Из небытия меня снова вывел поток ледяной воды. Скоро у старика это войдет в привычку. Я села и застонала. Пульсирующая боль в ноге доходила уже до бедра. Пытаясь как‑то растереть лодыжку, я поняла, что штаны у меня до сих пор спущены. Чувствуя, как краска стыда заливает все лицо и грозит перейти на шею и плечи, я натянула брюки, стараясь не дотрагиваться до "своих" гениталий. Справившись с этой трудно задачей, я подняла взгляд на старика.
Действительно, чего ему? Это не его сражение. Он – вампир, он – Торету. И он слишком молод и неопытен, чтобы пойти против главы клана.
Он таки нарвался. С самого начала зная, как опасно ему снова появляться в столице княжества, он все же вернулся, не смог устоять перед планом красивой и практически беспроигрышной аферы. Но для воплощения этого плана в жизнь нужен был стартовый капитал, а Кевин как назло поиздержался. Время поджимало, и он рискнул наведаться в столицу за брошенными после ограбления мастера Ириуса занориками.
Почти двое суток передвижения по высушенной, иссеченной оврагами земле измотали всех до предела. Даже Джефри уже не генерировал бесконечные и бессмысленные истории, хотя сейчас его компаньоны были бы рады даже такому аккомпанементу. Мутное небо давило, заставляя сутулиться, пригибаться, глотать пыль. Цвет его почти не менялся в зависимости от времени суток, лишь слегка варьируя оттенками серого. Только ветер завывал в трещинах спекшейся почвы, только крупинки глины шелестели под ногами, да еще тяжелое дыхание людей с хрипом вырывалось из глоток. Ночевали прямо на этой пустоши, сменяя друг друга в дозоре, не выспались. На дневки не останавливались вообще, ели на ходу, экономили воду. Хас торопил. Словно гончая, почувствовавшая след, с того самого момента, как Венн коснулся сигмара и открыл глайд, он несся вперед и теперь ни на шаг не отходил от команды. Рик с ним не спорил. Да и никому не хотелось. Этот мертвый мирок казался затаившимся хищником, готовым в любую минуту наброситься на зазевавшихся путников.
– О каком залоге?
– Если бы! – отмахнулся кис. – Глаз‑то я‑у ему выдрал, но за то и поплатился многократно. Мор‑р‑рокун тогда слова бесовские произнес, золотой песок из карманов высыпал, да в душевнобольной танец пустился – короче, проклял меня‑у колдун. Пожелал, чтобы моя‑у полосатая морда в подчиненных при всяких тиранах была, приключений несусветных на мою хвостатую задницу захотел, да неразделенной любви на все восемь жизней. Хвала Чеширу, что несведущ был колдун‑то одноглазый в количестве отведенных котообразным реинкарнаций. Будет у меня‑у одна жизнь, чтобы оттянуться и погулять, как все коты – самому по себе!
– Ну, в комнату к нему сунулся, да он нас и замагичил вместе. Связал, стало‑у быть.
Действительно, иначе она не могла. Шахматная партия, длившаяся почти пятнадцать лет, подошла к концу. Анита готовилась поставить мат. И трепетала в предвкушении.
– Кто она? – не понял я.
– Драконицу?
Где‑то в обед причину опасности заметили все. Она заключалась в маленьком отряде орков, спокойно поджидавших нас на дороге. Я была просто в недоумении: это так не похоже на зеленомордых. Видно, что орки приготовились к бою, но на что они рассчитывают?
– Винсент? Отрекшийся вампир? – это был вопрос незнакомца, произнесенный голосом Валета.
Думаете, мне стало лучше? Как же, как же! Если честно, мне хотелось повеситься. Или выброситься из окна этой опостылевшей башни. Я закрыл глаза, чтобы не видеть гладкую поверхность Зеркала, в которой теперь отражалась моя невзрачная физиономия. Я не знал, какая связь между этой девушкой, красавцем кавалером и теми джентльменами удачи, что мы видели в первом фрагменте о мире У" шхарр, но меня сжигала ревность. Элегантный независимый Кевин пришел на выручку даме в трудную минуту, предложил ей руку помощи, и Моргана ее приняла. А я, как справедливо заметил Сырок, мог разве что напугать перевоплощенную в парня красавицу, попытавшись ей помочь. Ну вот объясните мне, какой из меня к ворку спаситель целой галактики?!
Я потряс головой и наконец сумел немножко прийти в себя. То, что та красавица оказалась заточенной в теле парнишки, казалось мне настоящим магическим вандализмом. Мне доводилось слышать о подобных экспериментах по переносу сознания, но, насколько я знал, они проводились на умирающих и добровольцах и успешными не были. Иначе множество хорошеньких девушек из бедных семей могло бы быть продано в угоду тщеславию уродливых богачек. Да и не только это! Представить страшно, сколько роковых последствий принесла бы подобная магическая техника. Но здесь имел место переход из мира в мир, и тот старый маг полагал, что смена тела была ошибкой, а не подстроенным злодеянием. Значит, девушка действительно нуждалась в помощи.
Глава двадцать втораяХОТЬ КАКОЙ‑ТО СОВЕТЧИКМаркиз де Карабас(Kagami.)
– Да? – текучая форма выгнулась, изображая из себя знак вопроса. – А зачем же?
– Ладно, тогда я к нему потом заскочу, – я поднялся. – А сейчас, если все готовы, пора за доспехами.
Моргана тихо застонала. Она как раз приглядела очень уютную выемку‑карманчик, в которую собиралась забиться. Джефри, успевший первым плюхнуться на пол(зпт) тихо выругался. Но спорить с нанимателем никто не рискнул. Даже Рик. Слишком незнакомым и чуждым было все вокруг, и лишь странное существо, платившее им за это отчаянное путешествие, казалось, знало, чего можно ждать от старого храма.
– Обломался, клыкастик? – хихикнула Киниада.
С минуту мы играли в гляделки, а потом я сдался. Отвел глаза и спросил:
Не прошло и минуты, как с противоположного конца поляны раздался звук оплеухи, дикий вопль и яростный крик Морганы. Кевин, как ошпаренный, подлетел к товарищам, отчего‑то держась за левое ухо.
Отпихнув от себя лекаря, Делимор поднялся на ноги и осмотрелся. Огонь ярко освещал тракт, и он смог рассмотреть место схватки в деталях. В нескольких ярдах слева, на некотором удалении друг от друга, в неестественных позах, лежали два тела в форме имперских всадников. Земля вокруг них уже почти впитала в себя густую жидкость, казавшейся черной в свете луны. Впереди, в десяти шагах от него, спешившиеся всадники стояли полукругом вокруг костра и следили с не поддельным удивлением за его действиями.
Изах на долгое время замолчал, забыв о вопросе, а я не решалась его тревожить, ведь сейчас между нами были отношения учитель – ученик, и я понимала, что неуважения Изах не потерпит. Через некоторое время, когда я уже отчаялась получить ответ и со скучающим видом принялась изучать свои ногти, старик заговорил.
– Зеркало? – переспросил Кевин, пытаясь разобраться, о чем это Ася толкует.
Ну, кто следующий? Рик, Джефри и Венн. Без Морганы.
Соратники тем временем вышли из ступора и принялись на разные голоса уговаривать Сириуса прекратить безобразие. Однако на помощь Лету никто не спешил. Я покосился на Дога – он вроде лучше других с этим хвостатым ладит – но мальчишка явно получал удовольствие от зрелища. Самой смелой, как ни странно, оказалась моя ученица. Решительно преодолев расстояние до края поляны, она рывком сдернула кота с Валета и подвесила его на вытянутой руке, не давая дотянуться когтями до собственной кожи.
– Ну ладно, ладно, значит, ты хочешь, что бы я пошла вместе с компанией Георгора в Дракэрос.
– Как только он тебя превзойдет, тебе придется спрятать рабочий псевдоним в ящик со старым хламом, – засмеялась Анита.
– Но ты об этом узнала слишком поздно, – сарказм так и сочился. – Сам дурак. Нужно было тебе сразу сказать. Тогда ты, возможно, влюбилась бы в меня, а я достаточно мерзкий тип, чтобы ты быстро протрезвела.
Не знаю, сколько времени продолжалась бы наша совместная молчаливая скорбь о моей несостоятельности, если бы снизу вдруг не послышался шум, несколько незнакомых голосов сразу и пронзительные возмущенные вопли де Барануса. Нас с котом, как подкинуло. Не сговариваясь, мы кинулись на лестничную площадку. Крики приближались. Несколько пар ног тяжело топали по ступенькам, другие шаги раздавались из помещений где‑то в районе пятого‑шестого этажей, хлопали двери комнат и дверцы шкафов, верещал Аль. И вся эта какофония неумолимо продвигалась все ближе к нам.