Возвращайся и ничего не бойся: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Я хотела сказать, что сработает сигнализация, приедет машина, люди из охранной фирмы, так уже было, когда мадам Лора туда вошла. Они были вдвоём, только мадам Алиса не успела её предупредить.

— Ничего. Она вернётся, и мы с ней всё решим, — сказал Виктор словно про себя, забыв на мгновение, что он не один.

— Она не придёт, — Клер сощурила глаза и достала из кармана пачку дамских лёгких сигарет. — Она собралась и уехала. Собрала чемодан, между прочим! Даже шубу сунула туда. Мадам Алиса подарила ей шубу. Из чёрной лисы. Очень красивую и безумно дорогую. Мадам Лора не вернётся. Она поехала жить с другим мосье. Я не хотела вам сначала говорить, чтобы не расстраивать вас.

Клер смотрела на Виктора немигающим недобрым взглядом. Она мстила за всё: за то, что ей помешали ограбить дом, возможно даже, украсть картину… или картины. За то, что её выгоняют за ненадобностью, выбрасывают, как ненужную вещь.

— Скажи, Клер, у мадам Алисы был друг? Любовник? Жених? Надо же ему сказать, что с ней случилось, — вдруг произнёс Виктор. — Может, кто-то знает, наконец, где моя жена?

— Да, конечно. Господин Боншар. Он был женихом мадам. И он на самом деле ничего пока не знает. Я имею в виду, о её смерти. Он очень расстроится. Он очень нежно относился к мадам.

— И ты ему не позвонила?

— Не успела.

Ты, сучка, никому не звонила! Чтобы тебе никто не помешал. Спрашивается, зачем же ты тогда вызвала полицию? Обчистила бы сначала дом, а уж потом бы и вызывала. Или вообще — смоталась бы с сокровищами куда подальше.

— Так звони!!!

4. Гренобль

Она встала в три часа ночи. Как делала это каждый день. Али уже варил кофе в кухне. Молодой красивый алжирец, за последний год он стал ей самым близким и дорогим человеком. Это он помог ей устроиться в гостиницу уборщицей (она убиралась, как и другие не имеющие документов женщины-эмигрантки, ранним утром и возвращалась домой в постоянном страхе быть задержанной полицией), Али же позволил ей жить вместе с ним в снятой им маленькой квартирке на окраине Гренобля, рядом с пекарней. Они познакомились случайно, в кафе, сначала завязалась дружба, потом Али сказал ей, что любит её. Несколько месяцев она жила, практически не выходя из дома, помогала Али по хозяйству (он работал в автомастерской), ждала его возвращения, чтобы было с кем поговорить. По-французски она говорила всё ещё плохо, но всё же они понимали друг друга. Когда же он нашёл ей работу, она немного успокоилась. Появились какие-то деньги, она могла приготовить Али русские пельмени, даже приучила его к борщу. Он знал, что она живёт во Франции нелегально, что у неё давно просроченная виза и она скрывается от полиции. Вот только что именно произошло с ней в Париже, он узнал не так давно. И то, что его подруга замужем и официально не развелась с русским мужем, он воспринял с болью.

Однажды они осмелились отправиться в Париж, на прогулку. Сели в летнем кафе, и там, щурясь от солнца, Лора рассказала Али свою историю.

— Мой муж Виктор поначалу ухаживал за моей сестрой Алисой. Если бы ты её только видел… Она была настоящей красавицей! Хотя это, конечно, смотря на чей вкус… Представь себе: натуральная блондинка с огромными голубыми глазами. Некоторые думали, что у неё линзы. И при этом, я имею в виду, при её ангельской внешности, — сильный характер. Она сразу поняла, что Виктор — неудачник, хотя он очень милый. Али, не ревнуй, между нами всё равно всё кончено, я никогда к нему не вернусь.

Али пил чёрный кофе без сахара и курил, глядя, как дети на площади кормят голубей. Официантка принесла Лоре вишнёвый сок.

— Но ты знаешь, какие мужчины! Ему нравится одна, он готов даже жениться на ней. А тут появляется другая, и тоже вроде бы ничего. Словом, так случилось, что я тоже понравилась Виктору. Он красивый мужчина, нежный, ласковый. Алиса тяжело переживала их разрыв, и я боялась, что это отразится на наших с ней отношениях… Думаю даже, что именно эта история сделала Алису более грубой, что ли, толстокожей, циничной. Словом, ей повезло, она устроилась в одну фирму, стала зарабатывать неплохие деньги, путешествовать. В одной из своих поездок она и познакомилась с мсье Сбригани. Очень серьёзный и богатый человек. Он увлёкся Алисой, и вскоре они поженились. Алиса всячески делала вид, что счастлива с ним. Хотя почему делала вид… — Лора рассеянно посмотрела по сторонам. — Думаю, что Сбригани действительно любил её, раз женился на ней. У него были земли, виноградники, по-моему, даже лошади. Они жили на два дома — дом под Парижем и большая квартира на улице Клебер. Сбригани был страстным коллекционером, у него имелась собственная галерея, правда, небольшая, на втором этаже этой квартиры. Но деньги не испортили мою сестру. Напротив, она всячески пыталась нам с Виктором помочь. Но это нелегко, я имею в виду Виктора. Ему было неприятно, что я беру у сестры деньги. А потом Сбригани умер. Неожиданно. От сердечного приступа. И моя сестра овдовела. Представляешь, как много всего сразу свалилось на её голову?! Ей предстояло распорядиться имуществом, всё предусмотреть, разобраться во всём и навести порядок с бумагами мужа. Конечно, мои поездки в Париж стали более частыми, и моему мужу это не нравилось. Но нам с Алисой было хорошо, я радовалась, что у меня есть возможность поддержать её и помочь ей забыться, прийти в себя после смерти мужа. Конечно, деньги — это хорошо, но важно, чтобы рядом был кто-то близкий. Мы с сестрой стали часто вспоминать наше прошлое, детство, и так однажды увлеклись своими воспоминаниями, что Алиса, забывшись, призналась мне в том, что по-прежнему любит Виктора. И что теперь, когда она свободна, она хотела бы вернуть его себе. Она произнесла это и только потом осознала, что я-то — его жена… Надо сказать, что к тому времени рядом с ней уже появился один человек, который домогался её, как я понимаю, он сначала был её любовником, а потом уже как-то плавно перешёл в статус жениха. Совершенно очаровательный молодой мужчина, Даниэль. Он — из старинного аристократического рода, жил по соседству с нами, то есть, я хотела сказать, с Алисой. Он, так же как и Сбригани, увлекался живописью, у него много самых настоящих шедевров. Я не очень-то разбираюсь в импрессионистах, но однажды, когда мы пришли к Даниэлю в гости и он пригласил нас в свою галерею, я поняла, что вижу перед собой довольно известный женский портрет Ренуара «Голова женщины». Дело в том, что у меня незадолго до этого появилась косынка, на которой была изображена известная картина Ренуара «Бал в ле Мулен де ла Галет». Сначала косынка, потом мы с Алисой купили набор шоколадных конфет, коробка тоже была украшена известными репродукциями картин Ренуара. И пошло-поехало… Смешно сказать, но «Голову женщины» я впервые увидела на красивой дорожной сумке, гобеленовой, понимаешь? То есть вот таким пошловатым способом французские импрессионисты входят в жизнь простых людей. Сумку эту я купила и, когда ездила к Алисе, всегда брала её с собой. Она большая, вместительная. Там ещё изображена девушка с большими синими глазами. Она такая красивая, спокойная, с белой кожей и румяными щеками. Милая… Чем-то она напоминала мне мою сестру. И вот представь себе моё удивление, когда там, у Даниэля, я на стене увидела эту картину. Я ещё спросила тогда, в шутку, конечно, сколько она может стоить. И Даниэль мне тоже в шутку ответил — мол, миллион евро. И принялся расхваливать эту картину. Тогда я заметила, что девушка, изображённая на картине, слишком уж напоминает Алису. Алиса сказала, что они совсем не похожи. И тогда Даниэль вдруг говорит моей сестре, что готов подарить ей этот портрет, как своей невесте. Я посмотрела на Алису — та довольно спокойно восприняла эту информацию. Кивнула так легко головой, улыбнулась, и Даниэль поцеловал её. Я тогда ещё подумала: узнал бы он, этот молодой француз, что его пассия, можно сказать, невеста, сохнет от любви по русскому мужчине, бедному и неудачливому. И что ей нет ровно никакого дела до Даниэля, что встречается она с ним просто так, от скуки. Что не нужен ей этот портрет и всё остальное… У неё своих картин предостаточно.

— У тебя такой красивый муж? — перебил её Али и внимательно посмотрел ей в глаза. Лора порозовела.

— Думаю, дело не в красоте. Он для неё был родным человеком, понимаешь? У них были особые отношения. И я всё испортила. По сути, я разбила их любовь. По-дурацки всё вышло. Выпили мы много, что ли, не помню. Так иногда бывает.

— И что потом?

— Мы вернулись домой, и я никак не могла успокоиться относительно этого портрета. Миллион евро! Али, я знаю, ты любишь меня, быть может, даже уважаешь, но я совсем не такая, как ты думаешь, и ты должен это знать. Сказать, что я завидовала своей сестре — значит не сказать ничего! Нет, это была даже не зависть. Нет, мне не хотелось бы, чтобы она всё потеряла, просто я устала жить в бедности, устала ругаться с Виктором из-за отсутствия этих проклятых денег. Алиса показала мне другой мир, я рядом с ней ощутила себя совершенно другим человеком, и возвращаться к себе в Москву, к Виктору, который боится в очередной раз признаться в том, что у него снова что-то там не получилось… Али, мне стыдно говорить об этом, но… но Алиса испортила меня, она заразила меня деньгами. Говорю же, я тогда долго не могла уснуть. Пришла к ней в спальню, а она тоже не спит. Плачет. Говорит, что переживает из-за своего признания: она не должна была говорить мне о своей любви к Виктору и очень боится потерять меня. И тогда я сказала ей, что у меня есть одно предложение. Я понимала, что сильно рискую. Что могу потерять не только сестру, но и мужа, но я всё же решилась признаться ей в том, что я очень хочу иметь этот портрет Ренуара. И что я прошу её принять подарок Даниэля, а взамен я отдам ей… Виктора.

Али с силой раздавил окурок сигареты в пепельнице.

— Али, думаю, что после этого признания ты бросишь меня. Но я разлюбила мужа. Я готова была отдать ей его!

— Интересно, — холодноватым тоном сказал Али. — И что же тебе ответила твоя сестра?

— У неё глаза заблестели. Она бросилась к бару, налила мне и себе водки. Мы тогда меньше всего думали о Даниэле. Она поняла, что согласна обмануть Даниэля и принять его подарок, готова на всё, лишь бы поскорее увидеть Виктора. И тогда она, хорошенько выпив, сказала мне, что согласна принять от Даниэля картину и отдать её мне, но только в том случае, если Виктор приедет немедленно. Она вновь стала говорить о своей любви к Виктору, о том, что она написала ему больше ста писем о своей любви, посвятила ему стихи, что она… Я подумала тогда: бедная ты моя Алиса, ты просто давно не видела своего возлюбленного, ты никогда не жила с ним, не стирала его носков, не ела с ним картошку, жаренную на постном масле, не скандалила с ним из-за денег, которых всегда не хватает и за квартиру иногда нечем платить. Она, понимаешь, жила в своём мирке, уютном, роскошном, где ей для полного счастья не хватало только мужчины своей мечты. Всё это происходило накануне Нового года. И мы решили, что Новый год — это волшебство, и многие наши мечты должны исполниться. Мы должны были обменяться подарками: мне — Ренуар, Алисе — Виктор. Но каким образом вызвать в Париж Виктора? Он отказался поехать со мной к Алисе в последний момент, сказал, что не собирается жить на её деньги, и всё такое. Словом, было довольно проблематично вызвать его в Париж. Надо было придумать что-то такое, чтобы он сам захотел сюда приехать, чтобы он прилетел сюда как ветер. Я была не в состоянии придумать причину, по которой он бы приехал в Париж. Но, с другой стороны, на карту была поставлена вся моя жизнь. Ведь если у меня всё получится и Виктор приедет, то моя сестра отдаст мне подаренный ей портрет Ренуара, и я буду богата! Понимаю, Али, со стороны всё это выглядит странно. Но моя сестра была влюблена. И я решила сыграть на этом её чувстве. Больше того, я хотела сыграть и на чувстве другого человека — Виктора. Он любил меня, а значит, боялся потерять. И тогда я всё-таки кое-что придумала, а остальное было делом техники… Я позвонила своей близкой подруге в Москву, её зовут Надя…

Её как прорвало, она говорила, не останавливаясь, а потом вдруг расплакалась. Али достал большой носовой платок и протянул ей.

— Я гадкая, Али. И ты должен это знать. Но я не убивала свою сестру!

… Али поставил перед ней чашку кофе, тарелку с поджаренным хлебом. Включил телевизор.

— У тебя усталый вид, — сказал он и поцеловал Лору в висок, погладил её по голове. — Может, бросишь работу? Ты и ешь плохо, вчера почти не ужинала…

Лора смотрела на экран. Когда там началась реклама, она вскочила, схватила Али за руку и вцепилась в неё мёртвой хваткой.

— Смотри! Смотри… Вот она!