Всё в дыму… [СИ] (самиздат): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Он отправился во флигель прямо из гаража – оценить масштабы предстоящей работы. Вопреки ожиданиям, оказалось, что чинить придется лишь один подоконник – тот, что у выходящего на веранду окна. Зиленцорн избороздил его глубоко и практически выломал посередине. Непонятно, чего добивался: лучше бы заколоченные ставни пытался выбить, что ли.

Однако "Эрих Грей" – это что-то новенькое! Он быстро перебрал конверты еще раз. "Феликс Грей". "Настасья Ф. Б. Грей". "Николь Грей". "Курт Альбрехт Оллард фон Линденманн-Грей". И – сюрприз, сюрприз! – загадочная "Ф.-Д. Г." из местечка под говорящим названием Мессерштадт. [12]

Прокуратором Наталко утверждена новая правительственная награда – "За вбивство багатьох малювальникiв"[10]. Орадиоведущие выразили опасение, что такими темпами малювальников на всех не хватит, и придется объявлять охоту на кого-нибудь другого. Например, на тех, кто все эти годы помогал им выживать под землей.

– Слушай, – он едва сдерживался, чтобы не зашипеть, – чего ты добиваешься? Что ты вообще такое?

А теперь, когда Ди окончательно вырос и поумнел еще чуточку, выяснилось, что Джонни Грей – не такой уж мифический и легендарный. И, по-видимому, ни капельки не умер. Знавшая его лично каратарская женщина по имени Аркаша-Шахимат скончалась всего лишь несколько дней назад. Уж у кого-кого, а у братьев Арсениев, впервые в жизни увидевших настоящего грея, да к тому же – близкого друга гетмана, не было ни единой причины врать. Дориан для них – примерно такая же легенда, какой когда-то был Джонни для глупого мальчика Ди.

Ди взялся за края подоконника и нажал. Древесина треснула и рассыпалась, оставив в его руках два иззубренных обломка. Выкусывая из подушечки указательного пальца занозу, Ди смотрел в обнажившийся черный проем… и в нем что-то белело… и дерево не было трухлявым… и такие пустоты в стенах не возникают сами по себе…

Ди повернул ручку отключения и поежился. Эти оголтелые пляски над пропастью вызывали в нем ощущение нового холода. Словно Крайм уже достиг края мира, приплыл на какой-нибудь полюс, и настала пора заворачиваться в енотовую шубу и ползти на кладбище, расталкивая локтями ежей.

Зиленцорн прав. Ди слишком туго соображает.

– После донны Лючии никто не приходил?

– Я по-прежнему молюсь о ее прекрасной душе.

Живя с родителями, Ди мало задумывался о людях. Те, с кем он сталкивался в школе и при редких вылазках в Тавропыль, бывали забавны, особенно поначалу, но в общем – интереса не представляли. Стерх стал первым, кто сумел вызвать в Ди что-то, помимо весьма слабого снисходительного любопытства. Однако слишком быстро отстранился, позволив их путям разойтись. А в случае Федора они и сойтись не успели. И слава Тому-в-кого-верят. Ди не хотелось бы познакомиться еще и с теми, кто ожидал сигнала с радиомаячка, вытащенного донной Лючией из мертвого тела Убейконя. Восьмеричные Ликторы с их электричеством, пожалуй, представляют некоторую опасность для молодого неопытного грея.

Willst du dich von etwas trennen…

– Ох, извините, прошу прощения. Это все десны. – Ира Эрих сполз со стула и проковылял к мойке. – Я что-то неважно себя чувствую последнее время.

Бес вытянул руки перед собой, сплел наманикюренные пальцы, хрустнул суставами. Глаза его закатились, лицо застыло и тут же начало обвисать, словно стекая по черепу. Руки упали по швам, спина сгорбилась, а потом распрямилась, оставив сутулиться плечи.

– Как ваша фамилия? – спросил он, выходя на веранду. Ира Эрих, перебирающий на связке ключи, чтобы запереть флигель, повернулся к Ди, приоткрыл рот, собираясь ответить, и… отрицательно мотнул головой.

– пропел Зиленцорн голосом герра Линденманна. "Если хочешь от чего-то избавиться… Ты должен это сжечь…"

А потом, когда Ди подрос и чуточку поумнел, папа признался, что разошелся с Джонни во взглядах – давно, задолго до смерти героя. Потому что узнал о нем очень нехорошие вещи. Например, такие: до того как стать надежой и опорой местной культуры и встать у соответствующего кормила, Джонни Грей занимался разработкой оружия массового поражения. Например, именно он предложил добавлять в атомные бомбы мышьяковый колчедан – для ускорения процесса распада, а мины, подобные "Куйбиде-Дещице", накачивать зарином и прочей нервно-паралитической дрянью.

Но, в отличие от Ди, за свою долгую-долгую жизнь Джонни Грей успел поучаствовать в создании и обрушении десятков государств, совершить сотни важных открытий, поставить тысячи спектаклей и спланировать миллионы игровых партий. Актерами и пешками в них служили обыкновенные люди, даже не подозревавшие о том, что ими управляет чужая воля.

Во время последней бомбежки взорвался подземный склад химических отходов, смертоносный "кровяной яд" просочился в какой-то водопад. "Нынче в Крайме зело зол мононитрохлорбензол", – отскандировал диктор.

– Прекрати, – отмахнулся Ди, покосившись на кривящиеся в усмешке тонкие губы. Бес пробежал по ним языком, приподнял изломанные посередке брови. Миндалевидные глаза расширились, изображая невинное недоумение. – Ну что? Иди лучше в дом, к ужину накрой.

– Край мира.

– Все, кто ее знал, да, – кивнула донна Лючия и посторонилась в дверях, пропуская Ди в дом. – Я уверен.

Прежде чем объявиться на кухне, он зарулил в душ смыть с себя наконец кладбищенскую гарь и древесную труху. Найденные в гостевом флигеле письма принес с собой и аккуратно положил возле наполненной тарелки. Котлеты и салат с пророщенным овсом. Значит, сегодня и любитель баскетбола наведаться успел. А на завтра, конечно, будет "ирландское рагу по скотскому рецепту".

**36**

Рассвет застал его там же, на кухне. Но теперь Ди возлежал в притащенном из гостиной кресле, положив голову на один подлокотник и перекинув длинные ноги через другой. Перевязанная черно-оранжевой полосатой ленточкой пачка конвертов валялась рядом на полу. Разочарование оказалось до такой степени сильным, что Ди не находил в себе желания шевелиться, не говоря уже о том, чтобы подняться на второй этаж и улечься в кровать.

Пепельная роза впилась шипами ему в сердце, обняла жгучими листьями и не желала выпускать. Как же беспощадно холоден аметист…

"Хорошо ли наш мальчик разбирает цвета?"

"Видит ли наш мальчик устройство этого мира?"

Осознавшее собственные желания.

"Наш мальчик" растет, учится, развивается. Вовремя пошел, вовремя заговорил, начал читать и писать, вовремя определился с половой принадлежностью и научился обращаться с тенью. Какой, однако, правильный мальчик.