Фарисеи и диверсанты. Сионизм: Идеология и политика антикоммунизма: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Однако, что сионистам факты, если они противоречат их идеологическим установкам. Правда, будучи не в силах полностью отрицать марксистско-ленинский анализ еврейского вопроса, огромные практические достижения реального социализма, сионистские борзописцы предпочитают действовать тактикой "мелких уколов": как-то передернут факты, о чем-то умолчат, где-то "подправят" К. Маркса или В. И. Ленина и т. д.

Послушать сионистов, так получается, будто бы решительная борьба против антисемитизма, которую с первых своих шагов повела Советская власть, объяснялась не тем, что большевики всегда были непримиримыми противниками любого национального гнета и неравноправия, а некими "конъюнктурными соображениями". Они, в частности, утверждают, что правительство Советской России приступило к решению еврейского вопроса лишь с тем, чтобы "нейтрализовать влияние декларации Бальфура (А. Бальфур — министр иностранных дел Великобритании в 1916–1919 гг. Его именем названа декларация — ноябрь 1917 г., — в которой содержалось обещание поддержать сионистскую идею "еврейского национального очага" в Палестине. — Авт.) на еврейство России". Сионисты, очевидно, "запамятовали", что партия большевиков задолго до появления на свет упомянутой декларации, к тому же не решавшей еврейского вопроса, разработала цельную научную программу и политику в национальном вопросе. "Забыли" они и многие практические шаги большевиков, в частности, подготовленный социал-демократической фракцией IV Думы в 1914 году по инициативе В. И. Ленина "Проект закона об отмене всех ограничений прав евреев и всех вообще ограничений, связанных с происхождением или принадлежностью к какой бы то ни было национальности".

Для сионистских фальсификаторов характерен прием: приписать марксизму чуждые ему взгляды и идеи, а затем выступить с их опровержением. Образец такого манипулирования дает сионистский "теоретик" А. Идель-сон. "Характерно, что как только самые правоверные марксисты берутся за решение еврейского вопроса, — пишет он, — они, может быть, даже бессознательно, отступают от самых основных законов учения Маркса: один вводит идеологический момент, как ненависть, вследствие столкновения мировоззрений, другой оперирует биологическим фактором, который, хотя вытекает "из горных стран" и имеет как будто бы экономический характер, но в сущности остается моментом национальным"²⁶. Нетрудно заметить — позиция этих анонимных "марксистов" находится в полном противоречии со взглядами основоположников научного коммунизма и остается позицией самих сионистов. И дальше: "Уже одно противопоставление двух групп — еврейской и нееврейской, которые находятся в состоянии экономической конкуренции, есть отступление от принципа борьбы классов. Еврейство не есть экономическая единица, не есть само по себе определенный класс с особыми хозяйственными функциями"²⁶. Войдя в полемический раж, сионистский автор не хочет видеть, что ломится в открытую дверь. Только антисемиты вкупе с сионистами конструируют нехитрую схемку — "евреи — неев-реи", не делая никаких классовых различий. Марксисты никогда не рассматривали евреев ни "монолитной экономической единицей", ни "определенным классом". "Среди евреев, — говорил Ленин, — есть рабочие, труженики, — их большинство. Они наши братья по угнетению капиталом, наши товарищи по борьбе за социализм. Среди евреев есть кулаки, эксплуататоры, капиталисты…" ²⁷

Нередко сионисты рядятся даже в тогу "защитников марксизма". Особенно популярна у них тема "защиты Ленина от Каутского". Ее цель — исказить ленинское понимание и оценку процесса ассимиляции. В статье "Еврейский вопрос" (автор — М. Вольфсон), в 24-м томе первого издания Большой Советской Энциклопедии, читаем: "Программа буржуазного ассимиляторства ничего общего не имеет с пролетарским интернационализмом. Ассимиляция неизбежно принимает характер уподобления господствующей национальности и часто способствует господствующей национальности в подавлении и обезличении национальностей угнетаемых". Вывод, к которому подводит Вольфсон, таков: "Ассимиляция находится в резком противоречии с революционным марксизмом"28. Фабрикации Вольфсона повторяет и П. Новик, редактор в прошлом прогрессивной еврейской газеты "Морнинг Фрайтхайт", исключенный из Компартии США за оппортунистическую просионистскую деятельность, который объявляет В. И. Ленина "жертвой" теории Каутского по еврейскому вопросу. Но, дескать, впоследствии он пересмотрел свое отношение к еврейскому вопросу и "отошел от каутскианской перспективы еврейской ассимиляции"29. Для вящей убедительности своей версии Новик напоминает о ренегатстве Каутского. Что ж, отношение В. И. Ленина к предательству лидерами II Интернационала революционного духа марксизма общеизвестно. Никто больше Ленина не боролся за чистоту марксистской теории и международного рабочего движения. Однако, вместе с тем, он всегда объективно относился к теоретическим работам социал-демократических деятелей. В конкретном случае Ленин высоко оценивал исследования Каутского по еврейскому вопросу. Именно таких непрошеных "защитников", как сионисты, имел в виду В. И. Ленин, когда говорил, хотя и по другому поводу: "У нас не раз бывали большевики […], которые спорили с Мартовым как раз тогда, когда Мартов был прав! Избави боже от таких "союзников"80. Отношение В. И. Ленина к еврейскому вопросу четко и однозначно: "Враждебность к инородным слоям населения, — приводил он известное высказывание Каутского, — может быть устранена "только тем, что инородные слои населения перестанут быть чужими, сольются с общей массой населения. Это единственно возможное разрешение еврейского вопроса, и мы должны поддерживать все то, что способствует устранению еврейской обособленности"31. Корни еврейского вопроса уходят в социально-экономические и политические факторы. Полностью преодолеть веками складывавшиеся стереотипы в отношении евреев можно было, лишь покончив с их обособленным существованием, окончательно разрушив гетто, возведенные не столько по злому умыслу неевреев, сколько еврейскими имущими классами и иудейскими клерикалами. Сионистский идеолог А. Рупин признавал: "Без самоизоляции со стороны евреев не было бы места для изоляции со стороны христиан, не могло бы существовать и гетто"32. При этом важно помнить, что ленинское понимание процесса ассимиляции не имеет ничего общего с вульгарно-упрощенческим подходом, сводящим все дело к исчезновению евреев как определенной этнической группы. В марксизме ассимиляция рассматривается прежде всего, как процесс интеграции и слияния какой-либо национальности или этнической группы в социально-экономическом, политическом и культурном плане с окружающими народами. Единственное, на что В. И. Ленин неоднократно обращал внимание, — это соблюдение добровольности, отсутствие малейшего принуждения. Пролетариат "приветствует всякую ассимиляцию наций за исключением насильственной или опирающейся на привилегии"33.

Процесс ассимиляции представляет собой закономерное и прогрессивное явление. За примерами далеко ходить не надо. Те евреи, которые замыкались в рамках "еврейской культуры", никогда не достигали тех высот, взойти на которые удалось деятелям еврейского происхождения, включившимся в общественно-политическую жизнь, в науку и искусство своей страны, ее народа. "Сегодня все человечество в той или иной форме находится под влиянием плодов еврейской мысли"³⁴,— утверждает сионист Р. Патаи и называет имена Моисея, Исаака, Иисуса, Маймонида, Спинозы, Маркса и Эйнштейна. Оставим сионистам восхищаться "вкладом" Моисея и Иисуса, Исаака и Маймонида. Что же касается лиц еврейского происхождения, которые действительно обогатили духовную сокровищницу человеческой цивилизации, то к К. Марксу, Б. Спинозе, А. Эйнштейну можно смело добавить Г. Гейне, И. Левитана и многих других выдающихся людей. Но, спрашивается, что общего было у них с "еврейской культурой" и "еврейскими ценностями"? Все они творили в неразрывной связи с культурой своих народов, впитывая достижения общечеловеческой мысли. Когда необходимо дискредитировать марксистское учение, на основоположника научного коммунизма возводится чудовищная ложь, его обвиняют в "антисемитизме". Надо "доказать" превосходство "еврейского творческого гения" над другими народами — опять же называется имя вождя международного пролетариата, хотя сам К. Маркс никогда не придавал значения своей национальности. По такому принципу "двойной бухгалтерии" и работают сионистские фальсификаторы. Они словно "забыли", что великий философ-вольнодумец Б. Спиноза был отлучен от синагоги и предан анафеме общинноклерикальной верхушкой. Не могут они не знать и того, что Г. Гейне безмерно любил свою родину — Германию, с изумительным мастерством воспел ее в "Зимней сказке". А полотна И. Левитана? Разве они не передают истинную душу русской природы, земли русской? Абсурдно выглядит и попытка зачислить в "актив" "еврейских ценностей" гениального ученого А. Эйнштейна. Не у стены плача в Иерусалиме и не после хедере или иешибота (хедере — еврейская религиозная начальная школа; иешибот — религиозное училище, где готовятся служители иудейского культа) создавал он теорию относительности, а получив прекрасное образование сначала в Германии, а затем в Цюрихском политехникуме, в тесном общении с учеными разных национальностей. Кстати, нелишне напомнить, что сионисты потерпели фиаско с затеей обратить себе на пользу мировую славу и известность великого физика. Эйнштейн категорически отверг предложение сионистского руководства занять пост первого президента Израиля.

Все эти примеры убедительно подтверждают правоту ленинской мысли: против ассимиляции "никогда не кричали те всемирно-исторически прославленные лучшие люди еврейства, которые давали миру передовых вождей демократии и социализма. Против ассимиляторства кричат только благоговейные созерцатели еврейской "задней"" ³⁵.

Сегодня уже определенно можно констатировать, что современный сионизм не связан даже косвенно с еврейским вопросом, на котором он спекулировал столь долгое время. Сионизм не мог решить еврейский вопрос там, где он существовал, и никогда к этому не стремился, поскольку своим главным врагом он считал не антисемитизм, а ассимиляцию и смешанные браки. Да и в самое содержание еврейского вопроса сионисты вкладывают совсем другой смысл. "Центральный вопрос сионизма и Израиля, — говорит сионистский социолог В. Сегре, — превращается из вопроса физического выживания в вопрос духовного выживания и способности устоять против давления нового языческого мира"³⁶. Ассимиляция происходит во всех странах, где имеется еврейское население за пределами Израиля. Ученые демографы предполагают, что к началу XXI века еврейское население во всем мире уменьшится в результате естественной ассимиляции на 1,5–2 миллиона человек. В Дании ³/₄ евреев вступают в смешанные браки, в Голландии — 39 процентов, в США — 30 и даже в ФРГ — ²/₃³⁷. Чем же это не "доказательство" (!) существования "нового еврейского вопроса"? А при удобном случае слово "новый" можно ведь незаметно и опустить.

"Опасность тотального исчезновения, — считают сионистские лидеры, — никогда не была столь велика, как в наше время. Опасность в прошлом заключалась в погромах, антисемитизме… Опасность сегодня носит совсем иной характер: еврейская жизнь может стать бессмысленной для молодого поколения евреев, испорченных хорошей жизнью"³⁸. Не надо быть особенно проницательным, чтобы увидеть обратную связь: чем лучше для евреев, тем хуже для сионистов. И наоборот, чем сильнее проявления антисемитизма, тем быстрее сионизм надеется добиться осуществления своих целей. Отсюда и терпимое отношение к антисемитизму, и оправдание его существования, и даже преступный альянс между сионистами и нацистами с их "окончательным решением" еврейского вопроса.

РАЗДЕЛ III

ПРЕСТУПНЫЙ АЛЬЯНС

"Антисемитизм будет нашим наиболее надежным другом, а антисемитские государства нашими союзниками"¹. Эти слова произнесены не каким-нибудь воинствующим антисемитом, а родоначальником сионистского движения. Развивая мысль Т. Герцля, почетный президент американского еврейского конгресса раввин А. Хертцберг утверждает: "Антисемитизм… определенно указывает на то качество, благодаря которому евреи остаются уникальной сущностью в современном мире"². Разве можно отказаться от такого мощного "катализатора" "уникальной еврейской сущности"? Сионизм и антисемитизм являются выражением идентичной точки зрения, в их природе много общего. И тот, и другой исходят из предпосылки о невозможности для евреев и неевреев жить вместе в одном обществе и необходимости переселения евреев в отдельное государство. Сионизм вроде перевернутого антисемитизма. Если антисемиты объявляют всех евреев средоточием зла и пороков, то сионисты, наоборот, приписывают им такие свойства, как "богоизбранность" и "превосходство над гоями", и объявляют всех неевреев антисемитами. "Обе теории, и сионизм и антисемитизм, имеют один и тот же корень — расизм, а их цель — расколоть трудящихся, представителей разных народов, в угоду классовому врагу" ³.

Сионистский деятель Я. Клацкин предельно цинично раскрыл подтекст отношения к антисемитизму. "Если мы отрицаем законность антисемитизма, — говорит он, — мы тем самым отрицаем правомерность нашего собственного национализма. Наш народ, желающий жить собственной национальной жизнью, не что иное, как инородное тело в организме других наций, которое к тому же настаивает на своей собственной отличительной идентичности и ограничивает сферу их жизни. Вполне справедливо, что они должны бороться против нас за свою национальную неприкосновенность… Вместо образования организаций для защиты от антисемитизма, который хочет урезать наши права, мы должны учредить общества для защиты от наших друзей, стремящихся защитить наши права"⁴. Именно такой подход служил основой позорного альянса сионистов и антисемитов, союза, который продолжает существовать и поныне.

Свое логическое завершение союз сионистов и антисемитов получил после прихода фашистов к власти в Германии в 1933 году. Однако еще раньше миллионеры-сионисты начали финансировать нацистскую партию. Для них совпадение классовых интересов с партией Гитлера, его антикоммунизм оказались куда более существенными моментами, чем "голос крови". Среди американских фирм и банков, активно способствовавших захвату гитлеровцами власти в Германии, а затем их военным приготовлениям и созданию главного очага второй мировой войны, видное место занимали концерны и банки, принадлежавшие сионистскому капиталу. То же самое можно сказать и о других странах. Косвенно субсидировали нацистов и Ротшильды, которые были в числе главных акционеров англо-голландской "Роял датч шелл", и лорд Мелчет, возглавлявший крупный концерн "Империал кемикл индастриз" и одновременно Еврейское агентство в Палестине. В 1929 году амстердамский банкирский дом "Мендельсон и К°" перевел в распоряжение Гитлера 10 миллионов долларов. После захвата фашистами власти в Германии нацистам было передано еще 126 миллионов долларов. Список банков и корпораций, содействовавших приходу фашистов к власти и осуществлению ими планов развязывания второй мировой войны, представляет собой как бы своеобразный справочник "кто есть кто в сионизме" ⁵.

Сионисты восприняли утверждение нацистов в Германии не как катастрофу для евреев, а как уникальную возможность добиться осуществления своих целей. На то у них были веские основания. Сионистская идея "еврейского государства" дышала на ладан. За год до прихода Гитлера к власти в Германии еврейское население Палестины достигло нескольким более 19 процентов населения страны. Это был тот рубеж, которого смогли за несколько десятилетий достичь сионисты ценой огромных усилий. Но и среди этих 19 процентов только меньшинство можно было считать "уловом" сионистских зазывал.

Неблагоприятно складывалась ситуация для сионистов и в Германии. В 20-е годы почти половину общего числа еврейских браков в Германии составляли смешанные браки. Германские евреи (530 тысяч человек — 0,9 процента населения страны) искренне любили свою родину, немецкую культуру. Сионистов среди них насчитывалось всего 2 процента.

Фашистская угроза, словно чума, нависла над родиной Маркса и Гете, Гейне и Шиллера. В этих условиях предотвратить катастрофу могли только объединенные усилия всех подлинных патриотов и демократов страны: социал-демократов и коммунистов, верующих и атеистов, противников милитаризма и либералов. Именно к созданию такого антифашистского фронта призывала народ партия Э. Тельмана и В. Пика. Но этот путь был анафемой для сионистских лидеров. Даже в 1932 году, когда Гитлер с каждым днем усиливал кампанию по захвату власти, сионистское руководство предпочитало устраивать антикоммунистические митинги, чтобы предостеречь еврейскую молодежь от опасности "красной ассимиляции". Своими разглагольствованиями о "еврейской родине" сионисты оказывали прямую поддержку клевете антисемитов, которые утверждали, что евреи не желают ассимилироваться и являются потенциально нелояльным, инородным телом в организме германской нации.

Некоторые сионисты считали, что среди нацистов есть "умеренные" и "респектабельные" элементы и именно они могут служить необходимыми партнерами на будущих переговорах по достижению германо-еврейского соглашения. Чудовищно, но факт: таким "умеренным" в рядах НСДАП С. Уайз, лидер Американского еврейского конгресса, считал… Гитлера (!). Редактор "Юдише верлаг", старейшего сионистского издания в Европе, Густав Кроянкер приходил к выводу, что сионистам следует позитивно относиться к националистическим аспектам нацизма. Подводилась и соответствующая аргументация. Один из лидеров ВСО того времени Г. Бритон писал: "Либерализм — враг сионизма; он также враг и для нацизма. Следовательно, сионистам необходимо проявлять больше симпатии к нацизму, для которого антисемитизм — мимолетная случайность"6. Такие взгляды были закономерным результатом десятилетий сионистского оправдания антисемитизма и нежелания оказывать ему реальное сопротивление. Современная сионистская пропаганда беззастенчиво извращает события того времени, утверждая, что сионисты, дескать, не знали о последствиях прихода Гитлера к власти. Существовало более чем достаточно тревожных сигналов. Бывший президент Американского еврейского конгресса Дж. Принц, в молодости берлинский раввин, признавал: "Со времени предательского убийства В. Ратенау (министр иностранных дел Германии, еврей по происхождению. — Авт.) в 1922 году у нас не возникало сомнения в том, что развитие Германии будет осуществляться в сторону антисемитского тоталитарного режима. Когда началось возвышение Гитлера и он заявил о пробуждении у германской нации расового самосознания, мы поняли, что этот человек раньше или позже станет руководителем германской нации" 7. В своей враждебности к демократическим силам и еврейской ассимиляции, выступая против подлинного равноправия евреев, сионистские лидеры доходили до оправдания расистских человеконенавистнических "теорий" нацизма.

Уже 4 апреля 1933 года Роберт Вельч, главный редактор сионистского еженедельника "Юдише Рундшау", опубликовал статью под заголовком — "С гордостью носите желтую звезду". "1 апреля 1933 года, — говорилось в ней, — может превратиться в историческую дату еврейского прозрения, еврейского возрождения… Я предлагаю распространить "Еврейское государство" Герцля в миллионах экземпляров среди евреев и неевреев, включая нацистов. Герцль первым понял, что антисемитизм неотделим от еврейского народа… Превратим желтый цвет в символ чести. Евреи, примите звезду Давида и носите ее с гордостью"⁸. Приход фашистов к власти в Германии встретил восторженный отклик сионистов и в других странах. Член еврейского агентства, вожак буковинских сионистов Манфред Райфер в сионистской газете "Черновицер альгемайне цайтунг" оправдывал политику Гитлера, называя ее "естественным процессом", и делал выводы:

"1. Не все евреи могут спастись. Мы должны научиться понимать ход истории, даже если этот путь обрызган еврейской кровью.

2. Спастись могут лишь избранные — те, кто уверует в сионизм. Этим лицам сионисты помогут, они уже ведут переговоры с фашистами о выезде их из Германии и даже с имуществом".

Откровения Райфера настолько понравились шефу нацистской пропаганды Геббельсу, что он назвал сионистского деятеля "объективным евреем" и не раз его цитировал9. Устанавливаются и первые контакты между сионистами и фашистами. Курт Тюхлер, член исполкома сионистской организации Германии, убеждал унтерштурмфюрера СС барона Л. фон Мильденштейна, возглавлявшего отдел 11—112 (так называемую "еврейскую референтуру") службы безопасности, написать статью в поддержку сионистской идеи колонизации Палестины. Летом они оба совершили "ознакомительную" поездку в Палестину, после чего столь желаемая для сионистов статья Мильденштейна была опубликована в нацистской газете "Ангрифф". Как отмечает ученый из ГДР К. Полькен, "поездка Мильденштейна заложила основу для взаимодействия (сионистов и нацистов. — Авт.), которое до сих пор не изучено полностью, ибо, по понятным причинам, делалось все, чтобы сионистско-фашистское сотрудничество держалось в тайне. Важным показателем этого взаимодействия является тот факт, что, наряду с постепенным усилением давления нацистских властей на немецких евреев, активность сионистов в Германии достигла удивительных размеров" 10.

В первый год захвата власти в Германии нацисты еще не чувствовали себя достаточно уверенно ни внутри страны, ни на международной арене. На помощь им спешат германские сионисты. М. Розенблюм и Р. Личгейм вылетели в Лондон, где они провели встречу с ведущими сионистскими лидерами во главе с президентом ВСО Н. Соколовым. Эмиссары из Берлина внесли два предложения: 1) Используя сложность обстановки, сделать Палестину "единственным убежищем" для евреев; 2) воспрепятствовать любой антинацистской кампании за границей. Последующие события показали: оба этих предложения неукоснительно выполнялись сионистским руководством. Средства массовой информации в капиталистических странах, контролируемые просионистским капиталом, продолжали делать ставку на "полюбовное соглашение" с Гитлером. Даже пресловутые "нюрнбергские законы" от 15 сентября 1935 года не поколебали веру сионистов в конечном модус вивенди с нацистами. Да и как было не восхищаться расистскими законами, когда они возводили непреодолимую преграду на пути ассимиляции германских евреев, за что столь долго и безуспешно бились сионисты. "Гитлера через несколько лет забудут, — писал сионистский функционер Э. Людвиг, — но ему будет воздвигнут величественный памятник в Палестине… Приход нацистов был довольно желательным событием. Слишком много наших германских евреев находилось между двумя берегами: слишком многие из них скользили в предательском течении между Сциллой ассимиляции и Харибдой поверхностного знакомства с еврейской жизнью. Тысячи тех, кто, казалось, полностью порвал с иудаизмом, Гитлер возвратил в прежнее положение, и за все это я лично весьма ему благодарен"¹¹.

В мае 1935 года за подписью одного из нацистских бонз Р. Гейдриха в печатном органе СС была опубликована статья "Видимый враг". Шеф главного управления имперской безопасности писал: "Мы должны разделить еврейство на две категории — сионистов и тех, кто высказывается в пользу ассимиляции. Сионистам, придерживающимся строгой расовой позиции и призывающим к эмиграции в Палестину, будет оказана помощь в строительстве их еврейского государства". Как можно судить на основе появившегося на свет в США в 1963 году "каталога бумаг и микрофильмов документов архива МИД Германии", нацисты отнеслись с большим пониманием к сионистским амбициям в Палестине. Документы свидетельствуют, что начиная с середины 30-х годов нацисты весьма активно вели просионистскую политику, а в 1937–1938 годах имели свой план создания еврейского государства "Палестина" под германским протекторатом ¹².

В августе 1933 года состоялись переговоры между "Англо-палестинским банком" и министерством экономики Германии. Их результатом стало так называемое трансфертное соглашение. Официально оно было направлено на регулирование имущественного положения немецких евреев, выезжавших в Палестину, а на деле стало основой для сотрудничества сионистов и нацистов по целому ряду вопросов.

В начале 1937 года Германию посетил один из главарей военизированных формирований Еврейского агентства "Хаганы" — некий Полкес (псевдоним). Он устанавливает контакт с обершарфюрером СС Эйхманом, сотрудником все того же отдела 11—112 СД, который к этому времени уже возглавлялся Хагеном. Одним из последствий сделки между сионистским эмиссаром и СД был допуск в "рейх" агентов сионистской организации "Моссад леалия бет" (МЛБ — "Служба второй иммиграции") с целью обеспечить массовую алию. Представителям МЛБ Гинзбургу и Ауэрбаху было разрешено открыть свое представительство в Берлине. Тесное сотрудничество установилось у сионистов и с "Центральным управлением по еврейской эмиграции" в Вене, которым стал руководить Эйхман^,3. В "рейхе" создаются сионистские лагеря "перевоспитания", где молодые евреи готовились для будущей колонизаторской работы в Палестине.

Услугами сионистов широко пользовались различные ведомства и спецслужбы нацистской Германии, в том числе и абвер. Даже в разгар войны Канарис засылал целые группы сионистов, выдававших себя за "жертвы" гитлеровского режима, в государства антигитлеровской коалиции и в нейтральные страны. Эти люди занимались военным и экономическим шпионажем, диверсиями, служили связными между фашистской разведкой и сионистскими центрами. Сотрудничество продолжалось и тогда, когда нацисты от расистской линии крайнего антисемитизма перешли к физическому уничтожению еврейских масс в Европе. На словах сионистское руководство тоже присоединилось к фронту борьбы против фашистов. А на деле продолжало искать пути к сговору с нацистами за счет еврейских народных масс. Депутат кнессета X. Ландау говорил на симпозиуме, организованном газетой "Маарив": "Является фактом, что в 1942 году Еврейское агентство знало об уничтожении. Хотя темпы уничтожения не были известны, сам факт его был известен правлению агентства и еврейским кругам в США. А правда такова, что они не только молчали, но и скрывали то, что знали". Его поддержал Э. Ливне — редактор органа "Хаганы" в 40-е годы: "Если бы мы видели главную цель в том, чтобы помешать уничтожению, то следовало бы связаться с партизанскими базами и движением Сопротивления в Польше, Литве, на русской территории, оккупированной нацистами, в Югославии и Словакии.

Если бы мы связались с этими центрами, то могли бы многих спасти"¹⁴.

Журнал "Комментэри" — орган Американского еврейского комитета одной из влиятельных просионистских организаций в Соединенных Штатах — рвет и мечет по адресу Антисионистского комитета советской общественности за мнимое "искажение истины" и пропаганду тезиса о том, что "евреи сотрудничали с Гитлером, планируя собственное уничтожение". Сионистские фальсификаторы снова в своем репертуаре. Антисионистский комитет советской общественности приводил многочисленные факты постыдного сотрудничества с фашистами не просто евреев, а евреев-сионистов. А они, разумеется, не планировали собственное уничтожение. По отношению же к большинству еврейского населения самой Германии и оккупированных стран сионисты руководствовались принципом: "кто не с нами, тот — против нас". На вопрос Британской королевской комиссии о возможности переправить 6 миллионов евреев из Западной Европы в Палестину, чтобы спасти их от фашистского террора, X. Вейцман ответил: "Нет. Старые уйдут… Они — пыль, экономическая и моральная пыль большого света… Останется лишь ветвь". Под "старыми" имелись в виду не столько евреи преклонного возраста, сколько, главным образом, подавляющее большинство западноевропейского еврейства, которое ни в грош не ставило сионизм. Спасения заслуживала лишь "ветвь" — состоятельные и молодые евреи, воспитанные в духе сионистской идеологии. Президент сионистской организации Америки А. Сильвер откровенно излагал кредо сионистов: "Все должны хорошо понимать, что спасение какого-то числа беженцев, как бы важно оно ни было, не является сионизмом". Разумеется, нет оснований считать, что подобную точку зрения разделяли все без исключения сионисты. Однако даже те из них, которые понимали необходимость борьбы с нацизмом, не способны были вести ее бескомпромиссно и последовательно. На практике победила точка зрения И. Гринбойма, члена правления Еврейского агентства и председателя "Комитета спасения", который выступал против отвлечения средств на спасение евреев диаспоры, если они в будущем не поедут в Палестину.

Оправдывая собственную преступную бездеятельность, сионистские деятели пытались переложить вину за гибель миллионов евреев в гитлеровских лагерях смерти на другие народы. "Ни одно государство, — уверяет Я. Цур, — не намеревалось открыть свои двери, чтобы евреи обрели там постоянное место жительства" 15. Нет ничего более далекого от этих слов. Американский президент Рузвельт в беседе со своим другом — нью-йоркским прокурором М. Эрнстом — говорил: "Ничего не делается для претворения в жизнь программы спасения евреев. Мы не можем ее осуществить из-за сопротивления еврейских (сионистских. — Авт.) лидеров Америки. Со своей точки зрения они, конечно, правы. Сионистское движение знает, что Палестина есть и будет обществом, живущим на денежные переводы. Они могут собирать огромные суммы для Палестины, говоря донорам: "Нет другого места, куда бы мог пойти бедный еврей". И если бы появилось политическое убежище для всех людей, независимо от расы, вероисповедания или цвета кожи, они не смогли бы получать свои деньги"16. М. Эрнст не поверил на слово. Но, переговорив с сионистскими лидерами, убедился в правоте президента. Подобным образом складывалась ситуация и в Англии. Раввин С. Шонфельд, который в годы войны работал директором чрезвычайного религиозного комитета, писал в письме, опубликованном газетой "Таймс": "Мой опыт работы 1942—43 годов позволяет говорить о готовности Британии помочь евреям-беженцам […], но эта готовность была встречена в штыки оппозиционными сионистскими лидерами, которые настаивали на иммиграции в Палестину как на единственно возможной форме помощи" 17.

Сионистская пропаганда разыгрывает деланное "негодование", когда кто-либо говорит о сотрудничестве сионистов с нацистами и обвиняет всех и вся в "антисемитизме". Однако ей не отвертеться от сурового приговора истории. Во время суда над бывшим начальником львовского гетто П. X. Краузе на вопрос писателя В. П. Беляева матерый фашист сказал: "Если бы у нас в гестапо не работало несколько агентов из числа сионистов, никогда бы мы не смогли поймать и уничтожить такое количество евреев, живших под фальшивыми документами и под чужими Фамилиями"¹⁸.

Ставленником Эйхмана и одновременно его агентом по организации еврейских гетто в Польше, а затем в Терезине (Австрия) был сионист Б. Мурмельштейн, впоследствии староста Терезина. Согласно показаниям последнего нацистского правителя гетто оберштурмфюрера Карла Рема, число немецких чиновников-эсэсовцев колебалось в пределах пятнадцати человек. Только при помощи коллаборационистов из числа сионистов и Еврейского совета старейшин дюжине эсэсовцев удалось депортировать в 1941–1945 годах из Терезина в восточные гетто и концлагеря 153 тысячи человек, из которых 15 тысяч составляли дети. Поэтому почти до конца войны нацисты неизменно покровительствовали сионистам, ставили их в привилегированное положение по сравнению с другими евреями. И если под конец войны нацисты ликвидировали Р. Мандлера, О. Цуккера, Э. Редлиха и других сионистов, то это произошло не потому, что те отказались исполнять приказы нацистов. Эти люди умерли потому, что слишком много знали. Да и сама сионистская организация не была заинтересована в том, чтобы остались в живых компрометирующие сионизм свидетели его сотрудничества с нацизмом ¹⁹. Сами же сионисты убрали в 1957 году Р. Кастнера, сотрудничавшего с гестаповцами в 1944–1945 годах, когда он был руководителем "комитета спасения" в Венгрии. Всплывшая совершенно случайно, эта история вскрыла факты сотрудничества между группенфюрером СС Бехером, нацистским палачом Эйхманом и руководителем венгерских сионистов Кастнером. Он и его коллеги прекрасно знали, что фашисты собираются отправить 500 тысяч евреев в лагеря смерти и газовые камеры, но предпочитали скрыть это в обмен на обещание дать возможность сионистам и просионистским богачам эмигрировать в Палестину. Несомненно, если бы евреи Венгрии знали то, что известно Кастнеру, они восстали бы или присоединились к движению Сопротивления. Кастнер также выдал гестапо еврейских парашютистов, заброшенных в Венгрию из Палестины. Именно благодаря его ложным показаниям на Нюрнбергском процессе избежал заслуженной виселицы Бехер. В результате всех этих разоблачений Р. Кастнер стал личностью, компрометировавшей все сионистское руководство. Было принято решение избавиться от этой одиозной фигуры. В марте 1957 года Кастнер был застрелен неким Экштейном, показавшим на суде, что он действовал по указанию спецслужб Израиля.