Я беру её за подбородок и говорю, глядя в глаза.
– Я не причиню тебе вреда, пока ты делаешь то, что я прошу. Будешь верна и будешь жить. Предашь меня, и у тебя тоже окажется дырка между глаз.
Глава 8
Наоми
– Мне не нужна дырка между глаз, – говорю я ему. – Ты понимаешь, что это убьёт меня? Человек не может жить с дыркой между глаз. Хотя в медицине зафиксированы несколько случаев проникновения отвёртки или гвоздя под глазное яблоко, но там всё было прекрасно, пока предмет был внутри...
– Это была угроза.
О! Я моргаю. Василий впервые по-настоящему угрожает мне. Я хмурюсь и изучаю его, пытаясь понять. Он был вежлив и заботился обо мне. Я смущена этими переменами. Возможно, выстрел в другого человека испортил ему настроение.
Он хватает мою руку и тащит меня вперёд прежде, чем я успеваю возразить, что он трогает меня.
– Давай. Идём.
Снова это.
– Идём куда?
– Нам нужно покинуть это место. Оно кишит Голубевыми.
Он тащит меня за собой по коридору, и мы снова оказываемся на пожарной лестнице. Затем он снимает ботинки и заставляет меня сделать то же, и мы тихо ползём по лестнице.
Я думаю о ноутбуке, который мы оставили наверху. Меня это беспокоит. Я должна настоять, чтобы мы взяли его с собой, стереть жёсткий диск и свои следы. Придётся залезть в него издалека, чтобы почистить. Мне не нравится оставлять мою рабочую станцию без присмотра. Это один из моих многих пунктиков, связанный с обсессивно-компульсивным расстройством, но этот действительно доводит меня так, что я не могу думать ни о чём другом.
Я настолько увлечена мыслями о ноутбуке, что почти не замечаю, как Василий суёт мне в руки обувь.
– Жди здесь.
Наклонив голову, наблюдаю, как он подходит к двери на лестнице. Он двигается, как гепард, которого я видела однажды в зоопарке. Меня тогда поразила его хищная мускулатура и излучение неизбежной опасности. Дверь распахивается, и он заходит внутрь, хватая что-то. Я вижу мелькание тёмной ткани и конечностей, и слышу шум.
Человек в костюме падает у ног Василий, у него вывернута шея под острым углом.
Василий смотрит в мою сторону и быстро импульсивно заставляет меня следовать за ним.
Я иду, аккуратно переступая тело.
– Куда мы идём?
– В аэропорт, – говорит он, поправляя пиджак. – В Рим.
Я радуюсь.
– Чтобы посмотреть на необрезанные пенисы?
– Между делом.
Он оглядывается и жестом показывает мне следовать за ним, что я и делаю. Мы выходим в переулок.
Я всё ещё прижимаю к себе свою обувь. Мы не обулись, и мне не кажется, что он собирается останавливаться. Мне стоило бы протестовать о микробах, которые мы собираем, но, кажется, сейчас не время.
За углом мы натыкаемся на другого мужчину в костюме. Я задыхаюсь и не успеваю отреагировать, а Василий хватает мужчину за голову и разбивает её об стену. Просто «бум». Мужчина падает, а Василий продолжает красться по переулку, словно хищник на работе.
Захватывающе. Признаю, я под впечатлением.
Ещё два переулка, и мы оказываемся на оживлённом перекрёстке. Василий хватается за дверь ближайшей машины и дёргает её. Он наклоняется и что-то рычит. С другой стороны улицы из машины выходят два человека и бегут. Он оглядывается на меня и указывает на такси.