Змееносец Ликише: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

В конце – концов, святозар нашел то, что искал. На дне стопки, Улем отрыл небольшую сказку о белом грифоне, сыне солнца, которого выкрали голодные коршуны. Банальная на вид сказка, но смысл очевиден. Могучее животное с телом льва часто изображали на барельефах в храме святозаров. Его каменные изваяния украшали, чуть ли каждый уголок древнего города. Грифон священное животное святозаров. Верный страж богини Святой Зари, что всегда идет по правую сторону владычицы. После переезда в Мириду, в связи с неопознанным небесными явлением в виде серпа, посчитав это за знак, святозары принялись изображать грифона совместно с новым знаком.

В стопке оказалось много таких сказаний, от которых голова шла кругом: белоснежная птичка лазурок поплатилась за свое спесивость, стала кровожадным коршуном. Малая сказка о сыне солнца, грифоне, выращенный коршунами. Или о втором грифоне, который был утаенный от ненасытных коршунов в доме солнца.

Печальные сказки поставили все точки над «и». Улема свалило в глубокий транс. Мудрецы скрыли правду о Владе. И что его темное начало, что все – то время, которое он подавлял, и была его сущностью, а не болезнью о которой затверживали мудрецы. Поделив Влада на белое и черное, они получили помесь чего – то необъяснимого. Темная сторона Влада усиливалась тогда, когда он оказывался рядом с альхидами. Это его протестующая сторона желала воссоединиться с династией. Она жаждала стать на свое место!

« Ликише медиум, и это подтверждает его родство с Данами. Неужели Влад тоже имеет эти способности? Я помню ту ночь, когда казнили за порочную связь с колдуном мать Влада. Это была черная колдунья. Похитительница детских сердец, но родив сына, она отнесла ребенка в обитель. Странно все в этой истории. Однако результат на лицо, Влад действительно схожий на…Аморфа, а не Аллеля. Тонкие черты лица, густые волосы, все, как и у Ликише, но этот юнец в чем, то уступает, скорее в пользу Аллеля. Но все равно остается много вопросов, от которых ответов мне уже никогда не узнать!»

Лоб святозара покрылся испариной. Правда оказалась тяжелее, чем он думал. Она сводила его сума. Женщинам не позволено вести свои записи, но эта наложница, которая так и не стала законной супругой сарфина, была не из робких. Записав подобные сказки не для детей, а для истории. Повстречайся эта шкатулка на глаза пытливому конусу, он тут же сжег ее, чтобы, правда, которую они хранят, не нарушило равновесие, или их планы, угодивши в руки Улему, шкатулка стала шансом на его жизнь.

Обеспокоенный голос Влада тут, же вывел старого друга из раздумий.

– Это что, сказки? Небылицы для маленьких? Однако твое лицо… ты точно там сказочку читаешь? Может там скрыто черное заклинание, что скрывают колпакоголовые? Я знал, что эти писаря затевают заговор против клевертов и рекрутов. Ох, не по нраву мне твое лицо!

– Страшно переживаю, когда читаю сказки.

– Может, и мне надо будет почитать. Я люблю читать…– Влад потянул листки к себе.

–Нет! Нельзя тебе такое читать!– завелся Улем, как только рука Влада коснулась шкатулки.

–Как нельзя?! Мне уже почти двадцать два!– заверил Влад, намекая на свое бесстрашие.– Я должен прочитать там все, чтобы испытать себя ночью.

– Еще двадцать один! И ты не будешь это читать! А вдруг ты узнаешь то, с чем жить больше не сможешь?!

–Ладно, завтра тебя в обители уже не будет, и о тебе все забудут, а я прочту эти сказки, чтобы испытать истинный ужас, как и ты! – обломал Влад старого святозара.– А здесь тебе тоже двадцать два?

Сгорая от любопытства Влад протянул Улему его же маленький портрет, но святозар отнесся к этому порыву слишком просто.

– Посмотрим, здесь, что – то написано очень мелкими буквами.

В руках Влада маленький портрет Улема принял совсем другой образ. Вместо рисунка на бумажке появилась некая неизвестная пентаграмма с заклинанием на другой стороне. То, что это была черная магия, не стоило сомневаться. В руках Улема, то есть у святозара, может быть и ничего и не случилось, но в руках у Влада магия почувствовала родную кровь альхидов, и тут же откликнулась на зов его темной стороны.

Не дождавшись ответа от Улема, Влад машинально прочел вслух ту небольшую надпись с портрета друга. Это был незнакомый ему ирильское наречие, на котором говорили ирильцы древнего города. Зная губительную силу божественного языка, этими иероглифами по сей день пользуются чернокнижники, колдуны и прочая нечисть магического мира. Это было грязная, еще не очищенная магия, от которой любой святозар мог бы получить неисправимый урон. Известно, что магия из Ириля стоит под запретом, и на любое заклинание ирильского происхождения наложено табу. Читать или что еще хуже применять такое заклинание – означало измена ордену, но Влад был наполовину святозар. Ему под силу взяться за любое темное дело и уйти чистым.

После того как заклинание было произнесено, вокруг Улема начались происходить странные вещи. Неожиданно образовавший магический шестиугольник – монограмма, захватила старого святозара под магический купол. Неизвестно откуда яркие вспышки света, в сопровождении электрического разряда неустанно поражали его насквозь. Разряд становился все сильнее, проникая в каждую клеточку тела Улема, но это было только начало. Сила монограммы взялась набирать небывалую мощь. Белоснежная мантия Улема почернела, стала похожа на прожженную огнем тряпку. На лице Улема, руках и шеи показались багровые древовидные знаки поражающей молнии. Стол, на котором сидели два святозара невероятною силою взмыл в сторону, унося за собою Влада. Минута невыносимой агонии, и заклинание закончило свое дело, но двух святозаров уже нагнала иная напасть. Пламя, что зародилось в вестибюле уже пробиралось по каменным стенам библиотеки. Острые языки кипящего жара задели деревянные шкафы с книгами. Старые ветхие рукописи вспыхивали от огня, как только искры пламени касались старой бумаги. Недолго осталось, чтобы библиотеку окутало черным едким дымом, отравляя воздух. Конец был как никогда близок. Пламя с невероятной скоростью распространял свои жалящие щупальца, стремясь пробраться за дверь и завладеть другими помещениями.

Тяжелый удушающий кашель святозара Улема донесся из того угла где он с минуту назад жарился в магическом куполе с молниями. Горячий воздух пронизывал горло, вынуждая дышать им. Его руки пораженные молниями были черные, одежда превратилась в обгоревшую рвань, волосы и брода напоминала в обугленную массу, от которой несло обгорелым перьям.

За дверью было тихо, словно никто так и не просек запах гари. Никто не спешил гасить огонь, не метушился в коридорах. Влад, испытывая свое одиночество, призывал святозаров при помощи магии святого Взора, но в ответ обрел лишь мертвенную тишину. Проделав это несколько раз, святозар утратил надежды на сострадание и доброжелательность братьев: « Они снова игнорируют мою мольбу! Презирают меня за то, что я другой. Не такой как они!»

Надеяться на кого-либо не было сил: едва вылезши из- под стола, что шваркнул Улем, Влад побрел в сторону, где лежал его полумертвый друг.

–Улем! Улем! Нужно уходить отсюда! Берись за меня! Нужно уходить отсюда! Ложись на мою спину. Это пламя нечистое. Кто-то очень злой и темный сотворил столь ужасное заклинание! Если не Азани, то это очень опытный и черный колдун пробрался к стенам обители, чтобы расправиться с нами раз и навсегда!

Отыскав в гуще черной копоти друга, Влад поспешил погрузить на себя тяжеленное тело старого святозара, едва волоча ноги, побрел к выходу.

–Что происходит? Почему никого нет? – прокрадываясь по переходам, Влад заметил, как необычно вели себя его братья и сестры. В тот жуткий момент, когда пламя овладевало все больше комнат и молитвенных залов, святозары жертвенно стояли, отдавая свои бесценные жизни жару.– Они горят! Улем, святозары, что они делают?! Они горят!!! О боги, это невозможно! Что происходит?! Селам, Малила, бегите отсюда! Что вы стоите? Азани, что ты натворил?!

–Нет, Влад, это не Азани. – раздался едва слышимый голос старого святозара из-за спины Влада.– Это пламя, вызванное не молодым рекрутом, а магом, что владеет посохом грифона.

–Кто?! Кто способен на такое?!

Из библиотеки огненный убийца перебросил свои силы в коридоры обители. Захватив другие помещения, пламя подбиралось к самим святозарам. Точно как каменные изваяния, и, не издавая ни единого звука, в оглушительной тишине, молодые и старые воины света моментом возгорались. Невыносимая боль щемила в грудь, глядя на чудовищное самопожертвование. Глаза Улема наполнились слезами. Неистовая стихия подбиралось к ним все ближе и ближе, проглатывая все на воем пути. Вот уже все залы были заполнены черным смогом, горели балки над головой, что удерживали тяжелый монолит, горели старые холсты с изображениями их пресвятой богини. Казалось, что впереди их ждал самый страшный конец, и оказавшись в огненной ловушке, Улем предался хандре.

– Оставь меня здесь, я хочу остаться вместе с ними! Я буду гореть как они! Уходи отсюда! Спасайся сам.

Сознание собственного бессилия занимало его разум. Тошнотворное существование без магии, забытый всеми, заброшенный в низовьях Мириды, лишенный прошлого и без будущего. Вот что ждало старого святозара. Ровно, как и его юный друг Улем переживал горькую потерю. Тяжелое разочарование в безнадежность несокрушимого и всемогущего святозара.

Исповедание в всесильный орден пала. Разбилась об железобетонную стену жалости и неполноценности к себе. Немыслимый покой в коридорах душило его. Терзала и так больную душу. И только лишь шорох обуревающего огня, эхом раздавались в стенах обители.