Ты видишь, король… Тёмный коридор и зеркало, в котором сверкает отражение пламени её колдовских синих глаз. Чёрные волосы, что льются каскадом, тонкая шея и хрупкие белые плечи. Она стоит рядом, король, твоя любовь — твой призрачный сон.
Теперь ты понимаешь, король? Понимаешь, в чём заключался смысл этого долгого путешествия? Не оглядываясь, ты шёл на запад — через пыльный асфальт, степи, болота, оставляя позади голодные дни и холодные ночи; шёл сквозь кошмары собственных сновидений, чтобы в конце пути увидеть её — черноволосую ведьму, что, улыбаясь, стоит рядом, сотканная из плоти и крови, порождённая чужой смертью.
Смотри, король… Смотри внимательно в тёмное зеркало и наслаждайся отражением грёз. Ты заслужил это. Ты сломал законы природы и породил на свет ту, что когда-то была лишь мыслью — неуловимым образом твоего бессознательного.
Будучи ребёнком, ты убил в себе страх. Чёрный дьявол душил тебя по ночам и не пускал в сновидения, но ты оказался сильнее, король. Ты перешагнул через его труп, и теперь ничто не напугает, ничто не остановит тебя, король. Когда придёт время и полнолуние потребует крови, твоя рука не дрогнет, и ты, не задумавшись, проводишь златоглазого по лунной дороге на запад. Когда девчонка будет молить о пощаде, ты не струсишь и не упадёшь перед ней на колени. Ты кинешь её в костёр и проводишь по лунной дороге на запад.
И когда Мэри будет улыбаться тебе, ты не почувствуешь укола совести, и ни одно воспоминание не потревожит вашего счастья, потому что ты укротил прошлое, король… Ты вынес ему приговор в том бревенчатом доме.
И, скрываясь от мира, ты не почувствуешь одиночества. У тебя не будет ни родных, ни друзей, и все, кого ты знал, покинут тебя, но пустота никогда не раскроется в твоей душе, король… Ведь рядом будут звёзды и луна, и та, что освещает дорогу бледно-голубым светом.
И вместе вы пролетите сквозь время, сквозь мир, словно две серебристые нити, не останавливаясь, ни на секунду не останавливаясь, и твоя воля будет поднимать реки и вызывать бурю, король… Вместе с черноволосой ты окутаешь пламенем этот мир и на его руинах выстроишь новый — чистый и девственный, словно возродившийся феникс.
И ты будешь мудрым, король… Ты будешь милосердным и справедливым, потому что ты победил гнев, а значит, ни одна душа не пострадает напрасно. И все, на кого обрушится твой огненный взгляд, безусловно, будут виновны, король… Они заслужили смерть.
Они заслужили быть жертвами.
— Ничего не понимаю… Сколько уже?
— Без малого шестнадцать часов.
— К чёрту. Вызывай врачей.
— Постой… Не уверен, что это необходимо.
— Вызывай врачей, Воронцов! Ты же видишь, ему плохо! Что, если он умрёт?!
— Не спеши, принцесса, не спеши… Дай ему время.
— Какое время? Для чего?
— Он должен разобраться со своими демонами.
— Иди-ка ты на хрен. Слышишь? Иди на хрен! Только сперва дай телефон, я сама вызову!
— Да пойми же, врачи не помогут! Он должен проснуться сам. Разве ты не видишь? Его держит страж.
— Теперь ты знаешь, что делать, король. Я всё показал тебе… — близнец в отражении закурил, и, выдохнув облако синего дыма, спросил: — И всё же, будь милосердным, удовлетвори моё любопытство. Что выбираешь — вода или огонь?
Я ответил не сразу. Отошёл в сторону и, усевшись в кресло из чёрного дерева, похлопал по карманам в поисках сигарет.
Страж усмехнулся и кинул мне пачку. Та пролетела сквозь зеркало, и я поймал её на лету.
— Вода, — сказал я, после того, как сделал глубокую затяжку.
Близнец в отражении одобрительно закивал.
— Отличный выбор, король. Отличный выбор. В самом деле, паренёк заслужил эту смерть… Он ведь и сам торговал смертью, да ещё имел наглость так нелепо оправдываться.
Страж сощурился, передразнивая Воронцова, и нарочито хриплым голосом произнёс:
— «Я мечтал стать писателем». «Пойми, дружище, я просто искал сюжет», — страж плюнул и засмеялся. — Что ж, пусть исполнится его мечта. На морском дне он найдёт финал истории.
— Послушай-ка… — перебил я близнеца. — Что-то здесь определенно не вяжется.
Я поднялся с кресла и начал ходить туда-обратно вдоль зеркала.
— Если мне не изменяет память, речь шла о семи стражах. Разве нет?