Муза толкает меня в грудь и замирает на месте. Её реакция обескураживает. Моя щека горит от удара и я так же, как и она, просто стою и не двигаюсь. Я не знаю, о чем эта девушка думает сейчас, что чувствует и чего боится, но мне точно ясно одно: она хотела, чтобы я поцеловал её.
— Всё в порядке? — спрашиваю я осторожно. Не могу подавить улыбку.
— Не делай так больше, — отвечает она после некоторого молчания.
— Ты ведь этого тоже хотела.
— Я ничего не хотела! — восклицает Муза, смерив меня раздраженным взглядом.
— Но твое тело говорит об обратном.
— Не делай этого больше. Никогда!
Из глубины дома доносится глухой стук и кашель Ромы. Заслышав его приближающиеся шаги, Муза расправляет плечи и разворачивается к выходу.
— А как же завтрак? — спрашиваю я.
— Я не голодна.
Они с Ромой сталкиваются в дверях и коротко приветствуют друг друга. Рома слегка взъерошен и помят, должно быть только проснулся. Но как только Муза проходит мимо, его заспанные глаза оживляются. Я замечаю его любопытный взгляд, которым он бегло оглядывает уходящую девушку, и тут же говорю:
— Проснулся?
Рома улыбается мне, а потом снова заглядывает в коридор.
— Ты видел? У неё шикарная фигурка!
— Согласен.
— А какие ножки! Она очень красивая! — Рома подходит к кофемашине и берет кружку с готовым чёрным напитком. — Спасибо, друг мой!
— Музе скажи. Это её кофе.
— Упс! — брякает друг и делает глоток. — Кто не успел, тот опоздал. Хотя, я с удовольствием принесу ей свежий в постель.
Рома очень редко позволяет себе подобные высказывания в адрес подружек моей сестры. Все они, хоть и давно уже не маленькие девочки, но всё же, существует некий барьер, который мы не можем позволить себе переступить. И дураку ясно, что стоит связаться с подружкой близкого тебе человека, как тут же на тебя выльется ведро проблем и вопросов: почему не звонишь ей, почему никуда не приглашаешь, что, переспал и больше моя подруга тебе не нужна? Я не хочу портить отношения с Кариной. Несмотря на то, что нас не связывают кровные узы, мы очень близки с ней, хоть этого порой и незаметно окружающим.
— Илья звонил?
— Этот черт разбудил меня час назад, а потом без конца писал смс, информируя о каждой своей гребаной остановке! Сказал, что познакомился с какими-то девчонками в самолете и возможно приедет с ними сюда. Если, конечно, вы с Кариной не против.
— Мне всё равно.
— Я так и не понял, а родители то приедут к пятнице?
— Без понятия. Сегодня позвоню и узнаю.
— Ты чего такой хмурый, как туча? — пихает меня в плечо Рома. — Кофе то пил? Или что покрепче желаешь?
— Не выспался, — вру я, таращась то на друга, то на широкий дверной проем. Муза определенно ждала этого поцелуя, иначе влепила бы мне пощечину, когда я только-только начал приближаться к ней. — Думаю, чем займёмся сегодня вечером.
— Может, в клуб поедем? Девчонки навряд ли согласятся. Мне до сих пор кажется, что вчера мы помешали их разговору по душам. Пусть хоть сегодня наговорятся.
— У них всё утро свободно для этого. Лучше, давай подумаем, что устроим в пятницу?
— Тосты ты себе делал? — спрашивает Рома, вынув из холодильника сливочное масло и банку с джемом. — Не против?
— Их готовила Муза. Ешь, она всё равно не будет.