– Отлично. Через минуту переоденусь, – ответил он вполне нормальным голосом, но вид у него был ужасный. Встревожившись, Сирина пошла следом за ним наверх. Он оглянулся и пристально посмотрел на нее, Сирина заметила, что его покачивало.
– Зачем, черт подери, ты идешь за мной?
– Ты пьян? – Сирина смотрела ему в глаза, но при этих словах он откинул голову назад и рассмеялся.
– Я пьян?! Я пьян?! – повторял он снова и снова.
– Ты что, сошел с ума?
Сирина поняла, что он вовсе не пьян. Она пошла следом за ним в спальню, надеясь, что Ванесса не слышала их разговора.
– Василий, мы не можем идти… Ты не в состоянии.
Приблизившись к нему, она увидела, что глаза его стали сумасшедшими, губы двигались совершенно необычно, когда он повторял за ней все ее слова.
– Я не пойду, – заявила Сирина. В ее голосе прозвучала испуганная отчаянная нотка. Ей стало страшно. Сейчас она видела перед собой совершенно незнакомого, чужого человека.
– В чем дело? Ты стесняешься меня? – Он воинственно приблизился к ней. Сирина испуганно попятилась назад. – Думаешь, я тебя ударю? – Она не отвечала, но сильно побледнела. – Нет, черт тебя подери, ты ничтожная пыль у моих ног.
Сирину потрясли его слова, она повернулась и быстро вышла из комнаты. Спустя несколько минут он нашел ее в комнате Ванессы, где она извинялась перед дочерью за отмену поездки.
– Василий неважно себя чувствует, – спокойно проговорила Сирина.
– Неужели?! – раздался рев из-за двери. – Он чувствует себя отлично. Твоя мать лжет, Ванесса.
Дверь распахнулась. Василий слегка покачивался, глаза сумасшедше поблескивали.
Сирина поспешно бросилась к нему и осторожно стала выталкивать в коридор.
– Пожалуйста, давай поднимемся наверх.
– С какой стати? Я хочу поговорить с Ванессой. Привет, крошка, как прошел твой день?
Ванесса молчала, глаза ее округлились и стали огромными. Василий повернулся к Сирине, все еще стоя в дверях.
– Что ты сделала? Сказала ей, что я пьян? – грубо бросил он ей в лицо.
Сирина, оторопев, заморгала.
– Разве нет?
– Нет, глупая ты задница, я не пьян!
– Василий, – закричала Сирина, – убирайся из комнаты Ванессы!
– Боишься, что я сделаю то, что заставит тебя ревновать?
– Василий! – То был рык матери-львицы.
Василий повернулся и вышел из комнаты. Затем спустился на кухню, взял морозильный контейнер и вернулся в спальню крадучись, словно зверь.
– Хочешь потрахаться? – Он посмотрел на Сирину через плечо, затем открыл контейнер и достал оттуда тарелку с холодной картошкой. Вопрос был скорее риторическим.
Сирине хотелось встряхнуть его, привести в чувство.
– Скажи, ради Бога, что с тобой? Опять принимал свои таблетки?
Он покачал головой: