История Ирана с древнейших времен до конца XVIII века: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Ильхан Абу-Са'ид умер в конце 1335 г. во время похода против Золотой Орды.

Политическая линия везира Гийас-ад-Дина Рашиди вызвала сильное противодействие со стороны монголо-тюркской кочевой знати. Эта знать усилилась в связи с расширением фонда земель икта'. Вообще в первой половине XIV в. происходил процесс роста земель икта', мульковых и вакфных за счет фонда государственных земель, находившихся в распоряжении центральной власти и непосредственно эксплуатировавшихся ею через аппарат чиновников. Это вызвало ослабление центральной власти в лице ильхана. Поэтому попытки Гийас-ад-Дина вести централистскую политику не могла иметь успеха. В то же время происходил процесс концентрации земель в руках крупных феодалов, отнимавших у мелких землевладельцев мульковые земли то путем прямого насилия и захвата, то путем судебных процессов, пользуясь тем, что во время войн и смут у многих землевладельцев погибли документы, удостоверявшие их право собственности на землю. Если к началу XIII в. кое-где в Иране еще сохранялись свободные крестьяне, то теперь все они превратились в крепостных. Сельская община сохранилась не везде, но и там, где она оставалась, она была несвободной и зависимой от феодалов.

Рост земельных богатств крупных феодалов, особенно кочевой знати, привел к усилению ее политического влияния и вызвал острую борьбу за власть в государстве между феодальными кликами.

§ 16. Народно-освободительные движения в XIII — начале XIV вв

Огромный рост феодальной ренты и налогов, крепостническая политика и гнет завоевателей вызывали обострение классовой борьбы в стране. Одним из проявлений этой борьбы были массовые побеги крестьян, временами же эта борьба выливалась в форму восстаний. Восстания эти до сих пор еще слабо изучены исследователями.

В 1265 г. в Фарсе произошло грандиозное народное восстание во главе с сейидом Шереф-ад-Дином, направленное против монгольского владычества. Оно было жестоко подавлено ильханскими войсками. В 1275 г. на ильхана Абака-хана, охотившегося со свитой в Арране (северный Азербайджан), открыто напала толпа местных жителей, вооруженных саблями и дротиками, и едва не убила его. Нападение это так напугало Абака-хана, что он велел собрать феодальное ополчение со всей области, ожидая общего восстания. В 1291 г. вспыхнуло мощное восстание иранского кочевого племени луров, занявших на время даже Исфахан.

В 80–90-х годах XIII в., во время глубокого упадка экономики; Ирана, развернулось массовое крестьянское повстанческое движение, принявшее характер широкой партизанской войны. Движение это подробно описано Рашид-ад-Дином. Правда, он, как феодальный историограф, называет участников этого движения разбойниками, но из его описания ясно видно, что это была борьба крестьян и других эксплуатируемых и угнетенных против чужеземного ига и жестокой крепостной эксплуатации. По словам Рашид-ад-Дина, укрывавшиеся в горах и лесах партизанские отряды, которые он называет разбойничьими, состояли из беглых крестьян, беглых рабов, городских «подонков и черни» (рунуд ва оубаш), т. е. городской бедноты, и обедневших кочевников — курдских, лурских, арабских и даже монгольских. Примечательно, что бедные монголы выступали рука об руку с народными массами Ирана.

В каждом селении и кочевье у этих повстанцев были друзья, укрыватели и лазутчики. При помощи сельских старост в деревнях заготовляли для повстанцев продовольствие и все необходимое. В городах у них также были свои люди, у которых они могли находить пристанище. Повстанческие отряды нападали на усадьбы и ставки знатных эмиров и грабили их. Эти же повстанческие отряды нападали на караваны купцов-уртаков, расправлялись с богатыми и знатными, забирали их товары и имущество как законную военную добычу, согласно понятиям того времени.

Повстанцы были окружены общим сочувствием народных масс. Повсюду их охотно принимали, укрывали и кормили, прославляли их подвиги. Никто не хотел доносить на них, а властям было чрезвычайно трудно бороться с ними. А когда кого-нибудь из них ловили и вели казнить, в народе все возмущались, говоря: «Как можно казнить такого бахадура (героя)!»

Повстанческое движение было подавлено войсками Газан-хана.

В 1303 г. какие-то сектанты во главе с пиром (шейхом) Я'кубом, выдававшие себя за дервишеский орден, но которых Рашид-ад-Дин называл маздакитами, пытались поднять восстание, связав его с попыткой царевича Алафранга, сблизившегося с ними, захватить власть. Но их планы были раскрыты, главари арестованы и казнены. Пира Я'куба сбросили с вершины горы.

Рашид-ад-Дин, называя этих сектантов маздакитами, без сомнения, хотел этим сказать, что их социальная программа была такая же, как у древних маздакитов — установление социального равенства и передача всех земель сельским общинам. Наиболее крупные движения крестьян и ремесленников под лозунгами социального равенства развернулись в Иране позднее, между 30-ми и 80-ми годами XIV в.

§ 17. Итоги периода

Время монгольского владычества было одним из самых тяжелых в истории иранского народа. Оно принесло с собой гибель сотен тысяч людей, разорение сел и городов, усиление феодальной эксплуатации. Временный экономический подъем при Газан-хане, процветание двух-трех городов, являвшихся резиденциями ильханов, не меняет общей картины разорения страны. Караванная торговля, хотя и соединяла государство ильханов со многими дальними и ближними странами, обслуживала почти исключительно нужды господствующего класса и не способствовала появлению в Иране ни новых культурных влияний, ни новых идей.

После смерти ильхана Абу-Са'ида (1335 г.) центробежные стремления крупных феодалов, борьба за власть между феодальными кликами и вновь развернувшиеся народно-освободительные движения при вели к тому, что созданное монгольскими завоевателями государства ильханов Хулагуидов распалось (между 1336 и 1353 гг.).

Монголы в Иране постепенно ассимилировались частью с жившими здесь тюрками, частью же и с иранцами.

Глава VI

Иран в период роста феодальной раздробленности и народных восстаний

(30-е годы XIV — конец XV вв.)

§ 1. Общая характеристика периода[149]

В данный период формы феодальной собственности на землю я воду (институт наследственного лена — союргал, продолжение института икта', а также иммунитеты (налоговый и судебно-административный), феодальная иерархия, как и формы феодальной зависимости крестьян в Иране, достигли наиболее полного развития. Данный период отличается ростом и торжеством феодальной раздробленности в Иране, особенно после распада монгольского государства Хулагуидов (между 1336 и 1353 гг.). Распад этого государства не означал еще падения; монгольского ига на всей территории Ирана, ибо в ряде областей власть осталась в руках монгольской и тюркской военно-кочевой знати, сохранившей чингисханову Великую Ясу и приемы управления и феодальной эксплуатации, сложившиеся после монгольского завоевания. Обострение классовых противоречий и стремление народных масс освободиться от иноземного ига и хищнической эксплуатации вызвало в Иране, как и в сопредельных странах (Средняя Азия, Азербайджан, османская Турция) ряд народных восстаний между 30–80-ми годами XIV в. и в первой поло вине XV в.

§ 2. Основные источники по истории периода

В данный период персидская историография представлена сочинениями многих авторов. Некоторые из них старались подражать Рашид-ад-Дину Хамадани.

Прежде всего следует отметить школу придворной историографии, сложившуюся уже в XV в., при дворе тимуридских султанов в г. Херате в XV в. Предшественниками этой школы были придворные историографы Низам-ад-Дин Шами (родом из Шама, или Шамба, предместья г. Тебриза) и Шереф-ад-Дин Иезди, составившие, по официальным заказам, труды по истории правления и завоеваний Тимура. Труд Шами окончен в 1404 г., труд Йезди — в 1424 г.; оба труда носят одинаковое заглавие «Зафар-намэ» («Книга победы»). Оба труда, составленные на основании не дошедших до нас официальных первоисточников, конечно, тенденциозны и рисуют деятельность Тимура и его окружения в идеализованном виде, Шами — в меньшей степени, Йезди — в несравненно большей. Тем не менее, оба эти труда являются ценными источниками по истории Ирана конца XIV — начала XV вв.; к труду Йезди приложено было введение» (мукаддамэ), с изложением истории Ирана и Средней Азии от времени Чингис-хана до Тимура (сохранилось лишь в некоторых рукописях)[150]. Труд Шами написан простым языком, труд Йезди — тяжелым и безвкусным языком, в цветистом стиле.

Около 1414.г. было составлено сочинение тю «всеобщей истории», открытое В. В. Бартольдом и условно названное им «Анонимом Искендера», ибо оно было написано для царевича Искендера, внука Тимура, наместника Фарса. Позже было выяснено имя автора сочинения — Му'ин-ад-Дин Натанзи. Его труд основан главным образом на не дошедшем до нас тюркоязычном первоисточнике. В труде Натанзи много тюркских и монгольских слов, чувствуется влияние кочевой тюркоязычной среды. В труде изложена военная и дипломатическая история монгольских государств и империи Тимура. Сочинение не издано[151].

Самым выдающимся представителем тимуридской историографии был Хафиз-и Абру. Он состоял на службе у Тимура, потом у сына его, султана Шахруха, при дворе которого в г. Херате и писал свои труды (умер в 1430 г.). Хафиз и Абру составил: а) в 1420 г. подробное географическое описание в двух томах Ирана и других стран Ближнего Востока в начале XV в., с историческими экскурсами и с обильным материалом экономического характера (состояние земледелия и т. д.); этот ценный источник дошел до нас в неполном составе, в немногих рукописях и до сих пор не издан; б) историческую компиляцию «Маджмуэ» («Сборник»), состоящую из персидского перевода Табари (X в.) и исторических трудов Рашид-ад-Дина и Низам-ад-Дина Шами, вместе с «Продолжениями» трудов этих двух авторов, написанными уже самим Хафиз и Абру[152]; в) большой труд по «всеобщей истории» — Маджма-ат-таварих» («Собрание летописей»; известен также под име нем «Зубдат-ат-таварих» — «Сливки летописей»), в четырех томах; сочинение это не издано[153]. Сочинения Хафиз и Абру отличаются простым язы ком, обширным использованием первоисточников, точностью и лаконичностью изложения, обилием сведений социально-экономического характера.

Продолжателем Хафиз и Абру был Абд-ар-реззак Самарканди (1413–1482 гг.). Он составил огромный исторический труд «Матла'-ас-сада'йн ва маджма'-ал-бахрайн» («Место восхождения двух счастливых светил и место слияния двух морей») в двух томах. До описания событий 1426 г. сочинение это является компиляцией, основанной больше всего на «Маджма'-ат-таварих» Хафиз и Абру[154], а остальная часть (до изложения событий 1470 г.) носит оригинальный характер. Труд Абд-ар-реззака Самарканди отличается цветистым изложением, обилием сведений социально-экономического характера; датировки часто неточны. Это ценное сочинение издано недавно в Пакистане (два тома)[155].

К той же школе принадлежал Фасихи Хафский, посвятивший тимуридскому султану Шахруху свой исторический труд «Муджмал и Фасихи» («Фасихов конспект [по истории]») в 1442 г. Труд этот по форме близок к хронике, события излагаются по годам; изложение отличается простотой языка и лаконичностью. Источник этот ценен благодаря точности хронологии событий, а также биографиям и характеристикам поэтов и политических деятелей XIV–XV вв. Фасихи использовал не до шедшие до нас первоисточники. Труд не издан и сохранился лишь в немногих рукописях[156].

Из представителей той же школы наибольшей известностью (превыше своих подлинных заслуг) на Востоке, а долгое время также и в Европе, пользовался Мухаммед ибн Хавендшах, по прозванию Мирхонд (правильнее Мирханд, 1433–1498 гг.). Он принадлежал к литературно-ученому кружку, созданному в Херате великим староузбекским поэтом и везиром тимуридского султана Хусейна Байкары — Алишером Навои. Мирхонд — автор огромного труда по «всеобщей истории» — «Раузат-ас-сафа» («Сад чистоты») в семи томах[157], с введением и заключением. Только часть VI тома и VII том, излагающие события второй половины XV в., оригинальны и являются первоисточником для нас; остальные тома — компиляция, основанная на многих более ранних первоисточниках, персидских и арабских. Но так как среди этих первоисточников Мирхонда есть и такие, которые теперь утрачены, то и первые тома труда Мирхонда (особенно IV и V) имеют еще некоторую ценность для исследователя. Цветистое и напыщенное изложение[158] и обилие занимательных рассказов создали Мирхонду незаслуженную славу в феодальных литературных кругах. Но по достоверности материала и точности сведений Мирхонд стоит много ниже Хафиз и Абру и 'Абд-ар-реззака Самарканди.

Труд Мирхонда в полном объеме выдержал на Востоке много изданий (литографских) и в персидском подлиннике к в турецком переводе, некритических и далеко не удовлетворительных[159]. В Европе же издавались только отдельные части труда Мирхонда (в персидском подлиннике и в переводах), притом именно из первых томов, компилятивных и малоценных[160]. В XIX в. в Европе, когда выпускались эти издания, компилятивный характер труда Мирхонда еще не был выяснен, потому его и переоценивали. Позднее, по мере того, как выявлялись и издавались первоисточники труда Мирхонда, сам труд Мирхонда все больше терял значение (кроме V–VII томов). Научно-критического издания Мирхонда до сих пор нет.

Сотрудником и продолжателем Мирхонда был его внук Хондемир, правильнее Хандемир, собственно Гийас-ад-Дин Хусейни (1475–1536), принадлежавший к литературному кружку Алишера Навои. После раз грома Тимуридской державы кочевыми узбеками (1507) Хондемир одно время находился на службе у основателя династии Сефевидов в Иране, шаха Исмаила I, а под конец жизни жил в Индии, при дворе основателя империи «Великих моголов» — Тимурида Бабура, где и умер. Помимо завершения VII тома «Раузат-ас-сафа», о чем уже сказано, Хондемир был автором трехтомного свода по всеобщей истории «Хабиб-ас-сийяр» («Друг жизнеописаний»), в большей своей части компилятивного и лишь в части III тома оригинального. В труде проведена протимуридская и просефевидская точка зрения. Изложение доведено до 1524 г. Это — один из главных источников по истории Ирана конца XV — начала XVI вв. Имеются литографские издания текста «Хабиб-ас-сийяр» (Тегеран, Бомбей) и переводы некоторых отрывков[161]. Научно-критического издания до сих пор нет. Другой труд Хондемира — «Хуласат-ас-сийяр» («Экстракт известий по истории»), представляющий в основном сокращение «Раузат-ас-сафа», не издан.

[149] См. карту.

[150] Труд Шами (персидский текст) критически издан Ф. Тауэром в Праге в 1937 г. Труд йезди (персидский текст) издан Мухаммедом Илахдадом в Калькутте в 1887–1888 гг. в 2 томах; издание это имеет много ошибок и других дефектов. Есть французский перевод Пети-де-ля-Круа (Париж, 1722), сильно устаревший.

[151] Известно всего три рукописи этого сочинения — в Ленинграде (ИВ АН СССР), Лондоне и Париже.

[152] Рукописи есть в хранилищах Ленинграда и Ташкента; сочинение не имеет заглавия.

[153] Изданы части этой компиляции: «Продолжение» (Зейль) «Джамиат-товарих» («Сборника летописей») Рашид-ад-Дина, издано в 1937–1938 гг. (не полностью — только до событий 1381 г.) проф. Ханбаба Байяни (отдельно персидский текст и французский перевод); «Продолжение» — «Зафар-намэ» Низам-ад-Дина Шами, издано Ф. Тауэром в Праге в 1934 г. (персидский текст).

[154] В хранилищах СССР есть только I и II тома, компилятивные и малоценные, оригинальный и наиболее ценный IV том известен лишь в двух рукописях, обе нахо дятся за рубежом.

[155] Поскольку III и IV тома сочинения Хафиз и Абру для нас практически пока недоступны, труд Абд-ар-реззака Самарканди является для советских историков ценным источником.

[156] Хорошая рукопись имеется в Ленинграде, в хранилище ИВ АН СССР.

[157] VII том, доведенный до 1521 г., закончен и обработан уже внуком Мирхонда, историком Хондемиром (1475–1536).

[158] Ф. Энгельс в письме к К. Марксу от 6 июня 1853 г. отмечает, что Мирхонд, как и многие другие персидские авторы-прозаики, пользуется «очень образным, но совершенно бессодержательным языком» (К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. XXI, стр. 495–496).

[159] Из них лучше шахские тегеранские литографские издания 1266–1272 гг. х. = 1850–1856 гг. н. э. и 1270–1274 гг. х. = 1852–1856 гг. н. э. (всего около 1500 страниц in folio), но они без пагинации, поэтому цитирование по ним невозможно.

[160] Полный перечень восточных изданий труда Мирхонда и европейских изданий, отрывков из него см.: А. Е. Крымский. История Персии, ее литературы и дервишеской теософии, т. III, № 1–2.

[161] Перечень рукописей изданий персидского текста и переводов отрывков см. у Storey, ч. II, вып. I, стр. 101–109.