обычный буран, - спокойно сказал Глорфиндейл, - на сей раз я согласен с лаиквенди. Я заберу девушку на меарас, и мы достигнем Одинокой Горы, а вы ложитесь и пережидайте. С оружием наголо, на случай варгов. Я отвезу Ольву и вернусь.
Всадники выразили согласие и начали укладывать коней, заматывая плащами головы себе и животным; бросили жребий, кому оставаться на страже… Ветка спрыгнула с Зимы, не смея особенно возражать, и потянулась - Глорфиндейл легко подхватил ее и посадил поперек холки своего скакуна.