Гиббонс по-прежнему сидел в кресле, не сводя глаз с экрана.
— Считаю, ты прав.
— И что же?
Гиббонс искоса глянул на Тоцци:
— И ничего. Мы не можем этого доказать. У него глухая защита. По больничным записям, последний раз он выходил на улицу девятнадцать месяцев назад. До вчерашнего дня.
— Значит, нанял кого-то.
— Кого же?
— Не знаю. Кого-нибудь из старой команды или независимого профессионала. Понятия не имею.
— И я не имею. — Гиббонс размышлял, глядя на экран. — В том-то и дело. У нас нет убийцы, связь которого с Иммордино можно установить, то есть, в сущности, нет ничего. Нам остается вести себя так, как мы ведем. Сидеть тихо, предоставив ему считать тебя мертвым, и продолжать расследование. Если он рвется на место Мистретты, то, возможно, забудет об осторожности, и нам удастся застукать его на горячем. Если повезет.
— Да... если повезет.
Тоцци закрыл глаза и устало потер лицо. Он не мог избавиться от образа Джона. Ночью будет бдение у гроба. Тоцци надеялся, что закрытого.
Проклятый Иммордино.
Иммордино, Иммордино. Тоцци хотелось забыть о нем хоть ненадолго. Этот гад занимал его мысли, не давал спать по ночам, мешал сосредоточиться. Должен жебыть какой-то способ уличить его. Должен.
Тоцци поглядел на профиль Гиббонса:
— А где сегодня твоя партнерша?
— Что? — Гиббонс увлекся бейсбольным матчем.
— Где Каммингс?
Берт оглянулся через плечо, нет ли поблизости Лоррейн.
— Не знаю и знать не хочу. С тех пор как она появилась, я не мог спокойно посмотреть ни единого матча. Надеюсь, сгинула.
— Приятно видеть тебя довольным.
Гиббонс хмыкнул, глядя на экран во все глаза.
— Майкл, -позвала с кухни Лоррейн.
— Да?
— Можешь зайти сюда на минутку? Я хочу спросить тебя кое о чем.
Тоцци, опершись руками о колени, поднялся с дивана, согнул и разогнул ногу, захромал на кухню. Он уже ходил без трости, хотя нога еще побаливала.
Лоррейн в вязаном мексиканском платье в оранжевую, синюю и серо-коричневую полосу сидела за столом, из кофейной кружки перед ней поднимался пар. Обеденные тарелки лежали в раковине.
— Хочешь кофе?
— Нет, спасибо, — отказался Тоцци.
Он выпил за эти дни столько кофе, что у него руки дрожат. Пил и глядел в пустоту, думая о Соле Иммордино, мечтая убить его, отомстить за Джона. Взяв стул, он сел напротив сестры.
— Ну, в чем дело?