Фарисеи и диверсанты. Сионизм: Идеология и политика антикоммунизма: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Все организации еврейского буржуазного национализма в большей или меньшей мере осуществляют антисоветскую деятельность. Однако средн них есть такие, для которых она стала, так сказать, альфой и омегой, смыслом самого их существования. В США это прежде всего "Национальная конференция в защиту советских евреев" (НКЗСЕ), в которую входят общенациональные и местные сионистские организации в 300 городах страны. Среди ее фундаторов и первых руководителей были профессор политических наук Файнсод, автор антисоветского опуса "Как управляется Россия", раввин Гершель Шехтер, он же и шеф американского отделения "Мизрахи", ультрареакционной клерикальной партии. Ненавистью к социализму пронизана деятельность и других сионистских организаций — "Лиги за репатриацию советских евреев", "Ал тидом" ("Не молчите"), "Студенты, борющиеся за советских евреев" и др.

Антисоветской направленностью отличается и внешне респектабельный "Академический комитет о положении советских евреев", возглавляемый профессором Сеймуром Липсетом, в который входит более тысячи академических и научных деятелей США. Под его влиянием некоторые научные ассоциации ставят развитие научных контактов между СССР и США в зависимость от решения "эмиграционного вопроса".

Разветвленная сеть антисоветских организаций ныне существует в еврейских общинах и других капиталистических стран. Так, в Англии с этой целью были созданы "Женская кампания в защиту советских евреев", "Национальный молодежный комитет в защиту советских евреев" и "Национальный совет в защиту советских евреев". Сионистам удалось сколотить и "Внепартийный парламентский комитет в защиту советских евреев". Весь этот организационный комплекс раздувает провокационную антисоветскую шумиху, одновременно стремится оказать влияние на позицию правительственных учреждений Англии. Здесь выпускается бюллетень "Евреи в СССР", редактируемый сионистом К. Шиндлером. Выходит столь же клеветнический буклет "Узники Сиона". Под эгидой Всемирного еврейского конгресса (ВЕК) работает "Институт еврейских проблем", директором которого является С. Рот. Он же входит в президиум так называемой "Европейской конференции в защиту советских евреев". Три раза в год институт издает журнал "Проблемы советских евреев". Его главный редактор — небезызвестный Л. Шапиро.

В "крестовый поход" против коммунизма включилась новая организация, созданная по инициативе спецслужб США и Израиля. Ее участники претенциозно именуют себя "межпарламентской группой по правам человека в СССР". Но слова о "правах" — всего лишь камуфляж. Истинная цель организации — дать возможность агентуре ЦРУ и израильской разведке "Моссад" воздействовать на парламентариев разных стран с тем, чтобы способствовать проведению антисоветских акций Запада. Судя по сообщениям иностранной печати, "группа" наметила, в частности, следующие задачи: оживить клеветническую кампанию "в защиту прав человека" в СССР, сбить волну возмущения западноевропейской общественности в связи с размещением американских ядерных ракет в ряде стран Западной Европы. Намечено также инспирировать враждебные Советскому Союзу акции по дискредитации политики мира, осуществляемой нашей страной, активизировать кампанию "в защиту узников Сиона". У руля вновь созданной "парламентской группы" оказался отъявленный сионист из-за океана П. Мик. Уже первая ее конференция в Париже подтвердила реакционную направленность деятельности "парламентской группы". В демагогических измышлениях о жизни советских людей изощрялись американская сионистка Линн Зингер, антисоветчица Татьяна Янкелевич и др.².

Одним из главных направлений антисоветской деятельности международного сионизма со второй половины 60-х годов становится организация крупномасштабной эмиграции лиц еврейской национальности из СССР в Израиль. За 1968–1979 годы израильские власти направили 600 тысяч "вызовов" советским гражданам. Сионисты лицемерно нарекли свою провокационную кампанию "репатриацией изгнанников", хотя большинство советских евреев с негодованием отвергло призывы променять свою настоящую и единственную родину на "землю предков".

Заинтересованность сионизма и израильских правящих кругов в такой подрывной акции объяснялась следующими причинами. Используя сам факт выезда определенного количества лиц еврейской национальности, сионистская пропаганда рассчитывала использовать его в качестве "доказательства" существования в СССР "еврейского вопроса" и "антисемитизма".

Был и другой коварный замысел: исподволь подбросить другим советским людям мысль о том, что в каждом еврее следует видеть потенциального сиониста и израильского агента.

По мнению сионистов, эмиграция евреев в Израиль должна была также вызвать определенные трения в отношениях между СССР и арабскими странами.

Правящие круги Израиля были кровно заинтересованы в еврейских иммигрантах, используя их, как пушечное мясо для израильской армии и как колонистов для оккупированных арабских территорий. Генерал И. Рабин, один из лидеров Партии труда, ныне занимающий пост министра обороны, сравнивал Израиль с Иерусалимским королевством крестоносцев и считал, что главная опасность для еврейского государства кроется в уменьшении иммиграции. Лондонская газета "Гардиан" писала, что "Россия представляет собой последний резервуар потенциальных эмигрантов, поскольку существуют веские свидетельства, что члены еврейских общин в США утратили желание ехать в Израиль и вскапывать пустыню во имя сионизма"³. Не здесь ли разгадка особого рвения американских сионистов в проведении кампании по организации "исхода евреев из СССР"?. Этим самым они как бы пытаются реабилитировать себя за нежелание выполнять одно из программных требований ВСО и переселиться на "землю обетованную", а заодно оправдаться за то, что еврейская эмиграция из США в Израиль в десятки раз уступает обратному потоку израильтян, стремящихся бежать из Израиля и осесть за океаном. В США даже бытует определение, что "американский сионист — это еврей, дающий деньги второму еврею, чтобы тот отправил в Израиль третьего еврея". И этими "третьими", по замыслам американских сионистов, должны быть советские евреи.

За время после образования государства Израиль из Советского Союза по израильским визам выехали около 250 тысяч лиц еврейской национальности. Подавляющее большинство советских евреев отвергли призывы сионистских сирен. Максимум, чего удалось добиться сионистской пропаганде, — 51 320 эмигрировавших в 1979 году. В последующее время эмиграция резко сократилась, составив в 1984 году 1058 человек.

У многих, и прежде всего у советских людей, возникает закономерный вопрос: почему некоторые лица еврейской национальности покидают Советский Союз? Ведь это их Родина, здесь похоронены их деды и прадеды. С этой землей они связаны глубокими корнями, и никогда она не была им мачехой.

Однозначного ответа нет. Контингент эмигрантов весьма разношерстен. Среди них были люди, действительно стремившиеся воссоединиться с ближайшими родственниками, проживающими за рубежом. Были и религиозные фанатики, желавшие жить и умереть на "святой земле". Однако эти две категории составляли лишь незначительный процент тех, кто подал заявление на выезд. Основную массу эмигрантов составили лица, мечтавшие о частнопредпринимательской деятельности, обыватели и мещане, которым негде было "развернуться" в условиях советской действительности. Опросы среди евреев-эмигрантов из СССР, проведенные в Израиле и США явно с провокационными целями, тем не менее показали, что большинство из опрошенных лиц не испытывали никаких проявлений антисемитизма в Советском Союзе, и, следовательно, антисемитизм не был причиной их выезда. Уехали они из СССР не от нищеты, не потому, что подвергались дискриминации из-за национального происхождения или образа мысли. На чужбину их гнали жажда наживы, мираж капиталистического "Эльдорадо". "Многие из иммигрантов, — с изрядной порцией сарказма писала "Джерусалем пост", — верили, будто здесь (в Израиле и капиталистических странах. — Авт.) улицы вымощены золотом". Группа бывших советских граждан, выехавших в Израиль, а оттуда, не выдержав "райской жизни", бежавших в Австрию, писала еще в 1977 году генеральному секретарю ООН: "Причины нашего выезда (из Советского Союза) можно выразить одной фразой: мы были движимы в большинстве своем обывательской психологией".

Подтверждается это и нежеланием евреев, выезжающих по израильским визам, отправиться на "землю обетованную". Все чаще из Вены и Рима они предпочитают, минуя Израиль (необходимость попасть куда столь настойчиво доказывали перед советскими органами), устремить свои стопы в направлениях, прямо противоположных Ближнему Востоку. Количество таких "прямиков", как их окрестила сионистская пропаганда, увеличивалось с каждым годом. Если в 1974 году только 18,8 процента бывших советских граждан еврейской национальности вместо Израиля отправлялись в США и другие западные страны, то в 1975-м —37,2, в 1976-м —49,1. В 1979 и 1980 годы только треть еврейских эмигрантов из СССР прибыла в Израиль, а в начале 80-х годов более 80 процентов их попадали в категорию "прямиков".

Такой поворот событий вызвал настоящий переполох в Израиле и сионистских центрах. Президент ВСО А. Дульчин то увещевает, то клеймит позором "отступников". "Те, кто решают ехать не в Израиль, — обращается он к ним, — лишают своих близких, оставшихся в СССР, возможности выезда". — И называет повальный проезд мимо Израиля "аморальным действием". И далее: "Лишь при условии, что отсев прекратится, можно будет с новой силой возобновить борьбу за выезд евреев под лозунгом "отпусти народ мой"⁴. Его поддерживает конгресс сионистской организации Америки, который специальной резолюцией призывает евреев, получающих израильские визы, ехать только в Израиль: "Когда по прибытии в Вену они отправляются в другое место, тем самым они оскверняют священную память еврейского народа и народа Израиля"⁵. Однако эти призывы повисают в воздухе. Они — глас вопиющего в пустыне Синая. Многие евреи, которые все-таки первоначально прибывают в Израиль, вскоре становятся реэмигрантами. "Желания сохранить еврейскую культуру или помочь в строительстве сионистского государства были вытеснены желанием материальной выгоды и карьеры"⁶,— так определяет главную причину выезда части евреев из Советского Союза американский социолог А. Шиманский. С ним, пожалуй, можно согласиться, уточнив лишь один момент: зачастую "вы-теснять"-то ничего не приходилось, поскольку первых двух желаний попросту не было.

Кампания по организации выезда евреев из СССР организована с размахом. На нее не жалеют ни средств, ни усилий. Приемы и методы используются грязные и низкопробные. Сионистская пропаганда рассчитывает завлечь в свои сети прежде всего лиц с гипертрофированным самомнением и этноцентрической психологией, которые с готовностью "заглатывают" подбрасываемые им "факты", якобы свидетельствующие об антисемитизме в нашей стране. Сионисты спекулируют на гитлеровском геноциде и запугивают евреев мнимой возможностью их "уничтожения" уже в СССР. "Советское отрицание еврейской особенности, — кликушествует Иехуда Бауэр, — вероятно, способно поощрить возврат антисемитизма в его нацистском варианте"⁷. Нередко практикуются "бесшумные" способы "стимулирования" эмигрантских настроений. Речь идет о распространении среди советских евреев провокационных слухов, создании ажиотажа вокруг всего, что обладает малейшим привкусом антисоветчины. Например, сионистская пропаганда начинает вдруг превозносить человека весьма скромных способностей, а то и просто самовлюбленную бездарь, как "талантливого", "известного" и т. п., внушая ему, что в СССР, дескать, его не ценят по заслугам, потому что он еврей, что подлинное признание его ждет в Израиле или на Западе. Тем самым подбрасывается альтернатива: оставаться в Советском Союзе "изгоем" или эмигрировать.

Смутное и неопределенное желание эмигрировать всячески подогревают радиоголоса, смакующие те блага, которые якобы получает каждый прибывший в "свободное общество". Эти передачи множит молва. Их подкрепляют и "оптимистические" письма, полученные "оттуда". Для многих бывших советских граждан еврейской национальности именно эти "свидетельства очевидцев" сыграли решающую роль в принятии решения, о котором они будут раскаиваться всю оставшуюся жизнь. Давно не секрет, что подобные письма писались под диктовку в Израильской иммиграционной службе и в отделениях Еврейского агентства ("Сохнут"), занимающегося вербовкой олим для Израиля. В случае удачного "лова" каждый автор такого послания "братьям в России" получал определенную мзду по твердым расценкам. До объективности ли тут? В израильской газете "Оплот" (1975, 22 июня), выходящей на русском языке, помещен стихотворный фельетон "Письма пишут разные", который приоткрывает завесу над "кухней" подобных "сочинений".

Вслед за письмами летят "вызовы". Наша печать неоднократно писала, как они штампуются. Сионистская агентура собирает фамилии и адреса советских евреев, которых она и в глаза не видела, то ли из телефонных справочников, то ли во время предварительных опросов иммигрантов из Советского Союза. Затем готовится "вызов" — фальшивка от мифического "родственника", скрепленная подписями и печатями израильских нотариусов. Нередко эти ядовитые стрелы отправлялись прямо по месту работы советских граждан. Замысел столь же примитивен, сколь и коварен. "Политический капиталец", мол, будет нажит в любом случае. Сионистам очень бы хотелось, чтобы вокруг каждого еврея, получившего такой фальшивый "вызов", возникла стена предубеждения. Не выйдет! Советские люди в состоянии отличить черное от белого, любителя "сладкой жизни" от патриота своей Родины, с возмущением отказывающегося от "вызова" и осуждающего сионистских провокаторов. Именно так поступили М. М. Старушинская из города Никополя, получившая "вызов" от некоего Карпелоса Шломо, попросившая компетентные советские органы оградить ее от подобных "родственников", и другие советские граждане.

Получила вызов и жительница Днепропетровска Ольга Львовна Смелянская — от Шермана.

"Такого не знаю, — говорит она, — здесь какое-то недоразумение… О выезде в Израиль в нашей семье никогда и речи не было". Взгляд Смелянской останавливается на снимке в рамке. "Муж, — поясняет Ольга Львовна, — ветеран Великой Отечественной…" В 1977 году похоронила мужа и своего отца, кадрового рабочего, участника гражданской войны.

Свыше 25 лет Анатолий Аронович Смелянский работал инженером. Десять лет возглавлял партийную организацию цеха, многие годы был председателем цехового профкома. А до этого — учеба в вузе, еще раньше — война. Вот и сам он на любительских снимках тех лет: молодой, подтянутый артиллерийский офицер в кругу боевых побратимов — русских, украинцев, грузин, узбеков. В одном из боев вражеская пуля прошла рядом с сердцем, но выжил воин, вернулся в строй и продолжал победный путь до рейхстага.

В те суровые годы с войны не вернулся брат Ольги Львовны. Погибли, защищая Родину, братья отца и матери, а их семьи были уничтожены фашистскими варварами.

Дочь Смелянской пошла по стопам отца. Окончила техникум, затем — металлургический институт. Сейчас — инженер на заводе. Зять русский, имеет хорошую специальность. Растет внук Толя. Такая вот семья Смелянских. Дружная, трудовая семья.

"Живем хорошо, дружно, — продолжает Ольга Львовна. — Квартира трехкомнатная, с удобствами. В доме — достаток… Одно не ясно: зачем понадобилось им оттуда, из Израиля, без спроса ломиться в наш дом, в нашу семью?! Какое они имеют на это право?"

Кто скрывался за мифической вывеской господина Шермана, мы не знаем. Но есть "зазывалы", известные по имени. В роли одного из них подвизается и Павел Борисович Гоберман. В недавнем прошлом работал шофером в Днепропетровске. "Вел себя нетактично и вызывающе, допускал грубости. Служебные обязанности выполнял недобросовестно. Оставил двух жен и бросил двоих детей" — так характеризуют его на автотранспортном предприятии. Проработав непродолжительное время, он потребовал у администрации немедленно предоставить ему квартиру. "Если в ближайшее время мне не дадут ее, я буду менять гражданство…" И сменил. Вскоре в Днепропетровск из Израиля полетели стандартные приглашения. Это пройдоха Гоберман созывал бывших соотечественников за свой "щедрый, гостеприимный" стол ⁹…

Отнюдь не райская жизнь ожидает евреев и в Соединенных Штатах, как это изображается в некоторых восторженных письмах из Америки. Собственный корреспондент эмигрантского журнала "Время и мы", издающегося для выходцев из СССР, Д. Шторх длительное время провел в среде новых эмигрантов. Свои наблюдения он изложил в очерке "Шанс, что дает Америка", в котором приходит к выводу, что большинство выходцев из СССР живут на Брайтон-Бич в самом дешевом, густонаселенном и грязном районе Нью-Йорка. "Здесь они делают свой бизнес, наживаются друг на друге, ссорятся друг с другом, дерутся, женятся, разводятся, и тут действительно течет повседневная жизнь маленького еврейского местечка. Оказавшись в нем, словно и впрямь попадаешь в окружение так хорошо знакомых нам по литературе персонажей… Идет по местечку такой, оказавшийся в Нью-Йорке, Беня Крик и вынюхивает, где и как бы ему сделать гешефт". Вот ведь какие метаморфозы происходят: ехали в богатую и высокоразвитую Америку, чтобы сорвать банк, преуспеть, но, живя в центре одного из крупнейших городов мира, словно на машине времени перенеслись в затхлую, нищенскую обстановку еврейского местечка в черте оседлости, какой она была еще в прошлом веке¹⁰.

В такой современной "черте оседлости", в новом "духовном гетто" оказались и бывшие днепропетровцы, уехавшие в свое время из Советского Союза по израильским визам.

На рабочей Чечелевке жила чета Полчицких. Было все: интересная работа, материальный достаток, отзывчивые соседи и друзья. Но, наслушавшись "радиоголосов" и нашептываний "доброжелателей", решили не упустить свой "шанс". И вот она — "страна равных возможностей". Осели Полчицкие в одном из крупнейших городов Америки — Лос-Анджелесе с его лучезарными пляжами и Голливудом, роскошными кварталами Биверли-Хиллс, где обитают сильные мира сего и кинозвезды, со знаменитым Диснейлендом. Но, увы, не все, что выставлено на витрине, оказалось по карману. Прозрение наступило очень скоро. "У меня было представление о США, как о чем-то необычном, — пишет Зинаида Полчицкая в Днепропетровск своей бывшей соседке. — Но где там! Главное здесь — деньги. А зарабатывать их очень тяжело. Мне, женщине, необходимо работать до 65 лет, чтобы получить пенсию. А стоит здесь все очень дорого. Мы с Максом располагаем 500 долларами в месяц, а за квартиру платим 200 долларов, за телефон — 30. Дорогие и продукты. Можешь верить — можешь нет, но здесь встречаются случаи самоубийства среди тех, кто приехал из Советского Союза. Большинство их недовольно своим положением".

А вот письмо, написанное уже после смерти мужа. "Как чудесно было в Днепропетровске и Харькове! Вспоминаю то время. Здесь вечером не выйдешь на улицу. Грабители могут обобрать до нитки, не посмотрят, что ты старуха. Стоимость жизни в Штатах — высока, а человеческая жизнь ничего не стоит. Пошли прахом все мои надежды… Поверь, дорогая подруга, нигде нет лучше, чем в Советском Союзе. Я бы все отдала, лишь бы возвратиться на родину"¹¹.

Перед нами письмо в Консульский отдел Посольства СССР в Австралии, от бывшего советского гражданина Круля Виктора Борисовича с просьбой рассмотреть возможность восстановления его в советском гражданстве. Позади долгие годы чужбины и отчаяния. А ведь, казалось, ничто не предвещало беды. После окончания в 1968 году Днепропетровского горного института работал инженером ряда проектных организаций. Свой роковой шаг объясняет каким-то временным "затмением". Не помогли уговоры и увещевания ни брата, ни престарелых родителей — матери-пенсионерки и отца-фронтовика.

В отличие от многих других иммигрантов, Круль проявил определенное "мужество", продержавшись в Израиле почти три года, сполна испив чашу стяжательства и коррупции, безработицы и предубеждения "стариков" к олим из СССР. "Период жизни в Израиле" (выражение самого В. Круля. — Авт.) бывший инженер заканчивал кухонным рабочим в морской школе. Затем как перекати-поле мечется по свету. В ФРГ сначала повезло: из дюжины кандидатов на место слесаря-монтажника выбрали именно его. Но спустя некоторое время всех предупредили, что предприятие закрывается. И вскоре в числе нескольких сот уволенных остался без работы. Пришлось искать любое дело — грузить, подносить что-то — лишь бы иметь заработок. Решил попытать счастья на пятом континенте. За семь месяцев, проведенных в Австралии, удалось побывать и трубным слесарем, и безработным. Затем — Снова ФРГ: монтажник в Оффенбахе — на Майне и электрик во Франкфурте-на-Майне. И опять Австралия, и опять безработный…