– Кида, мы на твоей стороне! – заверещал Фелл.
– Могу, – неохотно сообщил после долгой паузы.
Валет поморщился.
– Ага, – печально кивнул Сириус. – Этот живодер‑р‑р для злобного обряда омоложения приобрел зазнобу мою, а при полноликой луне прирезать вздумал. Да только я‑у предложение в этот день хотел ей сделать. Ну, и нашла коса на камень, а точнее – напал кот на пакостника‑чародея. Морду я‑у ему исцарапал, ухо прокусил, да что есть мочи мяукал: "Беги, Га‑Га, беги! Спасайся, любимая!" Но, как говорится, корова не кошка – мозгов в ней немножко. Эта рогатая, тощая дур‑р‑ра, вместо того, чтобы оставить о себе последнее, мрр, душещипательное воспоминание, попятилась в сарай и напоролась на вилы. И знаешь, взбесился тогда не один колдун, ибо обломались мы оба‑у. Глазенки у старика кровью гневались, зубы паскудно скрежетали, видать тушкой моей дранной морокун захотел крупнорогатую жертву заменить, но, как говорится, что кота не убивает, мр‑р‑рау, то делает его сильнее. К тому же я‑у и сам злой был, как собака – звание "вдовец" коту чести не делает. Вот и выцар‑р‑рапал я‑у в отместку чародею глаз его красный…
Путешествие без наставника покажет ей понять свою несостоятельность и необходимость совершенствовать знания и умения. Поэтому она вернется к Ролу. Вернется, он научит ее… А архимаг, имеющий верного ему магистра, а возможно и приемника‑архимага, имеет огромное влияние в Совете. Там всегда так: кто сильнее, перед тем все хвостом и метут.
– Я не имею к этому никакого отношения!
– Все?! – ужаснулся я.
– Разве так здороваются со старшим, Лет? – насмешливо протянул я.
– Кажется, я ногу подвернул, – пробормотал мальчишка, а я еще раз ругнулась. Раньше всегда думала, что ноги вывихивают, подворачивают и ломают в самые неподходящие моменты только в сказках. Так нет…
– С‑с‑сож‑ш‑шру! – шипела драконша, стремительными бросками мелькая следом за убегающим пацаном. Пара рывков – и вот она уже мертвой хваткой вцепилась в плечо мальчишки. На рубашке Тима выступила кровь. Застонал в воздушной тюрьме Винсент.
Обогнув почти половину крепости, она увидела летящую навстречу Эрри и расхохоталась. Расчет последней уцелевшей катапульты заметался, не зная, в какого из двух драконов палить. Лиловая изогнула шею, целясь в орудие. Наверное, именно это и решило дело. Эрри плюнула огнем, и в то же самое мгновение навстречу сгустку пламени сорвался острый камень с катапульты. Увидеть его за собственным выбросом драконица не могла. Кида закричала, но было поздно. Ощерившееся острыми сколами ядро врезалось в незащищенную складку на шее Эрридиады.
– Да, знаете, меня так тронула его судьба! – принялся я разливаться соловьем. – Вы так его хвалили. И я вот подумал… Вот понимаете, он же, как вы сказали, редких дарований юноша был. А с магического пути свернул. А я, хоть и бездарь, а все же не представляю, как после стольких прорывов смогу быть кем‑то, кроме волшебника…
– Уйди с дороги! – я был готов его пнуть. – Я должен ей помочь! Это долг дворянина!
– Э… Винс? – и без того раскрасневшаяся от вина девушка зарделась еще сильнее. – Мы… мы ужинали. И я… я вводила Дога в курс… ик!.. дела…
– Кто там у тебя следующий по списку?
– Заткнись! – дуэтом! До чего же слаженный у них коллектив! У Венна с Риком. Как этот увалень Джефри с ними вообще оказался?
Глава девятаяДОБРОЕ СЛОВО ДЛЯ КОШЕК И АРТЕФАКТОВМаркиз де Карабас(Kagami.)
– Вот пускай и в покер играть поучится! – о, а вот это уже что‑то новенькое!
– Как сыграю, как сыграю? – обиделся я. – Можно подумать, я совсем профан! Уже и забыли все, что я чемпион среди маркизов по покеру!
– Может, глянешь, что у меня‑у там за дрянь? – отвернувшись от меня, заискивающе вопросил он пространство.
Я посмотрел на Леру. До завтра она точно не проснется – так что мне остается лишь… вспоминать…
Боком к шкафу, спиной к окну, скрытому за темно‑зелеными муслиновыми занавесями, сидела молодая девушка, увлеченно рассматривающая что‑то блестящее и попутно строчившая в лихо заворачивающемся кверху пергаменте. На глаза ей то и дело падала темно‑каштановая челка, и девушка раздраженно смахивала ее и поправляла разметавшиеся по плечам слегка вьющиеся волосы, едва достававшие ключиц.
В заданном темпе Дог пробежал сутки. От ветра слезились глаза, свистело в ушах, мышцы работали на пределе, казалось еще немного и их волокна разорвутся. Но жажда жизни не позволяла сбросить скорость: парень понимал, что сбавь он хоть немного темп, и бушующая сила разорвет его на мелкие части так, что даже пожирателям нечем будет полакомиться. Он удивлялся, как при такой скорости не поломал себе ноги, ведь ночи здесь были совершенно непроницаемо темные. Раньше Дог нащупывал дорогу, осторожно ступая вперед, чтобы не поскользнуться на осыпающемся песке. Памятуя о своем появлении в этом мире, он боялся любой, даже самой легкой травмы, которая могла бы помешать движению. Но при таком беге, ни о какой осторожности не могло быть и речи. Видимо, он здорово позабавил местных богов, так что те смиловались над бедолагой и уберегли от падения. Позже пришло понимание, что необузданная стихия внутри его тела немного улеглась, и пришла пора притормозить. Теперь Дог мог видеть, куда бежит, различать под ногами бугры и впадины и уже выбирать дорогу, а не слепо мчаться, как перепуганная лошадь. И постепенно в его голову начали прокрадываться нехорошие мысли. Что будет, когда он полностью себя исчерпает? Его измотанный организм, не выдержав нагрузки, упадет замертво? Такой исход юношу не устраивал. Умирать совсем не хотелось, да еще умирать вот так, в чужом мире, посреди пустыни, даже не попытавшись вернуться домой, на Землю, в собственное тело.
– Из них – не будешь, – Лера подошла ко мне вплотную. – Потому что можешь и не остановиться. А вот меня ты "до дна" не выпьешь. Ты Ролу обещал.
Когда мне исполнилось шестнадцать, папа серьезно заболел, работать он больше не мог, и все заботы легли на мои плечи. Я была вынуждена заниматься далеко не самыми благородными вещами. Сначала я пыталась подрабатывать, убирая в богатых дамах или на худой конец в трактирах, но… Чем‑то вечно я не угождала своим работодателям…
Глава девятнадцатаяО ВКУСАХ НЕ СПОРЯТМаркиз де Карабас(Kagami.)
Коротышка тут же протянул жадные ручонки к артефакту, но моментально получил по ним от бдительного Рика.
Парень облокотился на дерево.
– Благодарю, – царственно кивнула наследница д" Элирой. – Я подумаю над твоим предложением.
Я сразу узнал роскошный, увешанный зеркалами кабинет с резным ореховым столом и красивыми, но неудобными кожаными креслами. Помню, когда я оказался в нем первый и единственный раз, величие убранства произвело на меня подавляющее действие. Я казался себе ничтожеством, посягнувшим на недосягаемое звание мага. И было ужасно стыдно, что я отнимаю драгоценное время у великого мудрого Шимшигала.