Ди сглотнул вставший в горле комок и уверенно кивнул. Он выдержит любую правду.
– Не делал.
Ненавистная бочка теперь стояла во дворе, а Ди, натянув друг на друга четыре пары металлизированных асбестовых перчаток длиной до плеча, разводил в ведрах промышленный вотхэвайдан – по рекомендации всеведущего Джонни. Сам гений, мстительно утопив в бочке свой щегольский пиджак, избавлялся от испорченной рубашки и обуви, чертыхаясь и отплевываясь.
– Сдаюсь. Вдруг ты рассердишься и лишишь меня душа! Или захочешь посмотреть на мое обнаженное сердце.
– Я говорил, что тебе не понравится ответ, Дориан. Лучше оставим их в покое.
– У меня, Дориан, чисто академический интерес. Я неплохо изучил все, что жило и доживает в этом мире, но такое существо встречаю впервые. Ты говоришь, это человек?
– Не лги мне, Дориан. Ты не сможешь меня обмануть.
– Открыть проход способен только чистый грей. Никто не хотел жертвовать собой. Все хотели домой.
– Я хотел бы поговорить с твоим Зиленцорном наедине. Ты не станешь возражать?
Джонни послал ему странный взгляд.
Пауза. Кивок. Дориан Грей поднимает голову и растерянно смотрит на Джонни Грея неверящими глазами.
– Извини. – Бирюза поблекла, безупречные губы сложились в обезоруживающую улыбку. – Так что там про Зиленцорна? Кстати, что за имя такое? Сам придумал?
– Сделал? Я не делаю людей!
И опять это странный, испытующий взгляд.
Пауза. Кивок.
Оказывается, и он с Джонни уже "на ты".
Ди понимал, что сейчас делает Джонни: пытается мысленно подчинить его своей воле. И еще понимал, что проиграет. Он слишком молод, чтобы сопротивляться такому опытному противнику. Папа рассказывал о нечастых ссорах, происходящих между взрослыми греями. Ничего хорошего.
Тот расхохотался. Фальшиво. Неубедительно.
**40**
Сбылась очередная детская мечта. Легендарный Джонни Грей утешает льющего горькие слезы Дориана. Неважно, кто и чем его обидел. Важно, что героический Джонни готов ради Ди весь мир перевернуть. Впрочем, такое всегда быстро проходит.
Ди высвободился из объятий Джонни, утерся рукавом – то есть размазал утиное сало по соленым щекам – и решительно подхватил оброненную швабру. Он убирается в доме и намерен довести это малоприятное занятие до логического конца.
Und um Erlosung wirst du flehen…
– Джонни, – позвал Ди, не поднимая век.
Тот слушал ровно минуту, а потом взвыл, запустив в деревянную столешницу вылезшие от волнения когти, и затряс головой в категорическом отказе.
– Припасы разные. Вода. Дизель и все такое для машин. Коллекции.
– Подвал, – мрачно ответил Ди. – Дверь тройная, изнутри блокируется.
Джонни сиял улыбкой. Лучился довольством, радовался, словно ребенок, принимающий участие в захватывающем приключении. Не сообразил еще, что ли: в этом тщательно оборудованном подвале донна Лючия могла бы с комфортом просидеть долгую-долгую жизнь. Если бы не собиралась вот-вот преставиться.
– Логично. А что будет, если я не стану искать художника?
"Вода должна быть твоим зеркалом… Только когда она станет гладкой, ты увидишь… Сколько сказок тебе еще осталось… И взмолишься об избавлении…"
Он невозмутимо слушал Джонни, вещавшего о происхождении и сущности беса. Даже не менялся в лице. Только спросил: