Время terra incognita (без редактуры): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

А если бы людям не было бы необходимости в двойном кодировании — декодировании для передачи информации через использование слов? Прямая передача мыслей, ощущений, умений и опыта. Индивидуально различные, но на сто процентов совместимые разумы работающих на одних и тех же сетевых протоколах. Если то редкое и пронзительное ощущение единства мыслей и понимания другого человека длилось бы не доли секунды, а постоянно. Что бы тогда?

Холодная, серая луна кажется мёртвой. Воронки взрывов, развороченные, будто бы вскрытые гигантским консервным ножом лунные базы. Из пробитых баков улетучился воздух. Без присмотра заглохли реакторы. Электроника обесточилась. Растения замёрзли в оранжереях. Луна могла показаться мёртвой, но она была отнюдь не мертва. Остатки советского корпуса космодесантников. Работающие на луне учёные. Экипажи спасшихся космических кораблей, неспособных пройти сквозь пояс осколков и приземлится на землю. Возвращающаяся с Марса экспедиция везущая смену учёных домой и та нашла приют на спутнике материнской планеты.

Глава 23

Гигантский космический корабль медленно дрейфовал за лунной орбитой с заглушенными основными двигателями и свёрнутым солнечным парусом.

Население Луны стремительно растёт. Среди серых, лунных скал вырастают новые города. В недра планетоида зарываются шахты. Луна, словно стартовый трамплин, на краешек которого встало человечество, чтобы оттолкнуться и прыгнуть к звёздам. Луна — последняя господствующая вершина земли и первый фортпост на пути освоения пространства.

Прошло около половины столетия и следы давней войны ещё не полностью стёрлись. На земле ещё остались разрушенные войной и так и не восстановленные древние европейские города. Остались места с повышенным радиоактивным фоном. Остались множество стран и государств: от молодых, социалистических, тянущихся следом за Советским Союзом, до монархий, плутократий и теократий в изобилии возникших на месте когда-то существовавших Америки и Халифата. Африка до сих пор пестрит сотнями крохотных лоскутных государств. Земля всё ещё не едина и будет ли когда — нибудь — неизвестно.

Разработка нового способа получения энергии — из субэлектронных структур — открыла путь к созданию межзвёздных кораблей. Гигантских двигателей разрывающих пространство. И, одновременно, появилась новая наука «экология солнечной системы». Покорная человеку запредельная мощность основных двигателей межзвёздного корабля вынуждала осторожно и бережно относится к сохранности солнечной системы.

На вспомогательных двигателях и солнечном парусе он, за несколько месяцев, дойдёт до Плутона, и уже там включаться основные двигатели, разгоняя корабль. Использовать основные двигатели для внутрисистемных перелётов нельзя, можно повредить орбитальную структуру выросшую вокруг Земли, Луны и Марса.

Но гигантский межзвездный корабль медленно дрейфовал за лунной орбитой с заглушенными основными двигателями и свёрнутым солнечным парусом. Первый межзвёздный корабль готовящийся отправиться в дальний путь. Долететь и вернуться обратно.

Сборка последних узлов закончилась полтора года назад. Ещё год длились многочисленные тесты и ходовые испытания вспомогательных двигателей для внутрисистемных полётов. Затем устранялись выявленные недочёты и повторно проводились испытания. Пока, наконец, самые придирчивые комиссии не признали корабль готовым к долгому путешествию. Двадцать шесть лет туда и чуть больше обратно. Средняя продолжительность человеческой жизни перевалила за сто десять лет, но это всё равно огромный срок. Большую часть пути космонавты проведут в искусственном сне. Перед экспедицией поставлены три задачи.

Гигантский межзвездный корабль медленно дрейфовал за лунной орбитой с заглушенными основными двигателями и свёрнутым солнечным парусом. Рукотворное небесное тело. Торопящийся отправиться в путь странник.

Первая — исследовательская, до тех пор пока для человека существенным стимулом что-то сделать будет желание слетать далеко и посмотреть, что там есть — человечество будет жить.

За прошедшие годы луна кардинально изменилась. В течении неполной половины столетия на ней, под куполами, выросли города и заводы. Большая часть секций межзвёздного скитальца произведена на лунных заводах и только сложнейшая биоэлектроника, системы управления и навигации — родом с земли. Луна стала главным космопортом солнечной системы. Если хочешь попасть с земли на марсианский фронтир, где сейчас начинается новый виток борьбы человека с непокорной и дикой планетой, то сначала сделай остановку на луне. Возвращается смена с меркурианских энергонакопительных станций — пересадка на лунной орбите. Семь из каждых десяти современных внутрисистемных транспортов сошли с лунных корабельных верфей.

Вторая — производственная: первый межзвёздный корабль прошёл все мыслимые тесты. Прежде чем закладывать другие корабли дальнего следования, осталось только посмотреть как первенец поведёт себя в настоящем путешествии. Кроме того важно практически удостовериться, что межзвёздные расстояния не станут непреодолимым пределом для квантовой когерентности объединившей искусственные интеллекты в общность слияния.

И третья задача экспедиции, опциональная — по возможности основать на планетоидах системы звезды Барнарда колонию. Десятилетия исследований через космические телескопы позволяют предположить наличие минимум одной землеподобной планеты в системе Барнарда. Оправдаются предположения или нет — будет ясно на месте. Колония должна быть самодостаточной и полностью обеспечивать себя ресурсами так как следующий корабль с Земли придёт не раньше через четыре десятка лет. Поэтому часть экипажа межзвёздного корабля составляют семьи и поэтому на борту корабля введена должность космического юнги — для подростков от одиннадцати, до пятнадцати лет. Их набралась почти целая сотня — мальчишек и девчонок, чьи имена на слуху у всей Земли. Почти обычных мальчишек и девчонок вдруг ставших необыкновенными. Юнги космического корабля, первопроходцы космических троп — самые первые. Космонавты и, если обстоятельства сложатся удачно и всё необходимое для основания колонии будет найдено в далёкой системе, первые колонисты. Если же основать самодостаточную колонию способную поддерживать человеческое общество не удастся, то остаётся резервный вариант. Исключительно техническая колония под предводительством части общности — слияния Родины, индийского искусственного интеллекта — колониста, Махатма.

Состав экипажа корабля одновременно и многонационален и мононационален. Многонационален так как в него входят русские, китайцы, индийцы, корейцы, персы (вышедшие из сферы влияния Халифата после его распада), японцы, африканцы и ещё с пару десятков малых национальностей. А мононациональным можно его назвать из — за того, что к далёкой звезде летит единый и неделимый советский народ.

Капитан корабля — Егор Константинович Конеев и главный корабельный интеллект — часть общности — слияния Родины, искусственный интеллект «Млечный путь» — последние десять лет занимались только тем, что принимали корабль. Принимали и по частям, и в целом. Участвовали во всех испытаниях и практически жили на борту. Егор, когда его спрашивали о работе, в шутку отвечал: — Быть первыми космонавтами, кто долетит до другой звёздной системы, вот наша работа.

Если говорить об интеллекте, то он в самом прямом смысле жил на борту корабля, а, вернее, в недрах корабельной электронной машины. Всего в полёт должны отправится два интеллекта — главный корабельный интеллект Млечный путь и его помощник и, вероятно, колонист — первопроходец, советский индийский интеллект Махатма.

Выход корабля на точку старта начнётся через месяц. Запуск основных межзвёздных двигателей через семь месяцев — за орбитой Плутона. Через две недели начнётся общий сбор экипажа — без малого шести тысяч человек. Необходимые тесты давно пройдены и на корабле сейчас находится дежурная группа да пара искусственных интеллектов. Экипаж же прощался с родной Землёй. И, хотя, часть Родины, посредством двух интеллектов входящих в общность слияния, они возьмут с собой, взять всю землю не получится.

Всю землю, с лесами, озёрами, морями, садами и полями — нельзя захватить с собой в космические просторы. Придётся оставить и друзей и близких и дом, в котором вырос и провёл детство и школу, где учился и город, в котором жил и горящие над кремлём красные звёзды. Уходя далеко не получается захватить с собой всё, что дорого сердцу. Разве только, если попробовать унести всё необходимое в самом сердце. Унести и, одновременно, оставить на месте. Чтобы другие мальчишки играли в твоём дворе, учились в твоей школе и сидели за твоей партой. Чтобы сотни и тысячи других мальчишек и девчонок жили в твоём городе и чтобы гореть над кремлём звёзды. Оставить всё и, одновременно, унести с собой.

Ходят слухи, что пространство, как и высота, когда-то, может принять лишь смелых и чистых. Они готовы. Давно уже готовы, но только сейчас отправляются в полёт. А пока — каждый из экипажа прощался с землёй. Набирал её в своё сердце, до края, до донышка, чтобы осторожно, не расплескав, нести навстречу холодному сиянию далёких звёзд.

Разные люди по разному проводили последние недели на земле. Капитан корабля, Егор Константинович Конеев, переделав все дела и нанеся все визиты, на шесть дней отправился на родительскую дачу в подмосковье, где только тем и занимался, что удил рыбу, собирал грибы или валялся под жидкими лучами осеннего солнышка на берегу звонкой речки. Можно сказать, он пытался наловить рыбы, насобирать грибов и назагорать впрок на все шестьдесят лет полёта в обе стороны.

Делать даже интересные дела одному скучно и потому последние дни, вместе с капитаном, удил, собирал и загорал, второй помощник — Маслеников Иван. Первым помощником считался интеллект Млечный путь. И если удить рыбу и собирать грибы, он ещё как-то мог, используя разработанную для интеллектов искусственную человекоподобную платформу, то загорать на солнце, интеллект, принципиально не способен. Не дошла ещё наука до такого, чтобы мобильные человекоподобные платформы удалённого присутствия научились бы загорать на солнышке. Да и грибы с ним собирать не интересно — интеллект их собирает вероятностным способом, от одного статистического максимума, к другому, стабильно, как на конвейере, в шести из каждых семи раз набирая больше, чем Егор. И не объяснишь ему, что главное удовольствие не набрать побольше, а именно заглядывать под каждый листок, под любую веточку, даже под ту, где вероятность найти низка и стремится к нулю.

Удить рыбу с интеллектом тоже не самое интересное занятие. Здесь шансы у рыбаков примерно равны, но всё равно чувствуется что-то не то, какая-то фальшь. Не нужна интеллекту рыба и не радуется он её поимке. А без настоящей радости, разве эта рыбалка? Эх, всем хорошо первый помощник, да только не человек, вот в чём беда.

Поэтому когда позвонил второй помощник, Иван, и томным голосом перевшего сметаны кота пожаловался на усталость от бесконечных любовных похождений, Егор пригласил его на родительскую дачу, обещая целое озеро рыбы, лес грибов и никаких женщин поблизости. К его удивлению Маслеников взял и приехал. Ловить рыбу он не умел, да и грибы собирал, пожалуй, первый раз в жизни — приходилось учить. Но всё равно живой человек, которому, лет эдак через тридцать, в системе Бернарда, можно будет сказать что-то вроде: а помнишь, как ты о подберёзовик споткнулся? Такой гриб повредил, чудила! Здоровый, килограмма на полтора тянул, вместе с ножкой.

Зато загорал второй помощник отменно. На второй день у него, с капитаном, образовалось своеобразное разделение труда. Егор сидит с удочкой, а Иван загорает и время от времени бегает купаться на сто метров вниз по течению, чтобы не испортить рыбалку. Интеллект Млечный путь, с помощью мобильной человекоподобной платформы удалённого присутствия, готовит бутерброды, чистит улов и сушит принесённые из леса грибы — чтобы не пропадали. А домашний пищевой принтер они и вовсе целую неделю не включали, в город не выезжали и доставку не заказывали — жили как дикари.

Набравшись одиночества на все шестьдесят лет полёта, Егор не выдержал и позвонил всем — друзьям, родственникам: приезжайте!

Начавший было скучать в глуши, второй помощник, обрадовался, но Егор его мигом привлёк к делу и загрузил. Принять, разместить и накормить готовящуюся приехать ораву непростое занятие. Одних только братьев у капитана — пятеро и ещё четыре сестры в придачу. Плюс отец, две матери — услышав, Иван выпучил глаза.

— Так получилось — не стал углубляться в объяснения Егор: — … две матери, ещё остальные родственники, самые близкие друзья — человек семьдесят наберётся. Второй помощник ещё и своих добавил, человек тридцать. Бывших девушек он приглашать не стал иначе счёт пошёл бы уже на сотни, а столько народа даже в родительских хоромах размерами походившими на небольшой дом отдыха, не разместишь.

День перед приездом родственников прошёл в приготовлениях и капитан и оба помощника — человек и интеллект на мобильной платформе, носились как угорелые. Через пару недель они поднимутся на Луну, а оттуда на борт корабля и впредь смогут увидеть старшее поколение родственников только на экранах дальней связи. Потому и нужно было устроить этот общий праздник. Не столько для них, сколько для родителей и всех, кто оставался на земле и имел не много шансов дождаться возвращения экспедиции.