Время terra incognita (без редактуры): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Въедливый и дотошный искусственный интеллект, кажется, стал ещё более въедливым и дотошным, готовясь к объединённому семейному празднику и приезду гостей.

На вопрос второго помощника, Млечный путь ответил: — Так ведь и мои родственники приедут тоже.

— У тебя есть родственники?! — поразился Маслеников: — То есть живые родственники, человеческие?

— А что тут такого? — не понял причины удивления интеллект. Показал на капитана корабля и уточнил: — Вот, например, Егор Константинович мой четверть — братишка. Один из моих отцов является и его папкой тоже.

— Один из! — воскликнул растерянный Иван: — Их много?

— Порядочно. Но основных два.

Иван не поверил: — Как может быть сразу два отца?

— Вообще-то у меня, скажем, две мамы — вступил в разговор Егор: — Почему же у нашего корабельного интеллекта не может быть двух отцов? Из основных, разумеется.

— У меня мозги перегреваются — жалобно произнёс Иван.

Егор засмеялся. Млечный путь вторил ему. Причём интеллект начал смеяться на полсекунды раньше и, если подходить со всей точностью, то это капитан вторил своему первому помощнику, корабельному интеллекту, а не наоборот.

— Ну вас! — рассердился Маслеников: — Разыгрываете!

Когда второй помощник, махнув рукой, пошёл в дом, проверить как проходит расконсервация гостевых комнат, интеллект спросил капитана: — Объясним ему?

— Вечером — помотал головой Егор и кровожадно добавил: — Пока пусть помучается. Говорят, что существование близкой, но неразгаданной тайны не даёт мозгам сохнуть.

— Далеко они? — поинтересовался капитан имя в виду свою семью, вызвавшуюся приехать пораньше и помочь с подготовкой к торжественному вечеру. Вернее вечерам, так как принимать гостей планировалось не меньше девяти дней, чтобы, в конце, оставив шумную толпу, долететь на флаере до малого московского космопорта и оттуда уже на луну и потом на корабль. Егор не терпел долгих прощаний.

Самостоятельная, в связи с предстоящей экспедицией, часть общности слияния Родины — интеллект Млечный путь ответил: — Через тридцать четыре минуты будут здесь.

— Ничего себе мамы гонят! — удивился Егор: — Следующие полторы недели проведу в семье. Чувствую, что заобнимают они меня на целых шестьдесят лет вперёд.

Сделалось грустно. Егор отбросил ногой лежащий на дороге камень и пошёл в дом. Развернув вслед ему мобильную платформу, интеллект проводил капитана взглядом. Интеллекты могут имитировать человеческий вздох, но по — настоящему не вздыхают. Будучи частью общности слияния, Млечный путь знал всё о последних совместных работах Родины и крупнейших медицинских институтах занимающихся геронтологической проблемой. Старость не продуктивна. Смерть — вопиющий пример неэффективности. Ни смерти, ни старости не должно быть в разумном и научно — упорядоченном мире. Только вечная юность бессмертных коммунаров осваивающих, изучающих и покоряющих галактику. Ни в коем случае не застывший мир. Наоборот — направленный на экспансию. Вселенная слишком велика, чтобы можно было позволить хотя бы одному коммунару умереть от старости. Это не продуктивно. И, значит, должно быть исправлено.

Проводимые Родиной, ведущими биологами и медиками, исследования позволяют надеяться, что активная жизнь следующего поколения будет второе длиннее, а послеследующего поколения и того больше. Двести лет активной жизни, триста, четыреста… Когда-то в прошлом считалось, будто бы мир бессмертных людей — обязательно застывший, точно муха в янтаре. Если вечно юных — то непременно лишённых главного человеческого качества — любопытства. Как будто бессмертие не совместимо с горячей жаждой жить во благо любимого человека и родного народа. С умением любить. С весёлой злостью к жизни. Какая феноменальная глупость!

Сейчас — число звёзд намного превышает число людей. Есть куда расти и что искать!

Мир юных, бессмертных исследователей и покорителей пространства — коммунаров, будет живым и развивающимся. В нём будет полно детского смеха, новых открытий, побед и, как же без них, детских обид и временных поражений. В этом мире будет любовь, а значит будет и разлука. Но не найдётся места ни для старости, ни для смерти.

Этот юный, как и его жители, мир будет расти и развиваться. Постигать новые тайны природы, учиться зажигать звёзды и создавать новые планеты из космического мусора. Ему предстоит встретится с инопланетным разумом, попытаться понять его и научиться вместе жить. Юный мир бессмертных коммунаров дотянется до других галактик и самых далёких звёзд. Сейчас людей намного, намного меньше чем звёзд в одной только нашей галактике. Разве это правильно?

Но это потом, далеко потом. Настолько далеко, что даже сильная своими прогностическими способностями общность слияния не заглядывает столь далеко. Пока же гигантский космический корабль медленно дрейфует за лунной орбитой с заглушенными основными двигателями и свёрнутым солнечным парусом. Вся Земля знает, что меньше чем через месяц назначен старт первого межзвёздного корабля. Вся Земля готовится проводить его — крохотную часть плоти от плоти своей — в дальний путь. В добрый путь.

Мамы плакали. Видимо есть такой закон, чтобы матери плакали, когда сыновья уходят прокладывать новые пути. Не могла сдержать слёзы Конеева Дениз. Сами собой скатывающиеся крупные слёзы смывали косметику и бесследно растворялись на впитывающей жидкость скатерти или пропадали в траве. Столы для прощального ужина выставили на улицу, в доме не нашлось помещения, чтобы вместить всех. Конеева Егана пыталась скрыть слёзы, но не получалось и мама отворачивалась, не желая, чтобы сын запомнил её плачущей. Но он всё равно запомнил. У сестёр глаза тоже на мокром месте. Братья насупленные. Отец хмурится — нехорошо выходит. Нельзя провожать в дорогу слезами. Тем более в такую дорогу.

Столы накрыли на поляне перед домом. Мошкару и всяких мелких жучков отпугивают спешно установленные излучатели. Над головой тёмное небо и висящие в воздухе рукотворные светляки — разноцветные фонарики совершающие волнообразный танец.

Желая как-то разрядить обстановку, Денис Евпатьевич, дядька Денис — громко сказал, обращаясь к отцу: — Слушай Конь, помнишь как мы с тобой мечтали стать космонавтами?

Дядька Денис — ненастоящий дядя Егор. Хотя, может быть, как раз настоящий? Сколько Егор себя помнил их семья всегда дружила с семьёй Мотылёвых. Дружила так, что фактически это были не две отдельные семьи, а одна — большая. И детей Дениса Евпатьевича, Егор считал своими родными братьями и сёстрами. Ну, может быть, двоюродными.

Дядька Денис ещё не старый. Кто в наше время, разменивая всего восьмой десяток, выглядит стариком? Впрочем свой возраст он нисколько не скрывает. Даже седые пряди не красит, отчего его голова выглядит пятнистым шаром — здесь есть седина, а здесь нет.

Его обращение к отцу Егора — по детскому прозвищу — «конь» — рассмешило гостей. На лицах появились улыбки. Мамы и те перестали плакать и слабо улыбнулись, будто вспомнив что-то очень хорошее.

— Между прочим я и сам поднимался в пространство — ответил отец.

— Не — замотал пятнистой головой дядька Денис: — Небесным чистильщиком не считается. Ты же выше орбиты не поднимался.