У него оказались мягкие губы. Нежные. И от него пахло чесночными гренками, да… Впрочем, и от меня тоже…
Об этом надо было думать раньше.
Рядом шуршала Москва-река, редкие автомобили рассекали лужи, мчались по своим делам, к своим огням, к своему теплу.
А мое тепло – вот оно – крепко обнимало меня за плечи и целовало.
Руслан довез меня до дома но заходить наотрез отказался:
– Твои родители решат, что я на ужин напрашиваюсь, – покачал головой. – А это уже слишком, согласись…
– Позвонишь? – голос предательски захрипел, пришлось откашляться.
– Конечно. Ты только не теряй меня, ладно? У меня дурацкая работа, и сейчас как раз серьезно заседание на понедельник назначено…
– Будешь готовиться?
– Угу, – он кивнул, и опять стал старше, – встретиться надо с одним товарищем. А ты? Чем планируешь заниматься?
Я пожала плечами:
– Я ж в отпуске. Даже мысль о работе в это время – преступна, – я хохотнула. – Собирались с Женькой и Наташкой в кино, и я им обещала спустить отпускные на поход по магазинам.
Он вздернул бровь:
– Ого! За две недели-то управитесь?
– Даже сомнений нет, не такие уж большие средства… Тем более все я им всё равно не отдам, жирно будет.
Он дотронулся до моей руки, просто положил поверх свою ладонь. Длинные пальцы слегка касались коленки, упрятанной в светлые брюки.
Я смотрела на его руку, а он – я это чувствовала – смотрел на меня.
– Лид…
– Ммм?
– Выходи за меня замуж.
Я забыла как это – дышать. Глаза округлились и рот открылся, выпустив предательский «ик»:
– Чего?
Посмотрела на него: серьезный такой, нахмурился. Меж бровей морщинка кривая пролегла. Скулы стали острее. Он выдохнул, расправил плечи, повторил:
– Выходи за меня замуж.
– Шутишь что – ли?
– Я похож на шутника?
– Не очень, и это странно. Мы же не знаем друг друга. От слова «совсем». Или пара часов болтовни о – том – о – сем дает тебе право думать, что ты знаешь обо мне достаточно, чтобы жизнь связать? Чтобы детей вместе воспитывать? Или это всё не про тебя?
– Подожди, – он оборвал меня. Рука по-прежнему лежала поверх моей ладони: – Ты сейчас наговоришь и надумаешь того, чего нет на самом деле. Я не зову тебя в ЗАГС завтра. Я предлагаю тебе подумать, – он перевернул мою руку ладонью верх, большим пальцем погладил марсово поле, – ты ведь взрослая уже девушка. Ты должна ясно понимать мои намерения, чтобы не тратить на меня свое время…
– Я поняла, – я всё еще ошалело смотрела на него, борясь с искушением выскочить из машины и убежать, – это в тебе говорит зануда. Тот самый.
Он широко улыбнулся: