Взбежав на площадку второго этажа, она услышала его плач.
— Дональд?
Сил широким шагом понеслась к своей комнате в задней части здания.
— Дональд, я обращаюсь к тебе. Отвечай.
Дойдя до порога и взглянув на свою кровать, она чуть не рассталась с жизнью.
— Дональд!
Парень лежал на кровати, почти голый, одежда его валялась на полу. Ее головной платок, который она носила с длинной рясой, косо сидел на его стрижке, по щекам парня текли слезы. Кожа его, бледная до синевы, была совершенно безволосой. Одну руку он держал в трусах, в другой сверкали ножницы. Большие, хранившиеся обычно на кухне. Он держал их раскрытыми, словно опасную бритву. Перед глазами Сил промелькнуло видение распятого Христа — окровавленного, изнуренного, в грязной набедренной повязке. Она быстро перекрестилась и бросилась в комнату.
— Дональд, положи ножницы.
Говорила она спокойно и твердо, как некогда с девчонками, покушавшимися на самоубийство.
Он отрицательно покачал головой, обливая горькими слезами накрахмаленный платок.
Сил подошла ближе.
— Дональд, что ты собираешься делать?
— Я нехороший, — плаксиво протянул он. — Очень нехороший. Думаю о них, и все тут. Я нехороший.
— О ком ты думаешь, Дональд?
Он в отчаянии замотал лежащей на подушке головой.
— О девочках. — Посмотрел на свои трусы. — Я ничего не могу поделать. Он поднимается сам собой. Я нехороший.
— Нет, Дональд, ты ошибаешься. — Она протянула руку. — Дай сюда ножницы.
— Не-е-е-ет!
Она вздрогнула от его крика. Сердце подпрыгнуло.
— Нет. Нет. Нет. Я должен от него избавиться. Он не нужен мне. Он нехороший.
Сил хотела подойти еще ближе, но он сдернул трусы и опустил ножницы ниже...
Монахиня покраснела и отвернулась. Заставила себя смотреть только на его лицо.
— Дональд, послушай, пожалуйста. Ты слишком суров к себе. Сексуальные переживания являются иногда нор...
— Не-е-е-ет! -От вопля, казалось, в комнате все задрожало. — Я нехороший. Я должен отрезать его, пока он не заставил меня совершить что-то дурное.
Сил сделала глотательное движение, но горло у нее пересохло. Дональду нужно лекарство, полная доза. Она напоминала Солу, что нужно выписать новый рецепт. Почему он ее не послушал? Она никогда не видела Дональда таким расстроенным.
— Почему ты это делаешь, Дональд? Скажи мне.
Он скорчился и заплакал:
— Слишком много прегрешений. Слишком много прегрешений.
—Ты не грешник, Дональд. С тех пор как ты приехал сюда, я постоянно с тобой. Ты не плохой. Ты очень хороший. Ты усердно работаешь. Делаешь все, что тебя просят, и не жалуешься. По-моему, Дональд, ты очень хороший.
Сил сжала кулаки. Дональд не выходил из дома с тех пор, как Сол и Чарльз привезли его сюда. Сол настаивал, чтобы он постоянно находился в доме. Неудивительно, что этот человек запсиховал. Ему нужно выходить, дышать свежим воздухом.