– Привет, я могу продать тебе шарик, девочка?
Ванесса рассмеялась.
– Кстати, тут у меня есть и вот эта кукла. – Он вытащил из-под мышки куклу и протянул ее Ванессе. – Здравствуй, Ванесса, меня зовут Василий.
– Знаю. – Ванесса пристально смотрела на него, словно оценивая и измеряя.
Он рассмеялся:
– Рад, что ты приехала в Лондон.
Ванесса посмотрела на него и честно сказала:
– Я не хотела ехать и много плакала, когда улетала из Нью-Йорка.
– Да, отлично тебя понимаю, – мягко проговорил Василий. – Когда я был маленьким мальчиком, мне пришлось переехать в Афины, помню, тогда я очень сильно расстроился.
Сирина вспомнила, что когда погибли его родители, Василию было два года, так что он вряд ли помнил это. Но по крайней мере, его слова прозвучали убедительно для девочки.
– Теперь тебе лучше?
Ванесса посмотрела на шары и улыбнулась.
– Поедем домой? – Василий подал ей руку, и Ванесса взяла ее. Только после этого он выпрямился и посмотрел Сирине в глаза: – Добро пожаловать домой, дорогая.
Сирина почувствовала, как у нее растаяло сердце. Ей хотелось поблагодарить его за доброе отношение к Ванессе, но она понимала, что сейчас не время для этого. Она могла сказать о своих чувствах лишь взглядом.
В небольшом доме в Челси все было подготовлено для встречи Ванессы и Сирины. В маленькой гостевой комнате появился кукольный дом, стул специально для Ванессы. По всему дому стояли огромные букеты прекрасных цветов. Специально для ухода за Ванессой Василий нанял новую служанку. В их спальне стояла бутылка шампанского в ведерке со льдом. Сирина со вздохом опустилась на кровать.
– О, Василий… Я думала, что не выживу.
Сирина вспомнила прошедшие недели и передернула плечами. В течение всего полета она думала о Тэдди, о его мольбах не спешить выходить замуж. Прощаясь с Доротеей Керр, Сирина расплакалась. Она уже испытывала ностальгию по жизни в Нью-Йорке. Но она чувствовала, что так для нее будет лучше. Так уж получалось, что всю свою жизнь она говорила «прощай» дорогим людям и любимым местам, и каждый раз, прощаясь, она невольно вспоминала прошлые печали.
– Тебе было трудно?
Она взглянула на него с грустью:
– Да, но я все время думала, что возвращаюсь домой, к тебе. – Затем, посмотрев на него, Сирина нежно улыбнулась. – Мне так тяжело, приходится убеждать людей, что мы с тобой не сумасшедшие.
Она смотрела на него и горько улыбалась, неужели никто не верит в любовь? Но в глубине своего сердца Сирина чувствовала, что совершает сумасшедший шаг или по меньшей мере опрометчивый.
– Ты веришь в любовь, Сирина? – Василий взглянул на нее, протягивая бокал с шампанским.
– Меня не было бы здесь, если б я не верила, Василий.
– Хорошо. Потому что я люблю тебя всем своим сердцем. – Он неторопливо поднял бокал. – За женщину, которую я люблю… за мою принцессу…
Он прикоснулся к ее руке. Они сделали по глотку. Затем в его глазах заплясали искры.
– Так когда же наша свадьба?
Сирина нежно улыбнулась:
– Когда захочешь.
– Завтра, – сказал он, подтрунивая.
– Как насчет того, чтобы дать нам хоть немного времени осмотреться?