Что ж, бог судеб советовал искать помощи…
— Сбереги мою наликаэ, как обещала, защити ее — здесь еще может быть опасно. Я сначала отвез ее было к Анихи, но передумал оставлять ее там.
— У этого кота мартовского?! Еще бы! — вырвалось у нее.
По синеватым губам снежного бога скользнула мимолетная, незаметная усмешка.
— Береги своих духов, Радужка. И еще предупреди всех, кого сможешь, чтоб следили за своими. Это важно.
— Ты знаешь что-то о них?
Ланеж неуверенно пожал плечами.
— Возможно, я видел духа Акварии… Но наверняка ничего сказать не могу. Это… скорее, предчувствие.
Сказал — и осекся. «Вы чувствуете мир, а не видите его, как бог»…
— Обещаю, сделаю все, как ты просил, — поклялась Радужка. — Буду защищать твою наликаэ, как свою. Если ей будет грозить опасность, спрячу, или в чужом храме, или в своем, увезу хоть в свои чертоги, хоть в Золотые, но сберегу! Что до второй просьбы… Я сама не могу вызвать даже великих, не то что верховных, но Анестея, наверное, сможет предупредить, у нее больше влияния. Я попрошу.
— Большего пока и не требуется.
— Ланеж… — Радужка замялась. — Ланеж, спасибо тебе. За Арати. Если бы не ты… Не буду врать, я тоже раньше побаивалась тебя и твоих сил, но теперь… Если еще в чем нужна будет помощь, только скажи.
Волнуется, но говорит искренне. Теперь и глаза, и даже волосы поменяли цвет на чистый изумрудно-зеленый.
Он заставил себя улыбнуться — так, чтобы богиня заметила.
— Спасибо, Радужка.
Она тоже улыбнулась — широко, искренне.
— Не за что. Я знаю, как это важно, а для тебя — больше, чем для других. Мы редко видимся, ведь зимой не бывает радуг, но ты пришел на помощь. И знаешь, я много думала… Мы вроде бы боги, но ведем себя порой хуже смертных, тоже судим книгу по обложке. И напрасно.
Снова что-то оттаивает в душе.
Он вовсе не изгой, ни среди людей, ни среди богов. Рэлико… Радужка, Анихи,
Фтинори… Сулу тоже.
— И за это спасибо, — негромко произнес Ланеж.
Послышались торопливые шаги. Вернулась его огненная девушка — шла быстро, едва не срываясь на бег, будто боялась опоздать. Зря торопилась — он ведь обещал, что не уедет, не попрощавшись. Или задерживать его не хотела?
Радужка вдруг подмигнула ему и удалилась в храм, сказав:
— Поговорю с Анестеей, попрошу комнату для твоей наликаэ. И твое предостережение передам.
Вдвоем оставила… зачем? Как ему с ней прощаться? Что сказать?
Ланеж остро ощутил, как ему не хочется уезжать. Но брать ее с собой на поиски Жнеца и ответов тем более глупо.
— Побудешь здесь, Рэлико? Пожалуйста? — сам услышал просительные нотки в своем голосе и смутился.
Но огненная девушка только кивнула с улыбкой.
— Я дома здесь. И в храме этом бывала не раз. Только… Я ведь… — помялась. — Я ведь еще увижу тебя, да, Ланеж? Я хочу сказать… ты же не исчезнешь снова? Ты еще придешь поговорить со мной, вот также, как сегодня?
Удивление переплетается с радостью и неверием. Она всегда ухитряется сказать то, от чего у него теплеет на душе. И Ланеж на всякий случай уточняет: