– Гадес, дорогой! Ты же что – то напутал, – ощутив, насколько оказался безрассудным Гадес, Фрийя тут же обратила заявление супруга в шутку.– Ах, старый плут, тебе уже не терпится взять на руки будущего малыша и наследника блаженного города Мириды? Готова признаться, я с нетерпением жду благую весть. Скоро во дворце мы услышим детский смех и топот маленьких ножек! Орития, я согласна с Гадесом, вскоре наш блаженный повелитель покинет этот мир, и нам стоит поспешить, иначе нам доведется смириться с нашими традициями: его останки святозары обязаны проводить по всем землям Мириды, и Ириля в том числе! Так хоронили всех сарфинов Ириля!
Под личиной близкой кончины старого Аллеля, Фрийя утаила безумную ошибку супруга. Пронырливая, словно скользкая рыба в воде, Фрийя сама того не ожидая, приблизила свою цель, ускорив шаги к финалу. Но позволив себе упомянуть Ириль, коссея уповала зацепить Ликише. Навряд ли она додумывалась, что корсей пропустил замечание коссеи ушей, растерянно смотрел на мелиссу бореев.
«Осталось за малым,– пронеслась мысль в голове злокозненной женщины.– Видела, как они между собою щебетали, словно влюбленные в весенний день!»
Прославленная выдержанность Оритии сломалась в тот же момент, как только регент озвучил свое решение. Для горной королевы это стало концом мягкости и безотказности, что выражало ее как благонравную леди, но познав все лицемерие Мириды, королева с точностью и не возвратно изменила свои планы.
Глава 14
Ликише не любил подобные споры, где присутствует бесполезная суматоха. Вовремя покинув застолье, в памяти надолго отпечаталось испуганное лицо Хионы, и предобморочное состояние королевы. Видимо недалёкая свадьба обратило в замешательство не только их, но и сам Ликише не мог поверить в услышанное, но все же время для мыслей было достаточно. Он длительное время бродил по коридорам дворца, перебирая в голове слова Хионы. Его приводило в замешательство отдельные подробности той ужасной ночи и странные ощущения легкости. Он больше не испытывал той отягощённости, которую он со всем буйством называл удавкой. Дышать было легко, а в памяти все больше просачивалось светлые моменты прожитой жизни. В сопровождении трех приставленных надзирателей, святозаров, Ликише все же дошёл до своих покоев и уже там наткнулся того, кого он давно считал своим наставником и другом. Однако впервые корсею стало любопытно, где он же находился все это время, можно только догадываться, но сейчас Ликише был настроен на другой разговор.
– Как прошла встреча?– сквозь маску раздался грубый голос Аморфа.
– Завтра проведут обряд, – ответил корсей, с насторожённостью приглядываясь к Аморфу.– Они хотят убедиться в непорочности невесты.
– Гнусный поступок! Неслыханное оскорбление! – прозвучал злорадный смех колдуна в маске. – Девицу ждёт горькая участь. Правящий дом превалиров навечно втопчут в грязь гостей севера! Позор, в ценою в жизнь! Зря они ослушались заветы предков, и теперь их ждёт чудовищная несправедливость.
– Она не переживёт все, что они уготовили ей,– кулаки корсея яростно сжались, сердце рвалось наружу, стремясь защитить невинную.
–Какая разница, что будет с девицей! Ты лучше скажи, ты видел его? Аллеля? Он был там?– Колдун ни с того, ни с сего вел себя неестественно, даже слишком вызывающе. Бросался из угла в угол, как необузданный зверек в клетке, тот метался в ожидании ответа.
–Нет. Аллеля там не было.– Отметив про себя некоторые странности, Ликише все же сознался ему, тем не менее Аморфу этого было не достаточно.
– Этот негодяй пропустил обед с северянами? Он усадил лживую собаку на свое место! Этот проходимец совсем плох раз не смог выйти к гостям! Навешал на себя амулеты и медальоны и затаился! Скрывается от возмездия!
– Я думаю, надо помочь бореям, – добавил Ликише, тем самым шокировав колдуна.– Этот народ бедствует. Тонет во мраке хаоса! Я думаю…
– Откуда такая симпатия к бореям?!!!– впервые за столько лет, колдун позволил себе ответить грубым тоном.
Ликише круто повернулся к собеседнику, вопрошающе посмотрел на него. Впервые, за столько лет Аморф не позволял себе подобного. Скорее напротив, тот усмирял излишнюю горячность адепта. Не давал воли магии змея всецело овладеть учеником и управлять им. Зная, что любое проявление грубости может оказаться фатальным для него, Аморф был подобен огромному камню, что мирно покоится у края пропасти уже много лет.
Однако сейчас, переживая нервные приступы, помешанный на мести, Аморф больше выглядел одержимым.
–Они ищут защиты от самой Мириды, потому они здесь. Пришли на порог к врагу, отдавая свое самое дорогое сокровище,– едва смиряя внутренний порыв, Ликише продолжал приводить доказательства.
– Что это за сокровище?! – ненормальное поведение Аморфа все больше удивляло.– Что может ценнее силы и власти? Только всласть может заставить любого мага приклониться перед могуществом Змееносца! Только сила заставит дрожать все земли Элиды: от Апарктиаса до долины Тай Ная!!!
–Зачем их принуждать, если они сами здесь, и готовы припасть к ногам? Мы слишком зациклены на этом проклятом месте. Пытаемся доказать свое могущество перед пешками! Ах, Мирида! Город погрязший в пучину обмана и самодурства. Оставь это место, и вскоре мы будем наблюдать, как эти стены сами умоются кровью. Но северяне…это народ долгожителей. Они отличные воины и преданный народ!
– Полярники мне не интересны,– твердо ответил Аморф, отвернувшись от Ликише.
–А арахниды, значит, интересны?– завёлся корсей, ощущая подвох колдуна. – Чего же ты ждешь? Ты же сам говорил, что это жалкое подобие Ириля. Что здесь живет лживая спесь грязнокровок и отступников от наших богов. Что они, забыли кто такой наш бог и отец. Они забыли кто даровал нам Ириль!!! А то, что бореи прямые потомки могучего бога ветра и свято преданы ему.
–Ты не понимаешь!– уклончиво отвечал колдун.
–Что я могу не понять?– корсей все никак не мог взять в толк отрицание наставника, но доказать обратное – это стало делом принципа.
–Как только мы покончим с Миридой, в наших руках будут все ключи вселенной! Наш путь ляжет в самые потайные места тёмного космоса и мы сможем высвободить узников, что давно томятся там и ждут своего часа. Неистовые боги и их предшественники падут лицом вниз перед мощью Змееносца! Ты и твой дух будут главными в том самом пантеоне богов. И мы докажем, что они круто ошибались, ниизвергнув его в это убогое место. – властным тоном поделился своими планами Аморф.
– Какой путь? Какие места? Что ты несешь?!
Сквозь махонькие глазницы керамической маски, корсей углядел скользкий взгляд колдуна. Не тот взгляд, что был раньше, до приезда в Мириду.
–Время идет против нас! Этот мир погибает. Совсем скоро этой жалкого кругляшика не станет и нам некуда идти. Готов поклясться, что тебе найдут другое место для пребывания наказания! Ему никогда не влиться в их мир!
–
– НИКОГДА!– отрезал идею адепта колдун.– Этого никогда не случиться! Элида будет существовать вечно! И я не уйду отсюда! Не стану сбегать как трус! Если за спиной моего змея имелся грех, за что его отослали на землю, то кому как не мне нести его! Это бремя всех Змееносцев! Одержимый идеей власти, ты не смог понять это.