— Бывало, мы понимали друг друга с полуслова, — сказала она с горечью и быстро ушла.
Александр Константинович посмотрел ей вслед, вздохнул и поставил чашку на стол. Молока уже не хотелось.
Два дня спустя Варенька подбежала на улице к отцу.
— Ты откуда? — удивился он.
— Из Дворца пионеров, — ответила она. — Мы там концерт готовим.
— А я и не знал, что ты артистка, — пошутил отец.
— Я буду читать стихотворение.
— Послушаем, — улыбнулся он и предложил: — Зайдем на минутку в управление, а потом вместе отправимся домой.
В высоком и длинном коридоре, освещенном электрическими лампочками под белыми матовыми абажурами, отец сказал, чтобы Варенька подождала его, а сам поднялся по лестнице на второй этаж.
Девочка уселась на скамью, но, заметив наискосок от себя полуоткрытую дверь, осторожно подошла к ней. В это время дверь распахнулась, и в коридор вышел худощавый мужчина с желтоватым болезненным лицом.
— По делу или баловаться пришла? — заметив Вареньку, с нарочитой строгостью спросил он.
— Я с папой, — застыдилась она.
— А как тебя зовут?
— Варенька Заречная.
— Ах, Александра Константиновича дочурка! — приветливо воскликнул он. — Так вот ты какая!
Варенька стыдливо опустила голову и, чтобы скрыть свое смущение, сказала:
— А я вас знаю.
— Ошибаешься, мы не встречались.
— Ну и что? — немного осмелев, улыбнулась она. — Вы Леонид Петрович Логовской, — и тут же пояснила: — У нас есть фотография, вы там с папой на чертеж смотрите.
— Верно, было такое дело.
Леонид Петрович знал, что у Заречного от первого брака имелась дочь, и никогда не сомневался, что отец, аккуратно посылающий деньги на содержание девочки, позаботился также и о ее благополучии, сделал все, чтобы она получила надлежащее воспитание. Увидев теперь Вареньку чисто вымытой, недурно одетой, он тепло подумал о своем друге.
— Папа мне говорил, вы вместе работаете, — сказала Варенька.
— С твоим отцом мы не один пуд соли съели, — пошутил Леонид Петрович.
— Ой, как много, — засмеялась она. — И пить вам не захотелось?
— Ну, это так говорится, когда хотят сказать, что знают друг друга давно и очень хорошо, — улыбнулся он и взял Вареньку за руку: — Пойдем, я покажу тебе нашу чертежную мастерскую.
Они вошли в большой светлый зал, в котором в два ряда выстроились специальные станки с чертежными машинами.
— Нравится?
— Очень.
— Здесь начинается рождение замечательных домов, которые строят советские люди, чтобы таким курносым девочкам, как ты, счастливо жилось на свете.
Эти слова Леонида Петровича Варенька хорошо запомнила и за ужином повторила их, даже сохранив несколько приподнятый тон, каким они были произнесены старым архитектором. Получилось это очень удачно, и отец довольно засмеялся.