Он был настолько резким и богатым, что она чуть было не упустила аромат, сокрытый под этим.
Снег, падающий на яблоки.
Глава 15
— Сэм. — Шепот был еле слышен, и она побежала, гораздо больше ее заинтересовал этот нежный аромат, чем тот, который привел ее сюда. В конце коридора была дверь, тяжелая резная плита, покрытая лаком до блеска цвета темного янтаря.
Она ударила ладонями по двери, когда остановилась.
— Он за дверью.
— Нет, его там нет. — Голос Микаэлы пронзил воздух, когда она появилась слева от них, ее лицо и тело вновь стали прежними. Безмолвное свидетельство силы архангела. — Я с удовольствием накажу вас за вторжение в мой дом без причины.
— Наказания не будет, — сказал Рафаэль. — Она под моей защитой.
Микаэла довольно и злобно улыбнулась.
— Но она не признает тебя своим хозяином. Ты не можешь защищать ее.
И Елена знала, Микаэла действительно с нетерпением ждет повода, чтобы заставить ее кричать. Это не имело значения.
— Открой дверь.
Микаэла вяло махнула рукой Райкеру.
— Делай, как говорит охотница.
Елена отошла, чтобы избежать физического контакта с вампиром, когда он отправился выполнять приказ хозяйки. Дверь распахнулась и перед глазами предстала комната, окутанная тенью, лишь снег отражал серебро луны.
Елене не нужен был свет, чтобы найти цель. Шагнув внутрь, она безошибочно направилась к тому, что оказалось большим сундуком, Райкер включил свет, лампы были встроены в стену, и светились приглушенным золотистым светом.
— Может ли бессмертный ребенок выжить без воздуха? — прошептала она отчаянно, изо всех сил, пытаясь поднять тяжелую крышку.
— Какое-то время, — холодно ответил Рафаэль и сам взялся за дело, в то время как Иллиум стоял на страже.
Впервые в жизни, Елена надеялась, что ошибалась, что Сэма не было в этом сундуке. Но Совет нанял ее, потому что она была лучшей и не делала ошибок.
— О, Боже! — Инстинкт заставил ее потянуться внутрь, но она замешкалась в дюйме от крошечного свернувшегося тела. — Я сделаю ему больно. — Он весь был в крови и сильно изранен.
— Мы должны доставить его к целителям.
Кивнув, она подняла, израненное тело на руки.
Крылья Сэма были раздроблены, маленькие кости, будто, разбиты. Большая часть крови бежала из того, что выглядело как рана головы, и груди. Груди, которая была неподвижна. Боже, пожалуйста.
— Он жив?
Рафаэль, с каменным выражением лица, прикоснулся щеки мальчика, и только тогда Елена увидела Сехем на тонкой коже.
— Да, живой.
Ярость как ураган забурлила в ней, она прижала Сэма так близко, как посмела и пошла мимо Микаэлы, но архангел смотрела на Сэма, с таким выражением горя на лице, что Елена почувствовала комок в горле, ее ноги приросли к полу.
— Он жив? — спросила архангел, будто не слышала ни слова до этого момента.
— Да, — ответил Рафаэль, — он жив.
— Я не могу излечить его, — сказала Микаэла, глядя на свои руки так, будто они принадлежали не ей, — Рафаэль, я не могу излечить его.