– Его… Лебедь Зильбершванфлоссе!
– Вы сказали, вас услышали.
Монета взлетает к синему, будто никто и не думает воевать, небу и падает на закопченный снег. Его величество Готфрид смотрит мимо подданных в свою нынешнюю вечность.
– Поднять над батареей знамя вернегеродцев! – объявляет командующий, и это отнюдь не насмешка! – Пусть видят. Раухштейн, вы не проиграли: отбивать атаки внизу тоже следует под знаменем.
Глава 12. Гельбе
1 год К.В. 1-й день Зимних Скал
1
Ноги Кану Арно ломать все же не стал, да и о конвое приходилось думать, так что шли кентером. Сперва пустошами, потом потянулись обозы и резервные полки; ждущие своего часа офицеры весело салютовали проезжающим и явно были не прочь поболтать, не наблюдалось ни излишней суеты, ни тревоги, ни хотя бы напряжения, вот и хорошо! Или… плохо?! Вдруг что-то с Ли? То, что здесь именно сегодня устроили сражение, отнюдь не значит, что в Западной Придде, или куда там занесло братца, тихий праздник. Да еще лошадь эта огненная…
С утоптанной прошедшими раньше эскадронами дороги сбиться было затруднительно, и Арно, доверившись Кану, прикрыл глаза. Виконт, как мог, старался ухватить хотя бы тень недавних странностей – без толку. Выходит, померещилось? И Валентину тоже?! Или дело все же в бесноватых, твари где-то поблизости поперли вперед целым полком, вот и аукнулось. Хорошо бы, будь так, да не верится…
Первую беготню Арно приметил у подножия эмилева кургана, который с какого-то перепугу взяли в кольцо вальдзейский батальон и пара эскадронов кирасир. И это не считая целой оравы «фульгатов»! В рейд, что ли, собрались? Уже интересно… Незнакомый капитан-кирасир, явно узнав если не маршальского братца, то знаменитого на всю кавалерию мориска, махнул своим, бело-черная стена разомкнулась и тут же сомкнулась, сбоку мелькнула знакомо изогнутая чубарая шея. Змейка! И, само собой, Луи. По своей воле разведчик в ставке бы не застрял, значит, для чего-то придержали.
– Луи, кого ловим?
– Да некого, бабка твоя гусячья, ловить! – со злостью выпалил «фульгат». – Зачесались, когда гады уже нагадили! Маршала… брата вашего, приложило здорово!
– Подробнее. – Вот тебе и конь горящий! – Что с командующим, и где он?
– Там, – Луи кивком указал на вершину, – палатку ему поставили, больше не знаю ничего…
– Кана постереги!
Таким галопом Арно в горку еще не бежал, часовых было по двое при каждом булыжнике, и ни одна рожа не остановила! Неужели вовсе худо?
Никаких палаток рядом с обычным навесом наверху не оказалось; виконт чудом не завопил, хорошо, догадался глянуть на другую сторону, там пропажа и отыскалась. Стоит, родимая, и у входа толкутся офицеры, кто-то знакомый, кто-то – не очень. Генералов не видать, зато полковников… И расступаются, как перед маршалом или… родичем покойника.
– Господин командующий жив, – выходит, он это вслух брякнул, если образовавшийся рядом Сэц-Пуэн ответил, – и вроде не так плох.
– Что значит «вроде»?!
– Маршал в полном сознании, но врача к себе не пускает. Может, вы…
– «Ты», кляча твоя несусветная, мы перешли на «ты»!
Поправить шляпу и воротник, отдернуть полог, войти. Брат полусидит, полулежит на какой-то куче – наземь накидали плащей, под спину – седло и еще что-то меховое.
– Смотрите!
– Капитан!
– Господа, это же…
Кажется, он загородил свет, потому что пара кислых рож тут же обернулась, а Эмиль поморщился, но от боли или от злости?
– Кто тебя… вызвал?
– С донесением от бригадира Придда. Срочным и конфиденциальным!
Вот словечко-то вылетело, Кроунер от счастья в обморок бы упал.
– Вон… Шли бы вы… Ариго встречать.