У меня падает сердце.
– Неужели все настолько плохо, что нам понадобится мороженое «Бен энд Джеррис»?
– Честно говоря, лично мне мороженое «Бен энд Джеррис» нужно всегда. – Она снимает с контейнера крышку и берет две ложки из фиолетового стаканчика, стоящего на холодильнике. – Просто сейчас, как мне кажется, хорошее время для того, чтобы побаловать себя.
Я беру у нее ложку.
– Я и не знала, что тут можно купить его.
– В ближайшем магазине оно стоит десять долларов за пинту, но да, его можно купить. – При виде ужаса на моем лице она ухмыляется.
– Ничего себе. Это же…
– Добро пожаловать на Аляску.
– Видимо, то, о чем ты собираешься говорить, в самом деле серьезно, если это надо заедать мороженым, которое стоит десять долларов.
Она ничего не говорит в ответ на мой выпад, только протягивает мне контейнер с мороженым, чтобы я могла зачерпнуть его. Что я и делаю. Она тоже зачерпывает немного, и мы чокаемся ложками – мы придумали чокаться первыми порциями мороженого в то лето, которое провели вместе, когда мне было пять лет.
Я жду, что сейчас Мэйси скажет, что у нее на уме, но она берет вторую ложку мороженого, затем третью, четвертую, пока я не сдаюсь и тоже не принимаюсь быстро его поедать.
Когда контейнер наполовину пустеет, она наконец прерывает молчание:
– Мне надо тебя кое о чем предупредить.
– Да-а? Разве ты уже не предупредила меня насчет Джексона? Я думала, с этим мы закончили.
– Это не о нем. Вернее, о нем, но не в том смысле, в каком ты думаешь. – Я совершенно сбита с толку, и, должно быть, это отражается на моем лице, потому что она делает глубокий вдох и выдает: – Если тебе нравится Джексон – кстати, если да, то я не против, честное слово, – то тебе нельзя продолжать близко общаться с Флинтом. Это не прокатит.
Это настолько далеко от того, что я ожидала услышать, что я вникаю не сразу. Но даже когда я начинаю думать, что поняла ее слова, они кажутся мне лишенными смысла.
– Что значит «это не прокатит»? Я же не встречаюсь с одним из этих двоих, а даже если бы встречалась… разве я не могу дружить со вторым?
– Нет, не можешь. – Она мотает головой. – Именно это я и пытаюсь тебе втолковать.
Я почти уверена, что она разыгрывает меня – как же иначе? – но вид у нее такой серьезный.
– Что значит «нет, не можешь»? Что это вообще такое? «Клуб «Завтрак»?
– Хуже. Намного, намного хуже.
– Охотно верю, ведь даже в этом фильме ребята в конце концов поняли, что неважно, к какой группе ты принадлежишь.
– Это тот фильм, в котором Джадд Нельсон лезет под юбку Молли Рингуолд, когда прячется под столом?
Ну, если она об этом…
– Ладно, возможно, это не самый удачный пример.
– Ты так думаешь?
– Твой довод о том, что Джексон и Флинт не могут нормально общаться, потому что они возглавляют различные группировки, просто нелеп. Знаешь, сколько человек отнеслись ко мне хорошо с тех пор, как я приехала сюда? – Я показываю ей четыре пальца. – Ты, Джексон, Флинт и Лия. И все. Четверо. Так что если ты заявляешь, что мне нельзя разговаривать с одним из четырех учеников, которые из всей школы одни только не смотрят на меня как на зачумленную, то это полная чушь.
– О, Грейс. – У нее делается расстроенный вид. – Неужели все и правда так плохо?
– Да, приятного мало – и это даже если не считать того, что меня чуть не заморозили насмерть. – Эти слова так удручают мою двоюродную сестру, что я решаю немного отыграть назад: – Не бери в голову, Мэйс, ведь я еще даже не приступила к учебе. Уверена, что, когда остальные узнают меня получше, то перестанут пялиться.
Она тут же соглашается: